– Отпустите меня, Марк. Иначе я закричу! Вообразите, что подумает Сьюзен!
Девушка говорила ровным, тихим голосом, ничем не выдавая своей сердечной тоски. Марк не сделал ни единого движения, чтобы отпустить ее, но через некоторое время почувствовал, что Джейн словно окаменела, отодвинулся и сухо сказал:
– Да, могу вообразить! А вы, полагаю, представляете, какой будет моя реакция? Поэтому предлагаю хорошенько подумать, прежде чем устраивать шум. Как бы потом не пожалеть.
Он броском перебрался на другой конец кровати и отвернулся. Джейн глубоко вздохнула и съежилась под одеялом, но его тепло не избавило ее от внутренней окоченелости. Она не боялась. Марк больше никогда не прикоснется к ней. Сейчас он это сделал только для того, чтобы продемонстрировать всю глубину своего презрения. В его глазах Джейн слишком низко пала!
Внезапно девушка поняла, что больше не сможет этого вынести. В отчаянии она решилась сказать ему правду.
– Марк, я должна…
– Спать! Не желаю слушать ваших излияний! – Это было сказано таким непреклонным тоном, что она подчинилась и замолчала.
Джейн неподвижно лежала на кровати, глотая горячие слезы. Нет, плакать нельзя! Ни единой слезинки не должно быть пролито из-за человека, который так ее ненавидит.
Проснувшись, Джейн услышала шум дождя. Под дробный стук капель по стеклу она пыталась собраться с силами, чтобы встать и взглянуть в лицо новому дню.
На соседней подушке осталась легкая вмятина от головы Марка. Он встал с рассветом, двигался по комнате почти бесшумно, но девушка в это время не спала и тайком следила за ним. Джейн вообще не могла заснуть в эту ночь и, только когда Марк вышел, незаметно провалилась в смутный сон, наполненный образами, которые теперь не хотелось вспоминать. Отчетливо помнила только одно – во всем, что ей привиделось, присутствовал этот мужчина.
Джейн села в постели, собрала в узел длинные пряди волос и приготовилась встать, как вдруг дверь отворилась, на пороге появился Марк, который держал поднос с завтраком. Стоун демонстративно пронес его через комнату к кровати и, цинично улыбаясь, водрузил Джейн на колени.
– Сью считает, что завтрак в постели – лучший эпилог романтической ночи, проведенной в этой царской кровати.
Джейн вспыхнула, но не отвела глаз от смеющегося лица хозяина.
– Стыдно. И вы ей ничего не сказали?
– Как я могу разрушить ее прелестные мечты?
Он прошел к окну, отдернул шторы, потом обернулся и посмотрел на девушку, слегка подняв брови.
– Моя сестра ожидает от этого уик-энда великих сенсаций.
– Чего именно?
– Ну, чего-нибудь вроде того, что мы огласим нашу готовность последовать к алтарю вслед за Барбарой и Тони. Странно, даже замужем за Крисом Сью не утратила романтизма. Видно, сие неизлечимо.
– В ваших устах это прозвучало как преступление.
Джейн налила себе немного кофе и теперь смотрела на Марка поверх чашки, стараясь успокоить неровное биение сердца. Чудеса, но насмешливое замечание об их свадьбе нарушило его ритм.
Марк криво улыбнулся.
– Романтизм не нужен сегодняшнему миру. Он ничего не дает – так, один туман в девяти случаях из десяти.
– А великий Марк Стоун никогда не позволит, чтобы его разум заволокло туманом! – съязвила Джейн. – Но вот один момент меня все-таки сильно интересует: как вы намерены объяснить тот факт, что придется внезапно оборвать наши великолепные отношения? Сейчас вы стараетесь заверить Сьюзен, что у нас величайшая любовь, а как потом объясните неожиданный разрыв?
– Наверное, просто обнародую усредненный вариант правды.
Мужчина подошел и остановился у кровати, глядя на Джейн так, что она вдруг подумала о том, как прозрачна ее одежда. Ночью, в темноте, это не играло роли, но сейчас сквозь тонкий шелк Стоун мог видеть ее наготу!
Джейн подтянула простыню повыше, но остановилась, заметив в его глазах смех. Тогда она в свою очередь нарочито внимательно оглядела визави, отметив про себя, что светлые джинсы подчеркивают стройность мускулистых ног, а серая трикотажная рубашка обтягивает атлетическую грудь и плечи. После осмотра ее пульс пустился бегом, но девушка постаралась не выдавать волнения.
