Марии только вчера сняли гипс, нога срослась хорошо. Мария не хромала и наслаждалась тем, что, наконец, может ходить. Однако идти в церковь не хотела.
– Его семья не хочет меня знать. А я не хочу себе лишней обиды. Если бы Хуан Карлос хотел нас познакомить, он бы сам меня пригласил. Из-за его семьи мы и ждем, когда он кончит учиться, чтобы стать независимым и пожениться…
Донья Мати только грустно покачивала головой: не нравилось ей все это, ох, как не нравилось!..
Глава 9
Благополучно завершилось венчание в церкви. Взволнованные жених и невеста стали счастливыми мужем и женой. Бренда пыталась проникнуть в церковь, но Альберто позаботился о надежной охране – ее не пустили. И Бренда, несчастная, доведенная до отчаяния Бренда, пулей, предназначенной для разлучницы, убила себя. Платье невесты все-таки было в крови. Но жених с невестой не знали об этом, для них этот день был не омраченным счастливым днем…
Домой после церкви пригласили только самых близких – Флоренсию, Фернанду, незваной явилась Наталия. Хуан Карлос был трогательно внимателен к Фернанде: ее утонченная красота, хрупкость, деликатность и такт не могли оставить его равнодушным. Ему хотелось помочь ей, и он успел уже переговорить с доктором Валадесом о консультации и собирался порадовать этим Фернанду. Наталия ревнивым чувством влюбленной женщины сразу же уловила взаимную симпатию Хуана Карлоса и Фернанды. Услышав, как Хуан Карлос предлагает Фернанде осмотреть дом, она вмешалась в разговор.
– Тактика одна, Хуан Карлос? И мне ты когда-то показывал дом. И я потом ни в чем не могла тебе отказать.
– Что ты такое говоришь, Наталия?
– Правду, и почему бы Фернанде не знать ее?
– В столовой, кажется, уже накрыт стол. Пойду посмотрю, – сказала Фернанда, направляясь к дверям.
– Тебе не интересно твое будущее, Фернанда? У Хуана Карлоса ведь всегда одна тактика!
– Я не хочу вам мешать и только! – ответила Фернанда и вышла из комнаты.
– Как я ненавижу тебя, Наталия!
– Как я люблю тебя, Хуан Карлос! Сидя на кровати, Мария укачивала сына.
– Господи! Дай мне сил! – шептала она. – Снова мы с тобой одни, сыночек. Вернется, не вернется – не имеет значения… не мы его душа, его сердце… Он приходит к нам, если нет других дел… Он со своей семьей, а мы с тобой одни на свете, сыночек!..
Флоренсия с нежностью оглядела порозовевшую, с блестящими глазами Фернанду.
– Я так рада, доченька! Праздничный день такой долгий, но глядя на тебя, не скажешь, что ты устала.
– Благодаря Хуану Карлосу, мамочка.
Высокий черноглазый парень стоял посреди двора, оглядываясь по сторонам. Рита, проходя мимо, поглядела на него с любопытством.
– Простите, если побеспокою, но не здесь ли живет Мария Лопес? – спросил он.
Рита посмотрела на него с еще большим любопытством.
– А кто ее спрашивает?
– Роман – двоюродный брат.
Рита кивнула и побежала к Марии. Мария никогда не говорила, что у нее есть брат, да еще такой красавец… Услышав новость, Мария обрадовалась: ну и ну! Сколько лет не виделись! Роман ведь уезжал на заработки за границу, интересно узнать, с чем вернулся? Вернулся, как охазывается, ни с чем. Потому и пришлось Роману ехать в город, искать жилье, работу. Он надеялся, что Мария ему поможет. Они сидели, говорили, перебивая друг друга. Пришла Рита, принесла малыша, тут настала очередь удивляться Роману: он понятия не имел, что Мария вышла замуж. Что ж, ему рассказали не слишком веселую историю. Роман побагровел от гнева. Он и сам натерпелся от богатых шалопаев, но он-то мужчина, мог как-никак за себя постоять, а тут так подло обидели слабую, беспомощную девушку! Черные глаза Романа зажглись недобрым огнем. Он обернулся на скрип двери: на пороге стоял невысокий стройный молодой человек в элегантном летнем костюме. Роману не нужно было долго думать, чтобы понять, кто это. Мария подтвердила его догадку, сказав:
– Познакомьтесь – Хуан Карлос, отец моего сына. Роман, мой двоюродный брат.
