сложить?
— Руки он неё убрал, — голос Кирилла сквозит угрозой. Неподдельной. Я нутром ощущаю опасность.
Отскакиваю от незнакомого мужика, насколько мне позволяет пространство, потирая запястье.
— Ненормальный, — выплевываю и уношу прочь ноги, оставляя их наедине.
— Ты что, мать твою, делаешь?
— Да так, проверить решил… Она хочет "отомстить", — рисует кавычки в воздухе, — но при этом с конкретным человеком. Обычно, когда хотят мстить — им плевать с кем. Странно, не находишь? Или ты решил её приручить? — хитро щурится. — Похвальное решение.
— Я не лошадка, чтобы меня приручали! — возмущаюсь, возвращаясь к дверям кухни.
— А подслушивать не хорошо, — цокает гость.
— Я твой мерзкий голос и из комнаты слышала.
— А ты уверена, что с таким характером на тебе вообще захотят жениться? — вздрагиваю. — Даже если и осмелится, то долго тебя не выдержит.
Опускаю голову, стараясь унять дрожь. Я… не хочу, чтобыонотрёкся от меня. Не хочу… сердце убыстряет ход и становится тяжело дышать.
Кирилл уходит провожать гостя, а я так и остаюсь стоять. Впервые, за всё время моего проживания здесь, мне открыли глаза на то, что я боюсь потерять, но, что придётся. И так душу от этого щемит.
Наверно, если бы не толчок со стороны незнакомого мужика — я бы поздно осознала такую важную штуку. И было бы поздно что-то менять.
Ухожу в свою комнату, полностью погруженная в свои мысли. Наверно, я совсем бледная, так как мужчина смотрит на меня с беспокойством.
Глава 11
— Что это?
После работы Кирилл принес какую-то коробку и отдал ее мне в качестве подарка. На картинке изображено нечто U-образное розового цвета. Сама коробка выдержана в черно-красных тонах. Так что догадаться о содержимом не представляется возможным.
— Ошейник? — насторожено делаю предположение.
— Нет, — хохочет. — Я тебе после ужина покажу.
«Любопытство не порок, а такое хобби», — всеми известная фраза, которая наиболее полно отображает мое напряжение в этот вечер. Интерес распирает меня изнутри, не давая в полной мере распробовать вкусняшки, которые Кир принес с собой. Ну это полное издевательство. Мог бы хоть намекнуть, что это. Я бы сейчас была спокойна, как удав.
Мужчина ужинает с каменным лицом. Он отстранен, расслаблен.
Почти не смотрит на меня и меня это немного напрягает.
Ужин заканчивается и мы медленно «перетекаем» в спальню.
— Ну что, готова экспериментировать? — распечатывает содержимое коробки.
— Трудно сказать.
— Раздевайся, — коротко командует, что ставит меня в тупик.
— Зачем?
— Верх можешь не снимать. Только шорты и трусики.
— Отвернись, — говорю строго.
— Ты уж извини, но если я не буду смотреть, как я буду тебе это показывать.
— А что именно ты собрался мне показать.
— Прелести взрослой жизни, которых ты сознательно лишаешь себя. Если ты боишься, что я трону тебя, то зря — я свое обещание держу. Ложись и расслабься.
И я почему-то верю ему. Верю, что он не тронет меня. Хотя на самом деле это печалит. И где мои разумные мозги? Почему я не могу действовать в соответствии своим словам?
Делаю как он говорит и ложусь на спину.
Закрываю глаза и пытаюсь сосредоточится на ощущениях. Чувствую его горячее дыхание рядом со своим ухом и невольно пытаюсь прикрыться плечом.
— Боишься? — шепчет и нежно целует в щеку.
— Немного, но… я доверяю тебе.
— Расстегни лифчик, — продолжает шептать.
И я расстегиваю. Руки немного трясутся, но послушно выполняю просьбу. Вынимаю его через рукав футболки и отбрасываю в сторону.
Его поцелуи спускаются на шею, а руки мнут грудь. Тело отзывается на его ласку и я начинаю ёрзать по кровати. Он приподнимает футболку и присасывается к груди, покусывает горошинку, потом зализывает ее языком, а затем вновь всасывает в себя. Черт. Выгибаюсь от нахлынувших ощущений. Низ живота тянет в предвкушении продолжения. Силой свожу ноги вместе, давая понять, что я на грани.
В ту же секунду его руки уже шалят у меня между ног.
Ощущаю как что-то входит в меня. Непривычно.
— Для…чего эта штука?
Кирилл делает последние штрихи сподарком, ставя ее в нужное положение.
— Наслаждайся, — ухмыляется и включает механизм.
От неожиданности даже вскрикиваю. Эта штука оказалась вибратором. Одна ее часть, более плоская, находится на клиторе, вторая где-то внутри на такой же чувствительной точке. Непривычно, щекотно, ахуенно… но мало. Я хочу большего. Разум мутится, а язык заплетается.
— Вы…выта…ааа…вытащи, — далеко не с первого раза у меня получается озвучить свою просьбу.
— Не понравилось? — разочарованно интересуется Кир, но всё-таки вытаскивает.
Дергаю его за руку и заваливаю на спину. Задираю ему футболку и хаотично целую грудь, живот, опускаясь ниже. Стягиваю ему штаны вместе с плавками.
— Оу, вот это ты разгорячилась, — веселится.
Сажусь на него верхом и трусь о его дружка. Кирилл держит свои руки на моих бедрах. Сминает их, помогает двигаться, не терять темп. В какой-то момент меня пронзает резкая боль и я сгинаюсь, матерясь.
— Я тут не причем, — Кир поднимает руки и застывает. Для него это стало неожиданностью.
— Бо…больно, — выдавливаю из себя и ложусь ему на грудь. — Я не думала, что будет так больно.
— Так ты специально населась?
— А ты думал, что я настолько криворукая, что чисто случайно пронзила себя твоей штукой.
— Членом, — поправляет. — Называй всё своими именами.
Вообще плевать. Какая разница как называть.
— Ложись на спину, я помогу тебе расслабиться.
Он повторяет свои ласки. Целует шею, грудь, ласкает клитор. А еще… дразнится, погружая край головки в лоно. Боль отходит на второй план и я вновь ёрзаю в нетерпении. Кирилл начинает вдалбливаться в меня, постепенно набирая темп и глубину. По венам расходятся заряды электричества, словно искра, от которой вот-вот разгорится неконтролируемое пламя.
— Стой… — он замедляется. — Я… я больше не могу.
— Наоборот, — улыбается. — Мне нужно ускориться.
