генерал-лейтенант Магометов. – Почему не заметили приготовлений?
– Все произошло скрытно. Были явно применены меры предосторожности, – оправдывался подполковник.
– Скрытно… – язвительно протянул генерал. – Догнать получится?
– Думаю, да. Они прошли маршем около восьмидесяти километров, – доложил свои соображения Прохорович.
– Догнать и постараться убедить вернуться! – приказал генерал.
– Но как?! Ведь они получили приказ национального командования, – недоумевал подполковник.
– Я вам второй раз повторять не буду! – вскипел генерал. – Сам проспал, сам и возвращай! Бери машину в аппарате и марш за бригадой!
Прохорович вышел, а генерал, просидев минут пять в глубокой задумчивости, поспешил в Посольство СССР – нужно было срочно, по прямому проводу, доложить о случившемся в Москву.
* * *
Бригаду догнали часа через три. Ее головная колонна уже подходила к приграничному населенному пункту Ди-раа. Люки танков не были задраены, и хоть броня техники была перекрашена, догонявшие, а их было трое, не считая водителя-араба, сразу узнали своих подопечных командиров.
Зато арабы не захотели узнавать своих хабиров. Когда армейский джип с советскими военными специалистами попытался преградить путь командирской машине, его чуть было не протаранил танк – джип едва увернулся. И колонна прошла государственную границу Сирии.
Джип с хабирами остановился, не доезжая нескольких десятков метров до приграничной полосы. Из него вышли подполковник Прохорович, майор Александр Соколов и наш знакомый переводчик.
– Что будем делать дальше? – спросил у старшего Соколов.
– Искать телефон. Нужно доложить в Дамаск, – ответил Прохорович.
– Здесь, в гостинице, живут наши. Нужно найти их, – предложил переводчик.
– А где гостиница? – в голосе Прохоровича прозвучала надежда.
– Насколько мне известно, она здесь всего одна, – сообщил переводчик. – Мне мои друзья, кто здесь служит, рассказывали.
Гостиницу нашли сразу. Собственно говоря, это было единственное пятиэтажное здание в населенном пункте.
Войдя в фойе гостиницы, тут же наткнулись на своих. Русские хабиры как раз в этот момент выходили из столовой.
Рассказали о случившемся. Телефон был лишь на местной почте. Оттуда и звонили в Дамаск.
– Сидеть в гостинице у приемника, слушать сообщения! Ждать возвращения бригады! Докладывать любое изменение обстановки! – последовал приказ из офиса.
Хабиры и переводчики приникли к радиоприемникам.
К вечеру появились первые сообщения, из которых стало ясно, что сирийская бригада вошла в столицу Иордании Амман и ведет тяжелые уличные бои.
– Капец бригаде! – в сердцах проговорил Прохорович. – Какой же дурак лезет с танками в город?! Все пожгут, как пить дать!
…Остатки бригады поползли через двое суток. Это были жалкие, потрепанные единицы бронетехники. Вернулся лишь один командир батальона, майор Ахмед, и с ним несколько младших командиров.
Можно сказать, он чуть не плача бросился к советским хабирам и стал рассказывать, хлюпая носом, как жгли танки, стреляя в упор из окон домов. Как никаких повстанцев, которых нужно было спасать, они не обнаружили. Где командир бригады и другие офицеры, он не знал.
К концу недели из Иордании вернулось лишь одиннадцать единиц техники и порядка 50 оборванных вояк.
* * *
Осенью 1970 года в Аммане, столице Иордании, вспыхнул вооруженный конфликт между палестинскими партизанами (федаинами), поддержанными Сирией, и Иорданской регулярной армией. Эти события известны как «Черный сентябрь». Бои проходили прямо в городе. В результате боев погибло около 15 тысяч палестинских партизан.
Негативные последствия конфликта:
1. Был нанесен серьезный удар по идее арабского единства.
2. Были серьезно подорваны силы ООП (Организации освобождения Палестины).
* * *
Вернувшись в Дамаск, все трое стояли на ковре у ГВС Магометова. Крик был такой, что звенели окна в холле на первом этаже.
Из разноса выходило, что наших друзей скоро отправят туда, где «Макар телят не пас».
Но, как показало время, все остались на месте. Добавилось лишь проблем с формированием новой части.
Глава 15. Сирия. Эпидемия
Всех военных специалистов Дамасского гарнизона срочно собрали в актовом зале на Абу-Руммани. Беседу проводил «хохлятский доктор». Как всегда, в своей любимой украинской рубашке с вышитым воротником и в отточенных утюгом видавших виды брюках неопределенного цвета, едва доходивших до сандалий на ногах эскулапа.
«Вот скряга, – подумал наш знакомый, глядя на мужчину. – Мог бы уже хоть что-нибудь себе прикупить из барахла, ведь не вчера же приехал, да и выбор здесь богатейший».
Брюк и рубашек, висевших на плечиках или просто на веревках многочисленных сучков[32], была целая уйма. И стоило все это сущие копейки. Во всяком случае, по сравнению с тем, сколько денег получал советский военный специалист в качестве месячной заработной платы.
В Сирии в маленьких лавчонках и более крупных магазинах продавались прекрасные акриловые или даже шерстяные свитера местного производства. Любой размер одежды могли подогнать здесь же на месте, за ширмой или на втором этаже магазина, где обычно проживал его владелец, а в дневное время там работали швеи. Сам покупатель в это время наслаждался арабским кофе, который предлагали повсеместно.
Но вернемся к выступлению доктора. Из его слов выходило, что в гарнизоне: частях и самом городе – вспыхнула
холера. Он назвал цифры заболевших среди местного населения (среди русских случаев заболеваний тогда выявлено не было), рассказал об угрожающих симптомах болезни.
Хохол говорил долго и со значением, стращая присутствовавших возможным летальным исходом хвори. Призывал всех к личной гигиене и бдительности. Но главное, что вынесли из его «словесного поноса» хабиры, так это то, что наша славная медицина совершенно не была готова к такому повороту событий и что вакцины от холеры на данный момент в Сирии нет. И ее нужно заказывать из Москвы. А на это потребуется некоторое время.
– А что нам-то делать? – спрашивали военные специалисты. – Ведь мы каждый день общаемся с сирийцами на службе! Боязно как-то, особенно за детей и жен.
– А мы вообще обедаем в дивизии, особенно если остаемся на полевые занятия, – сообщил подполковник Прохорович.
– Кстати, ваша дивизия одна из самых неблагополучных в смысле эпидемии. В ней, по нашим данным, зафиксировано уже шесть случаев заболевания, – «утешил» эскулап.
«Откуда он это может знать, если из офиса не вылазит?» – подумал Олег.
– Ну, и что же нам делать, пока не доставят вакцину? – поинтересовался майор Соколов.
– Ешьте лук, чеснок побольше! Мойте тщательнее руки и избегайте компаний, – дал свои «ценные рекомендации» медицинский светило.
– Как это избегать компаний? Нам что, на службу не ходить? – удивился Соколов.
Повисло неловкое молчание. Эскулап затравленно молчал.
Но это был мужской, армейский коллектив, и послышался, наконец, единственно уместный в непростой ситуации вопрос:
– А если спиртное выпивать – поможет?
– Да, да, конечно, – засуетился врач. – В такое время, в такой обстановке даже рекомендуется грамм по пятьдесят в день!