Мар присел на край кровати.
– Хотите знать, что я собираюсь сказать Сью, моя маленькая обманщица?
Он явно насмехался. Джейн поднесла к губам чашку и сделала глоток, хотя глотать было трудно из-за комка, застрявшего в горле. Этот комок, конечно же, состоял из боли и самых мрачных предчувствий.
– Конечно нет! Уик-энд пройдет, мы больше никогда не увидимся, поэтому все, что вы скажете Сьюзен, для меня не имеет никакого значения. Впрочем, я, кажется, лишила вас удовольствия. Если вы умираете от желания сказать мне, что ж – давайте!
Стоуну эти слова не понравились. Девушка угадала это по стальному блеску в его глазах, почувствовала в прикосновении, когда он сжал ее подбородок и вздернул вверх, чтобы видеть глаза.
– Я могу сказать Сью, что узнал о ваших делишках с мужем другой женщины, а поэтому решил, что вы не та, с которой мне хотелось бы связать свою судьбу. А это маленькая часть правды, разве не так?
– Черт побери, Марк! Неужели вы в самом деле все это скажете? Очернить меня в глазах Сьюзен!.. Не из-за чего… Как это мерзко!
Стоун пожал плечами, но, судя по всему, выпад Джейн совершенно его не тронул.
– С чего это вас так волнует, что подумает о вас Сью? Вы же не беспокоились о ней, когда заводили интрижку с Крисом! – Марк сделал паузу и холодно посмотрел на собеседницу. – Может, это научит вас в будущем более осмотрительно выбирать партнеров для любовных утех.
Он встал и ушел. Джейн схватила подушку и запустила ее в дверь. Но это был пустой номер. Время от времени Марк обрушивал на нее тяжелейшие удары. Девушка могла отплатить лишь мелкими шпильками в его адрес.
Дождь прекратился за несколько минут до отъезда свадебного кортежа в церковь. Барбара в платье, доходившем до щиколотки, с белыми цветами в волосах будто сошла с картинки. Джейн надела голубое шелковое платье, добавила к нему желто-розовый шарф, выгодно оттенявший цвет лица, уложила волосы на французский манер. Спускаясь вниз по лестнице вслед за невестой, она выглядела строго и элегантно.
В холле собралась небольшая группа людей. Габриэла, жена свидетеля со стороны Тони – Дойда, сразу понравилась Джейн. Она покоряла сердечностью и очарованием. Сьюзен поспешила познакомить Джейн с вновь прибывшими. Ими оказались соседи: Даниэл Фарамаунд и две его дочери, которые должны были играть на свадьбе роль «девочек с цветами». Неторопливый в речах, Дэниел и других слушал внимательно, особенно Сьюзен. Джейн поделилась своим наблюдением с Барбарой, когда Сью отошла поговорить по телефону, и в ответ услышала:
– Дэниел без ума от Сью еще с тех пор, как мы все вместе учились в школе. Они уже должны были объявить о своей помолвке, как вдруг она познакомилась на вечеринке с Крисом Хоугтоном и влюбилась в него без памяти. Дэниел очень переживал. Потом мы думали, что все забыто, когда он женился на Жюли. Она умерла больше года назад. Однако, глядя на них с Сьюзен, я иногда думаю, что Дэниел сохранил к ней определенные чувства.
Как все это печально, подумала Джейн. Жизнь Сьюзен могла бы сложиться по-другому, если бы она не встретила Криса Хоугтона, не вышла за него замуж, но ведь никто не выбирает, в кого ему влюбиться. Она бросила взгляд туда, где стоял Марк – высокий, элегантный в праздничном черном костюме и белой сорочке. Можно ли себе представить, каково влюбиться в него и знать, что он тебя любит? Это было бы ни на что не похоже!
Эта мысль пришла в голову так внезапно, что, когда Марк вдруг тоже посмотрел на Джейн, она не смогла сразу отвести глаза. Но тут сзади подошла Сьюзен.
– Боюсь, в наших приготовлениях придется сделать кое-какие поправки. – Она натянуто улыбалась, но лицо ее было расстроенным. – Звонил Крис и сказал, что не успеет на церемонию. А поскольку машина у него, могут возникнуть проблемы с отъездом гостей в церковь. Кроме того, именно он должен был везти Барбару на венчание.
