следующим соображением: в сфере политики речь должна идти не только об ожидаемом, но особенно о реальном политическом поведении.
Надо сказать, что зарубежные социологи этой проблемой занимаются уже давно. Их эмпирические исследования представляют определенный интерес по крайней мере с точки зрения накопления фактического материала, хотя применяемые ими методологические принципы и многие из сделанных ими выводов вызывают серьезные возражения.
В зарубежной социологии простейшей единицы анализа лидерства выступает «акт лидерства». В структуру акта лидерства входят четыре основных элемента, которые, взаимодействуя друг с другом, постоянно изменяются. Во-первых, это лидер с определенными личностными чертами, присущими только ему, способностями и возможностями, относящимися к целевым навыкам. Во-вторых, последователи (followers), которые также имеют соответствующие способности, личностные характеристики и возможности для реализации целей. В-третьих, ситуация, внутри которой происходит процесс взаимодействия. В-четвертых, задача, которой взаимодействующие индивиды противостоят, т. е. пытаются ее решить.
Советский социолог Г. К. Ашин проделал интересную работу по обобщению материалов эмпирических исследований зарубежных социологов, посвященных этой проблеме[47]. Опираясь на его работу, приведем некоторые примеры, характеризующие направление, уровень и результаты изучения проблемы лидерства в зарубежной, главным образом в американской, социологической литературе.
В западной социологии понятие лидерства связывается с особым положением одного человека или привилегированного меньшинства (элиты) по отношению к большинству. Будучи более узким понятием, чем руководство, лидерство выражает такой тип отношений в группе, при котором координация ее деятельности задается сверху. Лидер оправдан и необходим в условиях отношений отчуждения, когда результаты деятельности индивидов превращаются в самостоятельную, господствующую над ними силу, в условиях «мнимой коллективности», при которой «люди лишены не только продуктов и орудий своего труда, но и понимания общей структуры и общей связи производственных и вообще фактически осуществляемых ими процессов»[48].
Американский социолог Э. Богардус одним из первых попытался выявить специфические личностные черты лидера; среди них он назвал и чувство юмора, и такт, и способность привлекать к себе внимание. Лидера формируют и выделяют из среды окружающих его людей «энергия, ум и характер». «Превосходящие интеллектуальные дарования доставляют личности выдающееся положение, которое рано или поздно приводит к лидерству» [49].
Этот подход, однако, вскоре показал свою несостоятельность, поскольку он совершенно не учитывал характера социальной среды, в которой выступает лидер. В 1940 году К. Бэрд, обобщив 20 исследований лидерства, основанных на «теории черт», составил список 79 черт, присущих лидеру. И сразу же обнаружились непреодолимые трудности, связанные с разнобоем в данных, которые имеются в этих исследованиях.
В 1948 году Р. Стогдилл обобщил данные уже 124 исследований черт лидерства[50] и, естественно, обнаружил еще большую путаницу. Л. Тёрманс и сам Стогдилл доказывали, что лидер обладает большим интеллектом, чем члены его группы. Но обнаружились и противоположные данные: так, «исследования не показали, что превосходящий ум желателен или необходим для лидерства в бизнесе»[51]. Ю. Дженнингс отмечал, что «было обнаружено слишком много не-лидеров, превосходящих лидеров по уму». Некоторые исследователи описали ряд «лидеров без черт», т. е. людей, выдвинувшихся в вожди в силу своей абсолютной безличности. Столкнувшись с этим обстоятельством, Дженнингс писал: «Никто не может быть удовлетворенным и сказать, что тайна лидерства решена. Частные исследования стали скапливаться в тома; одни черты выдвигались, чтобы доказать неправильность других черт. Из перечисляемых черт, таких, как рост, вес, физические данные, энергия, здоровье, внешний вид, скромность, — лишь немногие соотносились с лидерством, но ничего не давали для его объяснения»[52].
В последнее время лидерство все чаще рассматривается как функция ситуации. «Поведение лидера, которое вполне подходит для одной ситуации, может быть полностью непригодно в другой. Поведение бригадира на сталелитейном заводе весьма отличается от того, как должен вести себя руководитель исследовательской лаборатории. И хотя это не столь очевидно, то же самое относится к различному психологическому климату в эквивалентных жизненных ситуациях» [53]. Эту точку зрения поддерживают и другие социологи. «Человек, который является отличным руководителем отделения бюро прогнозов США на островах Рождества, может потерпеть неудачу как директор всего бюро и наоборот»[54].
Лидерство все более начинают рассматривать в терминах роли, которую играет личность в группе. Дж. Симпсон и Дж. Ингер, отвергая «теорию черт», пишут: «Нужна более соответствующая истине теория личности, которая полностью охватывала бы влияние ситуации… Коллективное поведение в системе внутригрупповых отношений нельзя объяснить тем, что заключено “внутри” индивидов. Люди — существа, играющие роль; они действуют в структурных ситуациях; в значительной степени они ведут себя в соответствии со своими обязательствами и интересами, определяемыми групповой принадлежностью»[55].
Исследования Э. Фромма, Д. Рисмена, И. Дженнингса установили, что чаще всего в странах Запада в качестве лидера выступает беспринципный человек, являющийся всего-навсего функцией ситуации, своего рода флюгером, действующим «по обстоятельствам». Это «человек с рыночной ориентацией» (Фромм) или «внешне ориентированный индивид» (Рисмен). «Человек с рыночной ориентацией» относится к себе как к товару, который надо продать, и вырабатывает в себе качества, соответствующие конъюнктуре, или «ситуационному спросу».
Противоположным типом является «производительный человек» (по терминологии Рисмена, «внутренне ориентированный»), реализующий определенные внутренние потенци[56]и.
В последних исследованиях американских социологов стала пробивать себе дорогу новая точка зрения, делающая упор на таком факторе, как отношение ведомых к лидеру. Согласно этой точке зрения, разгадку тайны лидера надо искать не в нем самом, а в его последователях, их психологии, интересах и запросах. «Следующим шагом в более разумной концепции лидерства было включение личности последователя и нужд группы в концепцию лидерства», — пишет Т. Хейман [57]. «Именно последователь воспринимает лидера, воспринимает ситуацию и в конечном счете принимает или отвергает лидерство»[58]. Хэмблин, Бэрк и другие исследуют лидерство с точки зрения «способности лидера удовлетворять нужды последователей»[59].
Подобное лидерство Дженнингс называет «атмосферным лидерством»: «Член группы, который стремится быть лидером, прежде всего пытается почувствовать “дух” или “моду”, соответствие которым позволило бы ему достичь своей цели без проявления особой инициативы и без большого риска»[60].
На помощь беспринципным карьеристам здесь приходят «социальные метеорологи, которые… запускают свои шары-зонды, чтобы установить авторитарный или демократический сейчас климат…
Шарами этими являются обзоры, вопросники или интервью»[61].
Концепция Ю. Дженнингса опирается на широко известную теорию Д. Рисмена, заявившего, что для современных США характерен тип людей, «направляемых другими». Они живут так, словно руководствуются показаниями радара, вмонтированного в их голову и сообщающего, чего ожидает от индивида его окружение. Лидером становится человек, наиболее успешно осуществляющий «ориентацию на других». Дженнингс упрекает современных руководителей за то, что «им не хватает воли к власти» (хотя вовсе не в том смысле,
