тех пор, как был заключен тот договор многое изменилось.
— Например…
— Ты меня в могилу сведешь, — трет ладонью лицо.
— Ну ты же хотел, чтобы я тратила твои деньги! После твоей смерти будет необъятный простор действий, — взмахиваю рукой.
Тьфу, тьфу, тьфу… Типун тебе на язык, дура.
Мужчина сверлит меня взглядом.
Вздергиваю носиком и удаляюсь.
Лучше не буду попадаться ему на глаза некоторое время, а желательно до завтра. Куда бы спрятаться?
Нахожу свободную комнату и ложусь на ночь в ней. В полночь дверь моей комнаты хлопает и отчетливо слышен щелчок замка. Силуэт движется ко мне.
— Кто здесь?! — подскакиваю на кровати и включаю лампу на прикроватной тумбочке.
Замираю и смотрю на Кирилла.
— Боишься меня? — хмыкает.
— Поздновато ты пришел разговаривать, — бегло осматриваю комнату.
— А если я не говорить пришел.
Глава 13
— А зачем? — сердце так нервно стучит.
— А ты как думаешь, — я не вижу, но представляется мне, что он сейчас ухмыляется.
— Не говори загадками.
Его движения плавные и медленные. Сразу представляется как хищная кошка примеряется к своей жертве перед нападением. И тут даже гадать не нужно — кто из нас жертва. Хотя я себя таковой сейчас не считаю. Что-то есть в нем такое притягательное, что заставляет меня думать, что я в безопасности. И чем бы сейчас не закончилась эта встреча, я не изменю своего решения. Пусть я веду себя грубо, нелогично, но этот человек для меня самый родной, в нынешней ситуации. И я хочу верить, что он не причинит мне вреда.
— Подумай своей прелестной головкой, — Кирилл аккуратно садится на самый краешек и внимательно всматривается в мое лицо.
— Бра… брачная ночь? — предполагаю заикающимся голосом. И правда, как я могла забыть о ней.
— Умница, — тянется к моим губам и припадает к ним требовательным, но в тоже время нежным поцелуем. Бережно укладывает на постель, проводит рукой от плеч, по рукам, талии и задерживается на бедрах. Гладит их своими горячими ладонями и заставляет меня закусить губу, чтобы лежать тихо, не издавая и звука. Переходит поцелуями на шею, одной рукой продолжает мять бедро, другая — очерчивает грудь и освобождает её от ненужной сейчас тряпки.
Пытаюсь отстранится от ощущений, но ненадолго. Когда Кирилл прикусывает сосок и медленно начинает его посасывать — я не выдерживаю. Из моих уст вырывается протяжный стон. Его это явно устраивает. Он смотрит на меня снизу вверх с игривыми искорками в глазах, не отрываясь от груди.
Мне уже хочется, чтобы его руки опустились ниже, но он этого не делает. Растягивает свое удовольствие, медлит, чем заставляет тело изнывать в томительном ожидании. Ненавижу тебя, изверг. Сладкая пытка длится минут десять, но так и не доходит до логического конца. Он… он не разу не притронулся ко мне. Ни разу не залез ко мне в трусики. Сказать, что я расстроена — значит ни чего не сказать. Он отстраняется, а из меня вырывается лишь разочарованный выдох.
— А…
— Я пришёл увидетьтоттвой взгляд. Соседа ты обожала, а меня… ненавидишь, — с этими словами он уходит.
Даже не могу описать словами, что со мной в этот момент происходило. Внутри всё буквально рушится, как карточный домик.
Действую моментально. Накидываю халат, выхожу в коридор и прослеживаю за ним за его комнатой. Захожу следом и крепко обнимаю со спины.
— Переспи со мной, — удивляю его. — Пожалуйста.
Дергает меня за руку и заваливает на кровать. Нависает надо мной.
— Ты сейчас не в себе.
— Ты о чем? — хмурюсь.
— Ты говоришь на эмоциях, потому что возбуждена…
— А что в этом плохого?
— Ты боишься меня! — вскакивает с кровати. — Вынужденно согласилась на этот брак. В конце концов… ты ненавидишь меня.
— Не правда! — практически срываюсь на крик. — Не правда, — практически хнычу.
— Правда. И ты знаешь это не хуже меня.
И я молчу. Сказать ему правду о том, что я к нему чувствую? А что я к нему конкретно чувствую? Может это простая привязанность — я не знаю. Да и сдались ли ему мои искренние чувства. Для чего я ему вообще? Зачем ему этот брак… Столько вопросов и пока я не знаю ответа ни на один из них.
— Можно я хотя бы останусь здесь спать?
Его молчание действует оглушительно громко. И я на ватных ногах плетусь к двери.
— Можно, — слышу в спину. Непослушными руками вытираю непрошеную слезу и, немного помешкав, возвращаюсь в постель. Чувствую это будет непростое для меня время. Весь этот брак станет непростым длянасиспытанием.
* * *
Не знаю сколько сейчас времени, но раздражающий стук в дверь сейчас чувствуется барабанной дробью по голове. Кир практически сползает с кровати.
— Оксана Трофимовна пропала.
— Кто? — звучит его сонный голос.
— Ваша жена. Её нет в комнате.
— Она у меня.
— Костя? Верно? — подхожу к двери. — Значит ты всё-таки приказал следить за мной? — обращаюсь к мужу.
— Не следить, а присматривать.
Охранник уходит, а я неверяще смотрю на мужа. Казалось бы, он должен же мне доверять, а сейчас получается совсем иная ситуация, которая меня несомненно расстраивает.
— Только не начинай опять, — взмаливает мужчина, когда видит, что я собираюсь уйти.
— Я надеюсь, что в выходные ты расскажешь мне всё, что скрываешь, — смотрю на него выжидательно.
— Спасибо, — облегченно выдыхает. — Обязательно, — тянется ко мне поцелуем.
— Нет, — отвечаю строго. — Пока не расскажешь, ничего не будет.
— Ой ли, — шутливо говорит муж.
— С телом — делай что хочешь. Но сердцем я тебе не дамся.
Оставляю его в растрепанных чувствах и ухожу в свою комнату. Мне нужно поразмыслить над возникшей ситуацией. Какую позицию мне следует принять. Одно ясно точно — я не могу сейчас менять решения сказанные вслух. Как бы не хотелось. А оно наверняка изменится, если он
