Вопрос пока что открытый. Вряд ли я сам сильно успел наследить в Хувоне за столь короткое время, проведенное в этом городе.
— Я не спрашивал, принимает ли он гостей. Как же невнимательно вы слушаете… — с усмешкой закатил глаза. — Я просил проводить меня к нему прямо сейчас, — глянул на обоих исподлобья, и уголки моих губ резко опустились вниз. — Есть одно дельце, разобраться в котором нам необходимо немедленно. И если этой же ночью мы не сумеем найти компромисс в решении этой проблемы, не только те ворота окажутся сломаны… но и чья-нибудь шея. Возможно, не одна. Там уж как пойдет. Не любитель сильно загадывать наперед…
Похоже, моя наглость поставила их в ступор, потому что к каким-либо действиям они переходить не спешили. Или же это потому, что на крыльцо вышло еще одно действующее лицо.
— Вакагаси, — отвесили мужики лысому незнакомцу в черной рубашке по уважительному поклону, опустив руки по швам.
Хм. Кайтё, вакагаси… классическая лестница иерархии, принятая у якудза. Не верил я, что «Рю-кай» хоть сколько-то дотягивают до уровня настолько хорошо организованного клана, еще и вдали от своей родины. Зато верил, что они сами верили в это. Небольшая банда с высокими амбициями. Да, больше похоже на то.
— Алекс, значит?.. — медленно принялся спускаться мужчина по ступенькам, не отрывая от меня изучающего взгляда. — Я услышал это имя всего пару часов тому назад, но оно уже успело набить мне оскомину и стать нарицательным. Именем для человека, намеренно ищущего себе неприятности.
— Я польщен, — кивнул ему, приподнимая уголки губ. — Видимо, каждая крыса на вашей кухне уже с нетерпением ожидает моего визита. К сожалению для вас, попусту чесать языком я не люблю, а потому говорить намерен только с вашим босом. Желательно с глазу на глаз.
— Кем бы ты ни был, правила здесь устанавливает кайтё.
— Ровно до тех пор, пока он или кто-либо из вас не пересечет границу дозволенного, — проскользнули в моем голосе металлические нотки. — А вот границы дозволенного буду устанавливать уже я.
— Тогда назови мне хоть одну причину не прикончить тебя прямо сейчас, раз уж считаешь, что наши правила твоей шкуры не касаются.
— А ты попытайся это сделать, и причину поймешь сразу же, — невозмутимо изогнул я бровь. — Даже не одну.
* * *
Место неизвестно.
В то же время…
Резко распахнув глаза, Джина не сразу смогла сориентироваться, где находится. Голова всё еще пульсировала от внезапного удара, и девушка не без труда смогла приподняться на локтях, чтобы осмотреться.
Понять, насколько тяжело ее состояние, она не могла тоже. Тусклого освещения хватало, чтобы понять, что раны не обработаны. Никто к ним не прикасался. Вывих у нее, перелом или еще что похуже — без медицинского вмешательства понять этого пленница не сможет.
Собрав оставшуюся волю в кулак, Джина заставила себя подняться на ноги, доковылять до решетки и дернуть ее. Конечно же, заперто. А на что еще она могла рассчитывать?
От вида комнаты, расположенной по ту сторону, к горлу подступала тошнота. Металлический стеллаж с контейнерами, стул по центру с обрывками веревок и лужа крови под ним — ничего лишнего. Пыточная. Именно здесь обрывались судьбы людей, перешедших дорогу одному из двух влиятельных боссов местных банд. Но кому?.. Хидеки или же господину Асакуре?
Звуки поскрипывающего пола наверху заставили Джину задрать голову и уставиться в потолок, но голосов она не слышала. Хорошая тут, должно быть, звукоизоляция. Хотя если пленница привлечет к себе ненужное внимание раньше времени, неизвестно, чем это может закончиться.
— Зараза…
— Очнулась наконец? — неожиданно раздалось за ее спиной, вынуждая вздрогнуть и медленно обернуться на бархатистый голос с легкой хрипотцой. — Всё в порядке, малышка. Мы на одной стороне… как видишь.
В дальней части камеры было настолько темно, что Джина не сразу смогла разглядеть пленника, с которым невольно приходилось ее делить. Тот сидел на холодном бетонном полу, облокотившись на стену, запрокинув голову и улыбаясь уголком губ. Однако стоило приглядеться к нему получше…
— Вы⁈ — моментально взметнулись брови девушки вверх.
Да, узнать в этом человеке мужчину, который около недели назад зачем-то приходил к ее отцу, можно было с большой натяжкой. Под носом его виднелись две тонкие струйки запекшейся крови, нижняя губа разбита и сильно опухла. Черные волосы, некогда уложенные в небрежную прическу, теперь напоминали воронье гнездо.
— Хех… — несмотря на прискорбное состояние, усмехнулся мужчина. Теплый взгляд скользнул по Джине, визуально оценивая и ее самочувствие. — Если ты здесь, то всё-таки я нашел тебя первым. Рад снова тебя видеть… Джина. Мне следует тебе кое-что рассказать. Ты же выслушаешь меня? Впрочем, нам все равно нечего делать пока мы ждем спасения.
Глава 9
— Пока мы ждем спасения? Серьезно? — скептически прищурилась девушка, скрестив руки на груди. — Да вы хоть знаете, где мы сейчас находимся?
— А ты знаешь? — ответил ей Джинхёк вопросом на вопрос. Он слегка улыбнулся, но по разбитой губе тут же побежала струйка крови.
— Либо «в гостях» у Миямото Хидеки, либо у господина Асакуры. Одно из двух. И чем быстрее мы отсюда выберемся, тем лучше.
— Знакомая тяга к опасным авантюрам, хех. Кого-то мне это явно напоминает. У тебя, случаем, братьев нет?
Ухо, из которого совсем недавно выдернули серьгу, ужасно саднило. Детектив старался не обращать внимания на эту боль, но о себе она напоминала при каждом движении.
Тешила его лишь мысль о том, что Алекс с минуты на минуту должен приехать и разрулить все по-своему. Если же самому Джинхёку сейчас придется вступать в открытое противостояние с членами банды, закончиться такое рвение могло плачевно как для него, так и для Джины. Боец из него пока никакой, однако больше всего ему не хотелось рисковать жизнью этой девчонки.
— Очень смешно, — поморщилась пленница. — И это мне говорит человек, который оказался запертым со мной в одной «камере».
— Туше, — слабо кивнул лейтенант, понимая, что аргумент привел действительно спорный. — Но это не отменяет того факта, что выйти отсюда незамеченными у нас не выйдет. Пока что.
— Плевать я хотела, — уселась девушка на пол и стянула ботинок с правой ноги, — замеченными или незамеченными… Но если хотите и дальше покрываться тут плесенью, ваше право. За собой не
