И он правда ускоряется.
Толчок. Один, два, три. В глазах что-то взрывается и мое тело выгибает дугой.
— Еще немного. Я тоже на пределе.
Он резко отстраняется и мой живот обжигает густая субстанция.
Ой.
Пытаюсь отдышаться и не могу никак насытиться воздухом.
— Ну как ощущения?
— Кайфовые.
Кирилл прижимает к своей груди и я блаженно закрываю глаза, растворяясь в этом мужчине.
Быть может это эйфория и все мои накрученные чувства растворяться срассветом. Он знает как доставить девушке удовольствие. Может поэтому я воспринимаю его так остро. Я задыхаюсь, когда он рядом. В груди, словно поставили перегородку, которая блокирует всё лишнее.
Главное не сказать ему ничего лишнего.
* * *
На утро вся моя решимость спала и я чувствовала себя не в своей тарелке.
— Привет.
Оборачиваюсь и Кирилл тут же припадает к моим губам. Целует так жадно и страстно.
Сердце пропускает удар за ударом.
Не могу… не должна отвечать.
— Нет, — слабо возражаю.
— Почему? — спрашивает с придыханием. — Ты же хочешь меня.
Не успеваю ничего ответить. В коридоре раздаётся трель городского телефона и он уходит.
Мой взгляд туманный. Сердце бешено колотится. Ноги еле слушаются, но я заставляю себя уйти из кухни в свою комнату. Заваливаюсь на кровать и прикрываю глаза.
— Сразу к делу? — слышу насмешливый голос и кровать вокруг меня продавливается.
— Пожалуйста, не надо… я не хочу.
Целует шею. Сжимает грудь.
С силой прикусываю губу, чтобы привести себя в чувства. С ним я и правда теряю голову.
— Вчера ты очень даже хотела, — чуть отрывается от шеи.
— Я не знаю, что на меня нашло. И я ненавижу себя за это.
Он останавливается, смотрит на меня, а в глазах мелькает скорбь и разочарование. Я задела его эго?
— Я предала не только свои принципы, но и…
— Ты опять думаешь о своём женихе? — понимает куда я клоню.
— Я не смогу скрываться всю жизнь…
И с тобой остаться не смогу. Как только время кончится наши пути разойдутся. Если я сейчас позволю себе быть с тобой неосторожной, я не знаю как это может всё обернуться для меня. Одно я знаю точно, мне будет тяжело с тобой прощаться.
— Когда-нибудь родители илион — найдут меня. И я пожалею о своих действиях.
Вижу, что он хочет спросить меня о чем-то. И догадываюсь о чем — сожалею ли я сейчас. И я бы не смогла солгать. Не сожалею. Я рада, что встретила такого замечательного человека, жаль что не в то время.
— Ты сейчас шутишь? — на полном серьёзе начинает мужчина. — Ты ненавидишь своего жениха. Не хочешь выходить за него замуж, но считаешь, что изменяешь ему?! Ты серьёзно?
— Не хочу… Заставят.
— Кто?.. Жених? Ты не вещь, чтобы тебя могли заставить.
— Родители. Они хотят за мой счёт обогатиться.
— Каким образом? — нахмуривается. — Если составлен договор и там есть плата, больше той суммы они всё равно не получат.
— Не знаю. Как-нибудь сдоят денег.
— Ты что-то знаешь об этом?
— Мама мне прямым текстом сказала, что заживут они после этого дорого-богато. Сомневаюсь, что речь шла о деньгах из договора. Только если там не миллионы долларов, которых хватит на всю оставшуюся жизнь…
Он задумывается о чем-то, а я продолжаю:
— Не хочу больше об этом. Хочешь меня…
— Хочу.
— Насилуй, — смотрю на него серьёзно. — Я добровольно не соглашусь.
Несколько секунд, словно вечность. В голове разворачиваются многочисленные пути: от — рассердится и ударит, до — равнодушно завладеет телом. Но он превзошёл мои ожидания. Даже стыдно за мои мысли.
— Такой хернёй я не страдаю. Я мудак, конечно, но не настолько.
— Самокритично, — хмыкаю.
— За каждым свой грешок.
Он уходит, а я ещё некоторое время лежу на кровати, проживая последние пару минут.
Собираю остатки сил и встаю.
Смотрю в окно и понимаю, что я влюбляюсь. Влюбляюсь в его мужественный образ, широкие плечи, крепкий торс, глубокий отстраненный взгляд и карие очи.
Я падаю на колени, держась за подоконник, и горько плачу от безысходности. Я не имею права показывать свои чувства ему. Только не в этой ситуации. У меня есть жених, хоть и фиктивный. Нет, настоящий. Буду ли я испытывать, хоть толику тех чувств, что испытываю к этому мужчине?
Кирилл
На работу еду полный решимостью. Пора заканчивать этот спектакль. Времени прошло достаточно, чтобы присмотреться к свалившейся на мою голову девчонке. Малышка запуталась и уже не понимает, что правильно, а что нет. Ей не с кем посоветоваться. Родители — она считает, что они ее предали. Меня? Я плохой советчик. Заинтересованная сторона. Подруга дала очень интересный и вполне разумный совет, но я чувствовал бы себя отвратительно, если бы воспользовался такой возможностью. Тем не менее, секс между нами вчера был — чему я несказанно рад. Вот только меня волнует психологическое состояние Оксаны. Она чувствует давление на себя, она пытается сопротивляться и действовать по своим ощущениям и правилам, но лишь больше запутывается в правильности своих поступков.
— Юр, найди мне всю информацию про них, — захожу в кабинет юриста.
— Костенецкий Трофим Георгиевич, Костенецкая Марья Павловна. Это кто? — посмотрел на меня исподлобья.
— Родители Оксаны.
— А Оксана это…?
— Моя невеста. Не замечал за тобой провалы в памяти.
— Так у нее же другая фамилия, — возмутился друг. — Я так понимаю всю подноготную на них найти? В частности, на ее мать?
— Именно. Ты всё правильно понял.
— Сколько у меня времени?
— До обеда.
— Издеваешься?! Раньше не мог соизволить мне дать задание?
— Так и быть. В два, чтобы информация была у меня.
— Сжалился, — прошипел сквозь зубы Юрий. — И не жди, что я буду заниматься делами фирмы в это время.
