что они не желают власти). Эти руководители «могут быть высокомерными, жаждать господства, стремиться к высокому положению, но они не способны взять себя в руки и выработать свой собственный курс… Они движутся вместе с группой и вычитывают в ней свои цели» [62]. В этой несамостоятельности лидера Дженнингс видит причину упадка лидерства в западных странах.
Мы привели эти данные, чтобы показать направления американских эмпирических исследований принципов отбора руководителей. Оценивая эти исследования, нельзя не согласиться с теми исследователями, которые полагают, что изучение проблемы личности полезно лишь в том случае, если исследуемые социальные группы являются элементами более широких социальных структур. Частные социологические исследования «работают» только в рамках широкой научной теории, иначе они в определенном пункте превращаются в социографию. Действительно, проблема руководства в условиях классовых антагонистических формаций не может быть решена на уровне микроколлективов; саму структуру групп нельзя до конца понять, отвлекаясь от объективной структуры общества, сущности производственных отношений, на основе которых функционируют отдельные группы. Вопрос о руководстве и руководителе стоит совершенно по-разному в различных социальных структурах: в условиях капитализма за ним скрываются антагонистические отношения господства и подчинения (господствующий класс монополизирует управление общественным процессом); при социализме он базируется на отношениях товарищеского сотрудничества и взаимопомощи[63].
Теоретической основой правильного решения проблемы лидерства является вопрос о роли правящих сил, политических элит, партий, их руководителей в социальном процессе. Однако постановка вопроса о роли народных масс и личности в истории в ее наиболее общем виде должна дополняться конкретными социологическими исследованиями проблем лидерства. Для этих исследований, очевидно, необходима разработка на основе исторического материала более частной методики. Эту методику может дать материалистическая теория политики. Опираясь на вырабатываемые ею методы и понятия, можно с успехом проводить конкретные исследования проблемы руководства, изучать и классифицировать права и обязанности руководителей, анализировать оптимальную организацию труда руководителя, проводить социально-психологические исследования качеств, необходимых руководителю в различных сферах общественной жизни, вырабатывать рекомендации по технологии отбора, обучения и методам налаживания правильных отношений между руководителями и руководимыми и т. д.
Эмпирический материал, накопленный западными социологами в области изучения лидерства, показывает, что исследование личных компонентов весьма способствует пониманию политического процесса, механизмов принятия решений и формирования политики.
ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА[64]
Крупный самостоятельный раздел в теории политики, несомненно, составляет учения о политических системах и институтах, политических режимах, динамике функционирования учреждений власти и управления. Одна из особенностей подхода настоящей работы к изучению государства и других политических институтов состоит в попытке рассмотреть их динамику под углом зрения системного анализа политических структур.
Под политической системой обычно понимается относительно замкнутая система, которая обеспечивает интеграцию всех элементов общества и само его существование как единого организма, централизованно управляемого политической властью, сердцевину которого составляет государство. При таком понимании политическая система включает политические институты — государство, право, политические партии и организации и пр., — а также систему коммуникаций, связывающих членов общества и социальные группы с политической властью.
Политическая система представляет собой одну из подсистем общества (наряду с такими его подсистемами, как социально-экономическая, социально-культурная, личностная и др.) и играет основную роль в мобилизации ресурсов общества на достижение выдвигаемых им или его частью целей с помощью политической власти. Мобилизация общественных сил и средств в интересах достижения общих социальных целей, навязываемых и формулируемых элитой, представляет собой специфическую социальную функцию политической системы. В то же время последняя, наряду с другими социальными системами, решает такие задачи, как интеграция общества, определение его целей и задач в решении конкретных экономических, культурных и иных проблем и т. п. Такова, на наш взгляд, важнейшая особенность политической системы, в отличие от других подсистем, с точки зрения ее социальных функций и ролей.
Другое коренное отличие политической системы от любой иной общественной системы состоит в том, что она владеет монополией на государственное принуждение в масштабах всего общества и располагает для этого специализированным аппаратом. Другие подсистемы также могут в той или иной степени при осуществлении своих функций использовать методы власти, авторитета, но лишь политическая система имеет в своем распоряжении особый механизм политической власти и принуждения, действующий в рамках всего общества.
Традиционным основным институтом политической системы является государство, которое в свою очередь состоит из ряда функциональных подсистем, таких, как законодательная власть, исполнительная, судебная. Но политическая система не сводится к государству, хотя государство играет в ней центральную роль; она включает в себя многие другие политические структуры, которые осуществляют функции, жизненно необходимые для ее функционирования как самостоятельной социальной подсистемы. Такие структуры могут не иметь специальных атрибутов принуждения, но именно с их помощью формируются отношения между политической властью и всем обществом, между субъектами и объектами управления, вовлекаются в политическую жизнь новые члены общества, вырабатываются и формулируются политические цели, осуществляется контроль распределения ценностей (материальных и духовных ресурсов, культурных достижений, политических привилегий и т. д.). Словом, именно они обусловливают динамику политической жизни.
Наиболее очевидным образом различие понятий «политическая система» и «государство» обнаруживается при анализе политических институтов. Кроме государственных органов в политическую систему входят некоторые иные политические институты и организации, прежде всего политические партии. Их значение раскрывается в ходе исследования политической системы и государства на основе социологического подхода.
Опыт империалистических государств, особенно фашистских и тоталитарных, показал, что описание конституционных и правовых форм дает лишь самое слабое представление о подлинной деятельности государства, о его механизме, о политике, которую оно осуществляет, о политической жизни в целом. Опыт существования фашистских государств в Германии, Италии и Испании весьма наглядно показал, какую огромную, нередко решающую роль могут играть политические учреждения неконституционного характера, формально не располагающие прерогативами власти. Это относится в первую очередь к националистским и другим фашистским партиям, которые выступали как основной элемент политической системы и стояли над государственными институтами. Политический аппарат все больше срастался с государственным аппаратом, причем последний оказывался в подчиненном положении. Внутри государственного аппарата на первый план выдвигались террористические и милитаристские организации, такие, как тайная полиция, армия, разведка.
Эти соображения в определенной мере относятся и к современным империалистическим государствам. Правда, ни в одном из них партии не играют такой роли, какую они играли в фашистских странах. Как правило, они служат инструментом влияния на массы, формирования политократии и в меньшей степени фактором выработки политики. В то же время в ряде стран, например в Западной Германии, партии, находясь у власти, выступают и как орудие руководства обществом со стороны правящих сил. Они оказывают влияние не только на формирование высшего слоя чиновников государства, но и на конкретные политические шаги и решения. Иными
