спотыкаюсь и тут же оказываюсь у него на коленях. — Что с тобой? — Тигран пытается всмотреться в мои глаза, но я их прикрываю и закидываю ручки ему на шею. — Отнеси меня в ванную комнату, — шепчу ему на ухо. Все мои желания сейчас только об одном — я хочу остаться с ним наедине, мне это нужно. Хочу снять с него одежду, хочу прикоснуться к его горячему телу, а потом чтобы он меня взял, грубо и быстро. Хочу, чтобы его пальцы сжали мою шею, хочу… Господи, между ног мокро, там все горит… И, если он сейчас же меня не трахнет, я не знаю, что я сделаю. Тигран быстро встаёт и подхватив меня на руки несет в дом. — Господин Арский, Ваша невеста…От этого слова меня подкидывает в его руках. Я запускаю коготки в его плечи и, кажется, мне удается сделать ему больно, так как он шипит. Маленькая сучка, какого она сюда приперлась? Зачем он ее позвал? — Не пускать ее в дом! Никого не пускать! — От его тона мне становится страшно… Почему он так зол? Что происходит? Мы заходим в дом и меня несут в ванную комнату, в ту, что находится в его спальне. Господи, как же жарко… Я начинаю избавляться от ненужной одежды еще на ходу. Точнее я скидываю туфли и, немного нагнувшись вперед, начинаю облизывать шею Тиграна. Интересно, как я выгляжу со стороны? Мы заходим в комнату, и у меня совершенно больше нет желания себя сдерживать. — Я тебя хочу! — Хватаюсь за его рубашку и пытаюсь расстегнуть пуговицы. — Возьми меня. Я как будто одержима в этот момент… Господи, да что я выпила? Он ставит меня на ноги и больно схватив за лицо, заставляет поднять на него глаза, всматривается в мои зрачки. — Что ты приняла?! — Рычит, сильнее сжимает пальцы на моем лице, а я начинаю стонать от боли. — Мне больно! Пусти! — Пытаюсь вырваться, но у меня ничего не получается. — Ты под кайфом! — Орет так, что у меня закладывает уши. — Нет, невозможно, — начинаю отрицать очевидное, потому что мне страшно. Таким злым я его еще не видела. — Что ты принимала?! — Цедит сквозь стиснутые зубы. — Я пила всего лишь то, что было в бокале… Я не знаю… Но после пары глотков…Я не хочу разговаривать. Я снова бросаюсь к нему, начинаю расстегивать пуговицы его рубашки и когда мне удается расстегнуть хотя бы три, жадно облизываю его грудь. От его запаха кружится голова, сердце бьется так, что вот-вот выпрыгнет из груди… Я готова кончить только от его запаха…
29
Я дергаю его рубашку и слышу, как ударяются о пол пуговки, которые успели оторваться.
— Тигран, прошу, мне нужно, — шепчу и не могу от него оторваться. Его руки все же оттягивают меня, и мужчина немного меня встряхивает.
— Посмотри мне в глаза! — Немного прихожу в себя от тона его голоса, я могу бороться с похотью, но всего лишь на пару минут.
— Я не хочу смотреть. Раздень меня, — я готова его умолять, потому что между ног так печет, что нет сил… Мне нужно чтобы он избавил меня от этих мучений.
— Я не буду трахаться под наркотой! — Что значит не будет? Плевать мне, что он будет, а что не будет, мне нужно!
— Ну конечно, зачем трахать меня под наркотой, если приехала твоя распрекрасная невеста и ты будешь трахать целую ночь ее?! — Вырываю руку из его захвата и даю ему звонкую пощечину.
В его глазах сгущаются тучи, но мне не страшно, похоже у того дерьма, что мне подмешали, есть прекрасная функция — я не чувствую страха. Я, наоборот, хочу его разозлить, вывести из себя, тогда я получу то, что мне нужно.
— Что ты несешь? — Отступаю на один шаг назад. Всё-таки это пойло не может заглушить инстинкт самосохранения, лучше быть от него подальше.
— А что я несу? Какого хрена ты ее позвал? Понравилось смотреть на то, как я ревную? Нравится указывать мне на моё место? Она вся такая чистая и невинная, а я грязная шлюха, которую ты трахаешь пока не женился? ТАК? — Я не хотела этого говорить, наверное, не хотела. Я думала об этом, но не решалась произнести в слух, а сейчас из меня прет вся правда и я не могу остановить этот поток.
— Закрой рот! — Надвигается на меня. Я упираюсь в стенку и понимаю, что идти больше некуда, я снова в ловушке…
— А что будет если не закрою? Тебе не нравится слушать правду, не нравится, что я делаю какие-то выводы. Ты сам боишься признаться себе кто для тебя кто. Зачем тебе я, если есть Амира? — Глаза заполняются слезами… Самый главный вопрос, на который я хочу знать ответ, на все остальное плевать в эту секунду!
— Сука, какая же ты сука! — Шипит и подходит ко мне вплотную, — пока не услышишь не успокоишься? Бабам всегда нужно все знать?! — Сглатываю и смотрю в его черные глаза. Мне очень нужно…
— А мужикам всегда так сложно дать ответ? — Вижу как он усмехается. Моё тело трясет от перевозбуждения… Кажется, если он сейчас хоть что-то не сделает, то я умру.
— Тебя хочется убить и боготворить одновременно. Как думаешь, что перевесит чашу весов? — От его слов я практически получаю долгожданный оргазм.
— Ты не ответил на вопрос, — упрямо задираю носик и смотрю в его глаза.
— Жить без тебя не могу! Такой ответ устроит?
30
У меня все плывет перед глазами, улыбка расплывается на лице от слов Тиграна. Но моего самочувствия этого не меняет.
— Мне плохо, — шепчу и начинаю съезжать по стенке.
— Мэри, — Тигран подхватывает меня на руки и несет к кровати.
Как же плохо… В глазах темнеет, пальцы рук покалывает, а все остальное тело как будто ватное, я не могу пошевелить даже рукой.
Во рту пересыхает, ужасно хочется пить, но я не могу произнести ни слова.
— Мэри, — голос Тиграна как будто очень далеко, как будто эхо, которое отбивается от бетонных стен и блуждает по пустому зданию. Мне становится ужасно
