но он настаивал на щедрой компенсации.
— Въезжает телега в деревню. Возничий кричит: «Люди! Я дрова привёз!». Лошадь думает: «Ага, ОН привёз…», — усмехнулся я, открыв папку. — Раз ты упомянул топливо, значит, в первую очередь разговор пойдёт о сердце Старшего.
Быстро просмотрев глазами список, оценил щедрость предложения. Оно действительно было выше всяких ожиданий. Тут была даже квартира со всеми удобствами, в центральном круге, не говоря уже о таких мелочах, как пожизненный запас чёрных патронов и провианта.
— Нас интересует всё, что может послужить скачком для человечества. Те полтонны вещества, что мы доставили, хватит на ближайшие несколько циклов, а после…
— Затем они станут основой для создания ядерного оружия, верно? По крайней мере центральные, вторично облучаемые стержни.
— Ты не очень разбираешься в процессах, да? — поморщившись сказал Филинов, усевшись в кресле. Ольга ушла несколько часов назад, на встречу с «друзьями», как она сказала. Так что в палате, кроме нас, никого не было. — Это неважно, мы сумеем применить всё до последнего грамма. Редкоземельные ископаемые для нас особенно ценны.
— Понимаю. И вижу, что вы и в самом деле предлагаете многое. Могу я подумать?
— Ты должен решить до приёма у императора. У тебя одна ночь.
— Говорят, что у аристократии не принято торговаться, именно по этой причине предложение столь щедрое. Чтобы при моём отказе именно я выглядел неблагодарным, — усмехнулся я, помахав папкой. — Вот только это работает в обе стороны.
— О чём ты? Мы просто сделали предложение…
— От которого глупо было бы отказываться. Но у меня есть встречное.
— Встречное? И какое же? — нахмурился Филинов.
— Знания в чистом виде. Артефакты для вас почти бесполезны, даже если вы сумеете разобраться в их устройстве, нет технологий по их воспроизведению. Я же могу предложить куда более ценную вещь, и если всё получится, мы получим целые технологические цепочки. Новые производства или отдельные изделия.
— Ты предлагаешь мне поверить в то, что сумеешь справиться с задачей нескольких тысяч специалистов?
— Если тебя в моих словах смутило только это — нет. В моей голове собраны знания ушедшей цивилизации. Не все, но довольно много. Я сумею перенести их на электронный носитель и передать вам. Если мы договоримся.
— Если? — нахмурился Кирилл. — О чём ты? Погоди, ты сказал «Мы»?
— Я не собираюсь отдавать технологию просто так. Но и скрывать не собираюсь. Как ты верно заметил, главное — это благо человечества, у меня есть данные, у вас специалисты. А раз ты упомянул, что выкупаешь артефакты для своего рода, почему бы не сделать совместное производство?
— И как ты себе это представляешь? — усмехнувшись поднял бровь Кирилл. — Для любой настройки производства нужно обладать всеми знаниями. Тебе придётся их передать, а что дальше? Зачем ты будешь нужен?
— Род Филиновых обманет того, кто даст им новый источник влияния в городе? Ни за что не поверю, — сокрушённо покачал я головой. — Потеря репутации зачастую стоит больше любых прибылей.
— Положим, ты прав, и нам в самом деле выгоднее быть честными. Но что с производственными линиями? Как ты будешь гарантировать, что оно соблюдает процесс? Как собираешься его организовывать? У тебя уже есть такой опыт?
— Нет, конечно. Я больше скажу, учитывая разницу в технологическом уровне, многие решения придётся разрабатывать с нуля. А для этого снова нужны будут сведения в моей голове. Но чтобы ты и твой отец могли оценить возможную пользу, скажу лишь, что мы сможем наладить производство дронов и стратостатов разведки. С которых можно безопасно координировать артиллерийские удары.
— Вот ты о чём… — библиарий замолчав, поджал губы. Хоть он и старался держаться отстранённо, показатели сканера явственно выдавали волнение. — Отложим этот вопрос на потом. Что с нашим предложением? Ты его отвергаешь?
— На данный момент у меня нет другого выхода, — я покачал головой. — Это не из-за неуважения к вам, и не из-за его скудности. Просто я понимаю, что сумею с этими артефактами сделать куда больше.
— Больше? Ты собираешься их использовать? Переделать?
— Точно. По одному они бесполезны. Почти. А вот если их грамотно объединить… Впрочем, это будет полезно одному человеку, а не всему человечеству, да и управиться с ними вряд ли кто-то, кроме меня, сумеет. В общем, вам оно не выгодно, а я смогу применить наилучшим образом. Насчёт сотрудничества передай моё предложение отцу.
— Совместное производство дронов… — поднявшись, проговорил Филинов. — После произошедшего в этом сезоне никто не сумеет отказаться от подобного предложения, и ты это знаешь.
— Значит, нам остаётся только договориться о конкретике, — улыбнулся я и, сев на кушетке, протянул руку.
— Я передам твои слова отцу. Дословно. Когда будет решение, я тебе сообщу, — Кирилл сомневался не дольше пяти секунд, после чего пожал её и вышел из палаты.
А спустя всего полчаса пришла взволнованная Ольга и начала ходить по палате взад-вперёд.
— Ничего не спросишь? — наконец не выдержав, повернулась она ко мне.
— Мне кажется, ты сама сейчас расскажешь, раз так взволнована.
— А если нет?
— Назло бабушке отморожу уши? Ну раз так хочется, расскажи мне, пожалуйста, что тебя так воодушевило и выбило из равновесия, — легко согласился я.
— Данила! Он пришёл вместе с моими подругами, — выпалила княгиня. — Ну как, подругами… мы росли вместе, но наши пути разошлись. Я хотела узнать слухи, о том, что происходит в клане, а тут он…
— Думаешь, он может действовать независимо от отца?
— Нет. Наверное, нет… Не знаю я! — выпалила Ольга, ещё быстрее закружив по комнате. — Они… это должны были быть просто посиделки с чаем и сладостями. А в результате мы даже толком не поговорили.
— Он принёс какое-то предложение?
— Нет, только спросил, когда я вернусь, а потом сидел с мрачным лицом за соседним столом кафе. Я его даже прогнать не могла.
— Думаешь, он так оказывал на тебя давление? Или следил за девушками, чтобы они не сболтнули лишнего?
— Не знаю. Не думаю, что у нас и без него сложился бы разговор. Слишком все зажаты, никто не знает, что будет дальше. Со мной. С нами. С кланом, — проговорила Ольга, рухнув в кресло. — Через две ночи приём у императора, а меня болтает словно девчонку.
— Кто скажет, что ты мальчик, пусть первым бросит в меня камень, — ответил я, а затем надолго задумался, перебирая в голове варианты. Одни сами приходили, другие явно подталкивала Сара. — Интриги — не моя сильная сторона. Но если ты хочешь остаться в роду, тебе нужна сила и уверенность. Тебе нужно вернуться домой во всеоружии, с предложением, от которого они не захотят отказываться.
— И что я могу? Угрожать им через
