Читаем без скачивания Предъява - Илья Деревянко

Сжимая в руках заряженную двустволку, Агрегат притаился за кустом неподалеку от входа в дом Сугробова. Ссученный медвежатник терпеливо дожидался подходящего момента, дабы осуществить свой план, в основу которого легли следующие умозаключения: Сугробов — пьянь известная, без бутылки дня не протянет, а выпивку, как заметил наблюдательный Петр, они с собой не привезли!!! Только хлеб да с десяток банок консервов. (Не считая, конечно, оружия и мешков с долларами.) К тому же Игорь Владимирович сам вел машину. Следовательно, он с утра трезв аки стекло. Непостижимо долгий срок для бывшего начальника Н…го ОВД!!! Обосновавшись на новом месте, экс-полковник непременно захочет промочить глотку, по крайней мере на сон грядущий и хотя бы самогонкой, но сам за бухлом, разумеется, не пойдет. Начальство ведь! По статусу не положено!!! Стало быть, пошлет кого-то из подручных. Причем прямо сейчас! Днем ни Полянский, ни Глухарев с подворья не отлучались. Вплоть до наступления темноты оба вкалывали как папы Карло, приводили заброшенную лачугу в мало-мальски приличный вид…

Итак, в ближайшее время один из них отправится за «огненной водой». Тогда он, Агрегат, ворвется в дом, с ходу пристрелит двоих оставшихся, завладеет оружием ублюдков (к сожалению, у дяди Валеры нашлось лишь два патрона), когда прибежит на шум третий — завалит его тоже, заберет деньги и благополучно смотается из Козловки. Ментов можно не опасаться. Ближайшее отделение у черта на куличках, да и телефонов в деревне нет!

Расчеты Батракова полностью оправдались. В половине одиннадцатого на крыльце появился Эдуард Полянский, смачно выругался, вышел со двора и, не оглядываясь, зашагал по улице в направлении центра.

«Пора!» — спустя пять минут решил Агрегат, взвел курки и на цыпочках подкрался к дверям…

«Не поможет богатство в день гнева».

После того как господин Сугробов изъявил настойчивое желание выпить, Полянский с Глухаревым метнули жребий. В результате «топать за пузырем» выпало на долю Эдуарда.

— Дойди до центра, — посоветовал ему Игорь Владимирович. — На окраине хаты большей частью заколочены, а там народу погуще будет и практически любой гонит самогон. Купишь без проблем! Но не канителься! У меня душа горит! В общем, пошевеливайся!!!

Полянский не являлся страстным поклонником «зеленого змия», о стакане вовсе не мечтал, а тащиться куда-то на ночь глядя за пойлом для деспотичного шефа Эдуарду тем более не хотелось. Потому-то он и матюгался на крыльце. Тем не менее ослушаться Сугробова Полянский не рискнул и, невзирая на кипящее внутри возмущение, отправился выполнять приказ.

После его ухода в «родовом гнезде» воцарилось молчание. И Глухарев и Сугробов погрузились в размышления. Каждый думал о своем. Бывший начальник ОВД — о достоинствах и недостатках местного первача, а Вадим — о том, что нужно обязательно грохнуть Игоря Владимировича, когда закончится вся эта заваруха. По возможности медленно, голыми руками, дабы вдоволь насладиться агонией тирана. Экс-полковник, судорожно облизываясь, потирал ладони в предвкушении попойки. На губах садиста блуждала томная улыбка… Впрочем, сия «идиллия» продолжалась недолго.

Неожиданно дверь распахнулась от мощного толчка. На пороге возник оскаленный Агрегат с двустволкой на изготовку и, не вступая в дискуссии, всадил первый заряд в туловище Игоря Владимировича. Крупнокалиберная пуля разворотила грудную клетку в области сердца. Мертвый Сугробов вместе со стулом опрокинулся на пол. Батраков не мешкая направил ружье на Глухарева, нажал второй курок, однако выстрела не последовало. Очевидно, патрон заклинило. «Черный пояс» не преминул воспользоваться столь благоприятным шансом на спасение. Круговым ударом ноги он отбросил в сторону зловещее дуло, прыжком сорвал дистанцию, вцепился левой рукой в стволы, а правой съездил ссученному медвежатнику по физиономии. Тот отшатнулся, выронил оружие, но сознания не потерял и попытался оказать отчаянное сопротивление. Петр пнул противника носком ботинка в пах (Глухарев умело защитился согнутым коленом), нанес размашистый свинг в челюсть, который Вадим жестко заблокировал мускулистым предплечьем, и… скорчился, взвыв от боли железный кулак опытного каратиста врезался ему в печень.

— Попался, пте-е-енчик! — кровожадно промурлыкал Глухарев, наподдал согнувшемуся Батракову коленом в подбородок, рубанул ребром ладони по шее и начал безжалостно избивать ногами потерявшего сознание Агрегата. Как обычно в таких случаях, садист вошел в раж и даже не заметил возвращения Полянского с объемистой бутылью под мышкой.

— Эй, Вадик, хорош! — крикнул экс-омоновец. — Надо допросить сукина сына! Тормози, тебе говорят!!!

Тяжело дыша, Глухарев остановился, взял со стола графин с водой и сделал несколько жадных глотков прямо из горлышка.

