— Я не обижен, — делает величественный жест рукой мой второй зам, — это правда. Наша раса сильна духом, а не материальным обеспечением.
Говорит он это так гордо, будто последнее является достоинством.
— А преи, они… — Бриа зачем-то понижает голос, — несколько… наоборот.
Наоборот… Трусливые, что ли?
— Почему вы не скажете прямо? — удивляюсь я.
— Не хочу портить с ними отношения.
— Но их ведь здесь нет!
— Они очень скрупулезно собирают сведения о том, кто и что о них говорит, — пожимает плечами Бриа. — Это для них очень важно, предмет национальной гордости. Они даже сделали специальный канал для межгалактических новостей, где рассказывают… правдивые новости про свою замечательную расу.
Что-то мне это напоминает, но тут же понимаю, что никаких замечаний в свой журнал тестировщика по этому поводу вносить не буду. Во избежание. Однако не могу не оценить шутку разработчиков на грани фола.
В голосе Бриа, кстати, не слышно настоящего страха. Она будто просто опасается задевать этих преи, как опасаются случайно наступить в коровью лепешку.
Загорается голографический экран, на нем появляется… ну, наверное, капитан флагмана преи? А может быть, будущий лидер их небольшой диаспоры на станции, не знаю уж. Им отведен один из высокоуровневых модулей: он большой, в нем есть симуляция природных ландшафтов, как и в модуле талесианок. Это означает, что и делегация преи вполне может быть довольно крупной…
— Приветствую вас на станции «Узел», — как попугай, произношу затверженную формулу. После стольких дней игры она слетает у меня с губ сама собой. — Чем могу быть полезен?
— Сомневаюсь, что ты будешь особенно полезным, — бросает мне крольчиха с экрана. Все сходство с диснеевским персонажем мгновенно исчезает: когда у нее движется рот, видны мелкие некрасивые зубки, обрамляющие передние резцы, и мясистый язык. Зрелище не самое приятное, тем более, что камера показывает ее слегка снизу.
Вспоминаю недавние мысли насчет того, что дизайнерам нужно было как-то нагляднее изобразить воинственную расу и вероятного противника. Вот и изобразили.
— Мы, великий народ преи, с этого момента объявляем эту станцию зону своей военной игры, — сообщает крольчиха. — Все корабли, входящие в эту зону, должны держаться предписанных нами коридоров и предписанного времени прилета. Все, не соблюдающие правила нашей военной игры, будут задержаны и досмотрены. Представителям других рас предписывается не выходить из своих модулей. Коммерческая деятельность может вестись только в том объеме, в котором она не нарушает правил нашей игры. Все ясно?
У меня вертится на языке «Какого хера?!», но я спрашиваю тактичнее:
— По какому праву вы беретесь распоряжаться на моей станции?
— По праву сильного, естественно, — крольчиха (зайчиха?) обнажает свои мерзкие зубы. Чем их больше, тем они мерзее. — У нас самый сильный флот в Межзвездном содружестве… да и плевать мы хотели на это содружество! У преи нет друзей, есть только будущие побежденные.
С этими словами она прерывает связь. На экране появляется надпись: «С вами говорила адмирал Виоланна Откушу-Врагам-Головы. Трепещите!» Потом еще одна надпись: «P. S. Мы будем платить за аренду на 20 % меньше, потому что мы — преи!»
Не знаю даже, смеяться или плакать. Выглядит, как помесь законченного бытового хамства с детским садом.
Впрочем, на моих глазах хищные корабли преи облаком рассредотачиваются вокруг станции; от них отделяется несколько шаттлов — которые тоже почему-то не выглядят гражданскими и беспомощными — и летят к новому модулю. Совершенно ясно, что большая часть вновь прибывших осталась в космосе и готова прописать всем, кто с ними не согласен, по первое число.
Вспоминаю, что несколько секунд назад сказала мне Бриа.
— Это они-то… не слишком храбрые? — спрашиваю я.
— Я этого не говорила, — дипломатично отвечает моя советница по дипломатическим вопросам. — Но да, они.
— Я так понимаю, капитан, мне стоит увеличить ассигнования для лазарета? — спрашивает Нирс.
