Она упрямо покачала головой:
— Что ж, может быть, ты и решил сдаться, но я нет.
— А тебе-то какое до этого дело?
— Ты мой пациент.
— Ну и что?
— Пока ты не сможешь меня выгнать, ты в моей власти.
— Что ты имеешь в виду?
Вместо ответа Лила широкими шагами подошла к двери, распахнула ее и рявкнула, как заправский сержант:
— Пит! Поднимись сюда! — Спустя несколько секунд его крошечные башмачки застучали по ступенькам.
— Да, Рира?
— Помоги мне пересадить мистера Кавано в это кресло. А потом подгони фургон к парадному входу.
— Мы куда-нибудь поедем?
— Совершенно верно. Мы поедем, и твой хозяин отправляется вместе с нами. — Она качнула головой, указывая на Адама.
Тот сидел с каменным лицом, упрямо сжав губы.
— Я не собираюсь никуда ехать.
— Да-да, конечно, ты вернулся сюда, чтобы дожидаться смерти. Так уходят в горы старые индейцы и слоны, чтобы умереть. Ты бы предпочел валяться здесь и жалеть себя, а эти великолепные мускулы на ногах начали бы медленно слабеть. — Она ткнула его кулачком в грудь. — Но я тебе этого не позволю.
— Ты не можешь заставить меня делать то, что я не желаю делать.
— Ты прав, я не могу. Но прежде чем ты решишь совсем отказаться от нормальной жизни, я хочу тебе кое-что показать.
— Не знаю, что ты задумала, но у тебя ничего не получится.
— Да что ты говоришь? — Она одарила его лучезарной улыбкой, мгновенно превратившейся в жестокую ухмылку. — Смотри. — Она подошла к кровати. — Ладно, Пит. Я беру его под плечи, а ты бери за ноги. Поверь, Адам, у меня хватит сил.
Зайдя Адаму за спину. Лила просунула руки ему под мышки.
Кавано отчаянно отбивался, размахивая руками.
— Побереги силы, Кавано, я справлялась с мужчинами куда тяжелее тебя.
— Отпусти меня, сука. — Адам попытался оторвать ее пальцы, но Лила крепко впилась в его тело.
— Если ты не успокоишься, я тебя быстро успокою. Я тебя свяжу. Ты готов, Пит?
— Черт побери, нет! — закричал Адам, когда она наконец переместила его с кровати в инвалидную коляску. Пит, которому отчаянно не хотелось вмешиваться, но который понимал всю необходимость происходящего, строго выполнил указания Лилы и водрузил ноги Адама на подножку.
Адам немедленно вцепился в подлокотники и попытался приподняться. Лила хорошо знала этот фокус. Прежде чем ему удалось выбраться из коляски, она нависла над ним.
— Даже не пытайся это сделать. Если попробуешь, я тебя привяжу, клянусь. Мы едем на прогулку. Либо ты едешь с достоинством, либо без него. Тебе решать. И никаких других вариантов!
Его темные глаза смотрели на нее с такой ненавистью, что Лила физически ощущала ее. Но она знала — это было совершенно нормально на этой стадии занятий. Лила изо всех сил старалась не обращать на это внимания и не отвечать своему подопечному тем же. Но на какое-то мгновение она еле удержалась, чтобы не отхлестать его по щекам.
— Пит, иди за фургоном.
Слуга с готовностью испарился. Лила встала позади коляски, отпустила тормоз и толкнула ее вперед. Они легко добрались до лифта, который, к счастью, был в доме. Но из-за роста Адама и его веса ей с трудом удалось вкатить коляску в кабину. Они подъехали к парадной двери как раз в ту минуту, когда Пит подогнал туда же специально оборудованный фургон с опускающейся платформой. Лила вкатила коляску и закрепила ее.
— Тебе даже не интересно, куда мы отправимся? — спросила она, вглядываясь в отчужденное лицо Адама.
То, что он ей ответил, едва ли можно было принять за ответ.
— Полагаю, это ответ на мой вопрос. — Лила укрепила кресло внутри фургона и села сама на откидное сиденье. — К твоему сведению, это доктор Арно договорился об аренде фургона. Можешь им пользоваться, сколько захочешь. Возможно, у тебя появится желание черкнуть доктору пару строк и поблагодарить.
Адам высокомерно отвернулся и непроницаемым взглядом уставился в окно. Пит, сидевший на подушечке из-за своего маленького роста, завел мотор. Лила говорила ему, куда ехать, но если Адам и догадался о цели их поездки, то никак этого не проявил.
Только когда Пит въехал в ворота лечебного учреждения, Адам несколько заинтересовался. Прочитав название на скромной дощечке, он повернулся к Лиле за разъяснениями.
— Все верно, Адам. Это реабилитационный центр для людей с параличом нижних конечностей или полностью парализованных. Ты бы оказался именно здесь, если не был бы так чертовски богат и не смог бы обеспечить себе индивидуальный уход. Езжай медленнее, Пит, я хочу, чтобы он все как следует рассмотрел.
— Посмотри сюда. — Она кивнула на ветровое стекло. — Две команды мужчин играют в баскетбол. Я уверена, они бы с радостью избавились от инвалидной коляски, если бы у них была такая возможность. Но они хотя бы смеются, перекидываются шутками и получают радость в своем непростом положении. Они живут, они не дают себе раскиснуть.
Остановись на минутку, Пит. — Слуга выполнил просьбу девушки. — А вот плавательный бассейн, Адам. Посмотри на этих детей. Они ведут себя совсем как обычные дети в бассейне. Только они не обычные, а особенные. — На глаза Лилы навернулись слезы. — Они особенные потому, что им нелегко даже просто подойти к бассейну, тем более в нем плавать. Они не могут пробежать по трамплину и прыгнуть в воду. Они не могут поиграть с надувным мячом или проплыть под водой.
Слишком взволнованная, чтобы продолжать, она знаком приказала Питу ехать дальше. Когда он остановился перед переходом, они смотрели, как сестра перевозит через улицу свою парализованную пациентку. Молодая девушка в коляске улыбалась тому, что говорила ей женщина.
— Смотри хорошенько, Адам. Ты очень на нее похож. Но между вами есть и огромная разница. Она улыбается, а не злится. И ее болезнь неизлечима. — Лила жестом обвела весь комплекс. — Да, именно так. Все, кто находится здесь, никогда не расстанутся с инвалидной коляской. Но они рады даже такой возможности двигаться.
Она яростно провела кулаком по лицу, вытирая непрошеные слезы.
— Как ты смеешь… Как ты смеешь так вести себя, когда у тебя есть реальный шанс снова ходить, жить нормальной жизнью, а им этого не дано? — Лила дрожала от негодования. Глядя в глаза Адаму, она сдавленно произнесла:
— А теперь отвези нас домой, Пит. За обратную дорогу никто не проронил ни слова.
На следующее утро Лила дала Адаму время позавтракать и побриться и только потом вошла в его спальню. Накануне вечером она отвезла его в комнату, при помощи Пита переложила в кровать и ушла, не сказав ни слова. Хотя это было нарушением профессиональной этики, она ни на секунду не задумалась перед тем, как отвезти Адама Кавано в реабилитационный центр. Он заслужил такую шоковую терапию. Ей не следовало оставлять его одного на всю ночь, но Лила именно так и поступила. Девушка боялась, что если хоть пальцем дотронется до Адама, то в следующую секунду схватит его руками за горло и задушит.