— Ты опять перестарался! — проверив у неподвижного тела пульс, раздраженно сказал Эдуард. — Клиент-то подох!

— Не велика беда! — парировал Вадим. — На хрена он, собственно, сдался? Живой в смысле.

— Ну… узнать последние московские новости, выяснить, как Петька здесь очутился, — голос Полянского звучал не очень уверенно.

— Чепуха! — пренебрежительно фыркнул Глухарев. — Новости мы без него знаем. Только сегодня приехали! А как очутился… Гм! Да наверняка скрывался в глуши. Подобно нам самим!!!

— Но почему именно в Козловке?

— Стечение обстоятельств. Бывает, — философски пожал плечами Вадим.

— Действительно, мир тесен! — согласился с приятелем Эдуард и вдруг спохватился: — Елки-моталки!!! Гребаный урка убил шефа!!!

— И прекрасно! — гадко осклабился Глухарев. — Избавил нас от лишних хлопот! Сугробова бы все равно пришлось мочить. Иначе со временем он заколбасил бы и тебя и меня. Покойный страсть не любил делиться!!! Разве нет?!

— Конечно! — убежденно кивнул экс-омоновец. — Правда, я рассчитывал, что Владимирыч нам еще пригодится. Хитрющий был мужик!!! Ну да ладно. Пес с ним! А теперь давай подумаем — где лучше спрятать падаль?!

— Тут вроде река неподалеку, — поморщив лоб, вспомнил Вадим.

— Великолепно! — обрадовался Полянский. — Вот там и утопим жмуриков!

Ночь выдалась темная, промозглая, сырая. Луну заволокли набрякшие влагой тучи. С неба сочился мелкий нудный дождик. Речка Вонючка неторопливо катила свои отравленные воды с запада на восток. Сопя от напряжения, Вадим с Эдуардом выгружали на берег упакованные в брезент трупы. По лбам подельников струился едкий пот. Любое движение отзывалось в натруженных мышцах тупой ломотой… Невзирая на близкое расстояние, добираться сюда пришлось не менее часа. Причиной стали отвратительные местные дороги. Вернее — фактическое отсутствие таковых. Одну-единственную, кривую, раскисшую от грязи, тропку вдоль околицы причислять к разряду «дорог», пожалуй, не стоило. Машина застревала на ней с завидным постоянством. Каждый раз Полянский с Глухаревым выбирались наружу, виртуозно матерясь, выталкивали «девятку» из трясины, проезжали метров двадцать-тридцать и снова буксовали. В результате оба перемазались в глине с головы до пят, насквозь промокли, продрогли и устали как собаки…

— Тяжелые, сволочи! Ишь отожрались! — когда выгрузка мертвецов завершилась, выдохнул Эдуард, плюхнулся задом на сверток с останками Сугробова, вынул из пачки сигарету, прикурил и внезапно подавился дымом.

— Крх-х-х! — прохрипел экс-омоновец, тыча пальцем в пустоту: Кр-кр-кх-х-х!!!

Почудилось Полянскому, будто из недр Вонючки вынырнул обгорелый Осьмухин и, скалясь в жуткой, безгубой улыбке, приглашающе помахал черной рукой.

— Идем!!! — услышал убийца страшный, свистящий шепот. — Идем со мной в ад!!! Тебя там давно дожидаются!!!

Рука убиенного наркомана начала стремительно вытягиваться, в несколько мгновений достигла Эдуарда и крепко ухватила его за отворот куртки. Экс-омоновец затрясся словно в лихорадке.

— Ты чего? — удивленно спросил Вадим.

Наваждение тут же исчезло.

— Н-нич-чего! — заикаясь, пробормотал Полянский. — П-п-про-сто н-не н-нравится м-мне т-тут!!

— Тогда не рассиживайся, — резонно заметил Глухарев. — По-быстрому бросаем в воду наших «друзей», возвращаемся обратно, чистимся, моемся, согреваемся самогоном да на боковую! Денек выдался не из легких!!!

— Верно! — подтвердил уже опомнившийся Эдуард. — Начнем с дражайшего шефа. Бери ты за голову, я — за ноги…

4

«Сволочь, она и в Африке сволочь!!!»

— Молодец, Булкин! Недаром хавает наши подачки! — удовлетворенно прошептал Гаврош, рассматривая листок бумаги, на котором записал полученную от продажного полковника юстиции информацию: дача Сугробова (пять километров от Кольцевой дороги), недостроенный коттедж Полянского (пятнадцать километров от Москвы), квартира двоюродного брата Глухарева в Красноярске и, наконец, известный читателю дом покойных родителей Сугробова в деревне Козловка. (Игорь Владимирович напрасно воображал, будто о существовании «родового гнезда» все забыли. В центральном аппарате МВД имелось на него исчерпывающее досье.) «Интересно, как мусор вычислил квартиру в Красноярске? — подумал Николай Викторович. — Глухарев-то вроде в органах не служил! Или сучонок попал в оперативную разработку в связи с крахом банка „Либидо“?! А впрочем, черт с ним!!! Не важно!!! Кроме того, у Булкина воистину огромные возможности!!! Ведь и о проклятом офицерике он по идее не должен был знать. Однако сведения предоставил! Причем достоверные!!! Ладно, ближе к теме. Остается уточнить, где конкретно искать паршивых крыс, и все! Приплыли! Прищучить их там не составит особого труда!!!»