– Ты что это творишь, чертово отродье? – раздался над ее ухом грубый голос.
Джеми, обернувшись, увидела багровое от ярости лицо Калеба. Он занес руку с зажатой в пей тонкой палкой, и не успела Джеми пошевелиться, как палка со свистом опустилась па се спину. Девушка упала ничком па землю. Калеб придавил ее ногой и все бил и бил, не переставая. Джеми не могла ни двинуться, ни даже крикнуть – она лежала, уткнувшись лицом в землю, которая набивалась в рот. Джеми почувствовала, что задыхается.
Последняя мысль, промелькнувшая в ее угасающем сознании, была о том, что она почти дожила до дня своего освобождения.
Калеб, как заведенный, продолжал наносить удары по неподвижному телу. Сильный толчок отбросил его в сторону. За ним последовал мощный удар в челюсть, от которого Калеб рухнул навзничь и остался лежать, мыча и сплевывая кровь, текшую из рассеченной губы.
– С тобой я разберусь позже, – прорычал Ричард, склоняясь над безжизненным телом Джеми. Он поднял мальчика на руки и понес к дому, с тревогой вглядываясь в его лицо. Не мог же он умереть от побоев! А если задохнулся?
Но нет, слава богу, мальчик слабо, еле заметно, но дышал. Не приходя в сознание, он все же как будто почувствовал, что спасен, – тихонько простонал и теснее прижался к Ричарду.
Услышав стон, Хардипг ускорил шаг. Торопливо пересекая холл, он бросил через плечо, чтобы немедленно нашли и привели в кабинет Смидерс. Минутой позже он бережно опустил Джеми на диван и скинул свой испачканный в земле сюртук.
Мальчик дышал теперь глубже и ровнее. Это хорошо, но надо посмотреть, не повреждена ли спина.
Ричард осторожно, ругая сквозь зубы Смидерс, которая до сих пор не появилась, перевернул Джеми на живот, задрал балахон и вытянул из штанов край нижней рубахи. Ни крови, ни ран не оказалось – вся спина была обтянута полосками ткани. На плечах краснели кровоподтеки, но кожа была целой.
Недолго думая, Ричард схватил со стола ножницы и разрезал ткань от талии до плеч, чтобы посмотреть, нет ли под ней какого повреждения. Ничего: повязка и толстый балахон приняли удары на себя, на спине остались лишь красные полосы.
Вздохнув с облегчением, Ричард осторожно перевернул Джеми на спину. Повязка сбилась. Ричард снял ее и... застыл в изумлении – перед его глазами предстало вовсе не тело мальчика, а прелестные груди вполне сформировавшейся девушки.
Мысли вихрем закрутились у него в голове. Ему припомнилось все, что происходило с того дня, как этот мальчик (девушка!) вошел в его жизнь. Все осветилось новым светом. Странное поведение юного садовника при его приближении, и не только это. Ведь он сам тоже что-то чувствовал, недаром его так тянуло к этому глуповатому на вид подростку... Ричард сидел, пытаясь собраться с мыслями, а руки его лежали на ее грудях, и пальцы механически поглаживали красноватые полоски, оставшиеся там, где тугая повязка врезалась в нежную кожу.
Неожиданно глаза Джеми широко открылись. Взгляд был затуманен. Все же она его как будто узнала. И улыбнулась.
На какое-то мгновение, показавшееся ему бесконечным, Ричард утонул в сонной, манящей глубине зеленых глаз. Неожиданно девушка снова потеряла сознание. Ричард опомнился. Он ласкал ее, а ведь она ничего не понимала. Мало ли что он прочитал в ее глазах! Ричард отдернул руки, словно обжегшись.
– Лорд Хардинг!
Это была Смидерс. Он не слышал, как она вошла. Ричард торопливо одернул балахон на Джеми, но было уже поздно.
Глаза Смидерс смотрели сердито.
– Ты бы присматривала, что ли, за своим братом, – выдавил из себя Ричард. – Или, лучше сказать, «сестрой»? Ладно, не имеет значения Сейчас главное – Джеми. Я гулял по саду и увидел, как Калеб избивает его. Парня, то есть девушку, спасла повязка на груди, иначе неизвестно, чем бы все закончилось. Но лучше взгляни сама.
Смидерс опустилась на колени у дивана. Ричард отошел и дернул шнур звонка.
– Наверное, сочиняешь еще одну увлекательную историю, Смидерс? – заговорил он, не оборачиваясь. – У тебя богатая фантазия, в этом я уже имел случай убедиться. Хочу тебя огорчить: на этот раз вряд ли что-то получится. Я буду держать вас в разных комнатах, пока не докопаюсь до правды.
Вошел дворецкий.
– А-а, Дигби. Будь добр, позови миссис Петерс. Пусть придет сюда и побудет со Смидерс и Джеми, пока я не вернусь. И скажи Тому, пусть покараулит в холле. Без моего позволения ни Смидерс, ни Джеми из кабинета не выпускать.
Дворецкий с невозмутимым лицом отправился выполнять распоряжение.
– Ах да, – пробормотал Ричард. – Погоди, Дигби. – Он быстро написал что-то на листке бумаги, сложил его и отдал дворецкому.
– Отнеси это леди Хардинг, пока она не уехала в Бат. И пошли кого-нибудь из горничных помочь ей, так как ее камеристка... занята.
Дворецкий вышел, а Ричард повернулся к Смидерс:
– А ты позаботься о Джеми. Что бы вы там ни натворили, это отнюдь не оправдывает негодяя, который на нее напал. – Он подошел к дивану и замер, глядя на бледное лицо девушки. Ему вспомнились события последних недель и то, каким странным образом Джеми вошла в его жизнь. Ричард усмехнулся уголком рта. Ему очень нравился невинный, туповатый мальчишка, а оказалось, что он вовсе не мальчишка и, наверное, не туповатый и не невинный. Достаточно вспомнить, как она смотрела на него, когда он гладил ее грудь. Каким же он был дураком!
Появилась домоправительница, Ричард вышел, не оглядываясь, из кабинета, на мгновение заглянул в холл, чтобы проверить, там ли Том, и направился вверх по лестнице. Надо обыскать комнату, в которой жили Смидерс и ее так называемый брат.
Он остановился па пороге и окинул взглядом чистенькую комнатушку. Кровать, деревянный лежак, комод, небольшой платяной шкаф – и больше ничего. Никаких потайных мест тут наверняка нет. А что он ищет, он и сам не знает. Главным доказательством преступления является сама Джеми. Что же еще искать?
Не торопясь, методично Ричард начал осмотр. Он проверил все до мелочей в комоде, вытащил ящики, чтобы проверить, нет ли чего за ними или под ними. Каждый предмет обстановки он отодвинул от стены, обследовал каждый сантиметр пола.
То, что он искал, обнаружилось в платяном шкафу. Ричард с трудом поборол желание тут же помчаться в кабинет и потребовать ответа у этих женщин. Нет, здесь может быть еще что-то. Надо проверить все до конца.
Прошло около двух часов, прежде чем он вернулся в кабинет и отпустил Тома и миссис Петерс.
Войдя, Ричард остановился у двери, глядя на находившихся в комнате женщин. Джеми пришла в себя и сидела на диване, на который он ее положил, а Смидерс стояла около нее. Ричард отметил про себя, что при его появлении Джеми не сделала даже попытки встать и вообще выглядела собранной и спокойной. Иное дело – Смидерс: та нервно мяла в руках носовой платок, на лице ее была написана растерянность. Хорошо, подумал он, с нее-то и начнем.