Молодой человек разжал губы и промямлил:
– Очень приятно, Хуан Карлос дель Вильяр.
И тут Роман со всего маху влепил ему пощечину. Рука у Романа была довольно тяжелая, щека у Хуана Карлоса запылала, глаз закрылся.
– Ну и мразь! – веско произнес Роман. – Думал и постоять за нее некому?! Выйди, Мария, мы найдем, о чем нам поговорить.
Мария стояла между ними, умоляюще глядя то на одного, то на другого, но понимала: мужской разговор неизбежен, и больше не перечила – вышла.
– Вы обесчестили мою сестру, – Роман угрожающе надвинулся на побледневшего, с пылающей щекой молодого человека.
– Подобные слова давно вышли из употребления, – ответил Хуан Карлос, надменно поджимая губы.
– Слова сути дела не меняют.
– Суть в том, что мы с Марией любим друг друга.
– А почему тогда не женаты?
– Мария хочет, чтобы я закончил образование. Вскоре я получу диплом врача, наше будущее будет обеспечено. А пока она и слышать не хочет ни о какой помощи от меня, потому что я живу на деньги отца. Она обеспечивает себя и сына, а я прихожу к ней как гость до той поры, пока мы не поженимся…
– Больно складно, чтобы быть правдой.
– Можете мне не верить. Я высказал все как на духу. Хуан Карлос резко повернулся и вышел. На ходу он бросил Марии:
– Зайду как-нибудь в другой раз!
Роман испытующе смотрел на Марию – правду ли сказал этот хлыщ – и Мария поспешила подтвердить: да-да, она не хочет выходить замуж за Хуана Карл оса, пока он не закончит образование. Ей говорят много всякого, но она ему верит! Будущее покажет, кто прав: она со своей верой или разумники со своим недоверием!
Защищая Хуана Карлоса, Мария была так хороша, что Роман от души пожелал, чтобы она в своей вере не обманулась, но сам он богатым хлыщам не доверял. К ним подошел Рене, потом Бенито, познакомились. Бенито, узнав, что Роман всю жизнь сидит за баранкой, обрадовался: у них в мастерской как раз нужен человек, который смыслит в моторах. Похоже, работа наклевывалась. Рене предложил: пока суть да дело, пусть Роман поживет у него, а там видно будет. В общем, Роману явно плыла удача в руки.
И Рене не сомневался: повезет и ему. Поэтому он с удвоенной энергией стал уговаривать Альмиру выйти за него замуж, ну, если не сразу замуж, так хоть в кино сходить, а если не в кино, то поцеловаться-то можно!
– Стоит только начать, Альмира! Попробуй, вот увидишь, понравится! – уговаривал Рене.
Обида, ощущение собственной униженности, бессильная ярость душили Хуана Карлоса. Сейчас он не любил и Марию: из-за нее он попал в среду совершенно чуждых ему людей, да не людей – дикарей, варваров, с которыми он не желал иметь ничего общего. Про себя он решил твердо: ноги его больше там не будет. Отец, Альберто были безусловно правы, говоря, что ему там делать нечего. И когда позвонила Мария, встревоженная, обеспокоенная его отсутствием, когда просила извинить брата за то, что тот погорячился, Хуан Карлос твердо сказал: она должна переменить квартиру, в противном случае они больше никогда не увидятся. Он не сомневался, что Мария не тронется с места – как-никак там сидели с ребенком, давая ей возможность зарабатывать себе на жизнь, там вокруг нее увивался негодяй-учитель. Хуан Карлос прекрасно видел, чего добивается благородный маэстро: он ведь по уши влюблен в Марию и хочет завоевать ее доверие, а потом заполучить ее. Хуана Карлоса душила ревность. Он хотел покончить разом и с унижениями, и с ревностью, и со всем их чужим ему варварским миром. В этом мире на него смотрели только как на врага. В своем мире он был в первую очередь другом. Его хлопоты о Фернанде увенчались успехом, доктор Валадес после консультации пообещал провести дополнительные исследования, а потом назначить лечение. Он считал, что Фернанда, соблюдая некоторые предосторожности, сможет жить нормальной и полноценной жизнью, перестав считать себя отверженной. Как бы там ни было, Хуан Карлос явственно чувствовал свою общность с Фернандой: у каждого из них был свой печальный опыт одиночества и каждый теперь избавлялся от него…