— Верно подмечено, — замечает врач. — Мне нужно будет закупить больше шовного материала и антисептиков, не говоря уже об успокоительных. Жертвы, определенно, будут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тут же получаю системное сообщение: «Ваш разговор с адмиралом Виоланной Откушу-Врагам-Головы уменьшил вашу репутацию на 50 очков! Следите за тем, как вас воспринимает общественность!»
И еще одно: «Станция объявлена зоной военной игры преи. Доходы от коммерческой активности будут снижены на двадцать процентов».
А потом Демьян сообщает в ухо:
— Капитан, гильдия докеров получила ноту преи и заявляет протест. По их словах, такие условия для работы являются неприемлемыми, и они готовы бессрочно свернуть свою деятельность на станции, если вы не примете немедленные меры.
— Демьян, — спрашиваю, — сколько процентов от ежедневного бюджета составляют отчисления докеров?
Помню, что там не очень большая, хоть и приличная сумма, однако не помню, сколько.
— Десять процентов, — отвечает Демьян.
М-да. У них десять процентов, доходы от бизнесменов на двадцать процентов урезались, еще и за аренду новые арендаторы собираются меньше платить — и ладно еще, что не совсем бесплатно жить хотят! Весело мне будет разгребаться, что говорить.
— Для вас успокоительное я тоже приготовлю, капитан, — обнадеживает меня доктор Сонг.
Жалко, что виртуальное успокоительное на игрока не действует! Но жест я оценил.
Деньги — 2 004 012 кредитов
Характеристики капитана:
Репутация — 883
Харизма — 25
Дипломатичность — 37
Предприимчивость — 16
Глава 11 (без правок)
Во всей этой бочке дегтя есть одна ложка меда… ну ладно, целых две.
Первая состоит в том, что остальные постояльцы словно бы сговорились дать мне передышку, и пока особых хлопот не доставляют. Даже омикра — то ли прониклись ситуацией, то ли очередная нота возымела действие: цветение своих лиан они прикрутили, так что ни пыльца, ни лепестки больше не досаждают моей инфраструктуре и нежным иммунным системам остальных инопланетян.
Вторая светлая сторона состоит в том, что преи пока не шляются по хабу. Сидят у себя в модуле, затихарились. Зато те, которые висят снаружи станции в своих военных кораблях, шумят вовсю. Пристают к каждому влетающему судну, требуют назваться, в некоторых случаях отказываются пропустить к станции, зато навязывают своих своих проверяющих.
Корабли же, зарегистрированные на одной из планет Превосходных (у этой расы, несмотря на ее слабость и непонятную систему размножений, много колоний — больше десятка), они вообще пропускать отказываются.
Спрашиваю Бриа, почему так выделили именно рогатых.
— Точно, вы же с информационно изолированной планеты и не помните эту историю! — Бриа щелкает пальцами. — Дело в том, что мы имеем дело с редчайшим случаем: Превосходные захватили колонию преи!
— Редчайшим случаем? — переспрашиваю я. — В том смысле, что захватывать колонии преи никто не рискует? А как же у Превосходных получилось?
— У нас получилось, потому что мы сильны духом и отважны! — сообщает Нирс, который присутствует в рубке, пока мы ведем этот разговор.
Вообще-то он должен был уже уйти, вахта не его (да, в игре есть расписание вахт!). Однако мой помощник сообщил, что не может спать спокойно, пока преи бесчинствуют в окрестностях станции (его собственные слова), а потому останется на посту. Также он заверил меня, что Превосходные могут без особого вреда для себя не спать до двух недель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мне показалось, что последнее не совсем правда: иначе зачем он притащил в рубку термос, к которому постоянно прикладывался? Наверняка в нем был аналог кофе.
— Да, я не сомневаюсь, что они сильны духом, — говорю, — но все же хотелось бы конкретики.
— Мы одолели преи, потому что мы не боялись жертвовать собой, если это означало одолеть врага, — пожимает плечами Нирс, как будто это разумеется само собой. — Многие наши пилоты добровольно превратили свои корабли в мощные бомбы! — а теперь тон такой, как будто он этим гордится. — Они умерли героями, а их подвиг воспевается в веках! Если хотите, перечислю вам их имена…
