…Так что же – тормоза отключены, стало быть, наш автомобиль несется все быстрее и быстрее? Вроде бы так: спидометр зашкаливает, колеса крутятся, как угорелые, машину трясет… только вот почему пейзаж за окном так однообразен?
Потому что мы ездим по кругу. Или вообще стоим на колодках. У нас не только тормоза испортились – мы забыли пункт назначения… а скоро вообще забудем, что это такое – «пункт назначения». Хотя сами себе в этом не признаемся и продолжим бешено накручивать километраж… пока не кончится бензин.
…Предлагаете уже наконец покончить с притчами и объясниться? И то верно – пора.
Когда мы были молодыми…
Каменщик был и Король я – и, знанье свое ценя,
Как Мастер, решил построить
Дворец, достойный меня.
Когда разрыли поверхность, то под землей нашли
Дворец, как умеют строить только одни Короли.
Он был безобразно сделан, не стоил план ничего,
Туда и сюда, бесцельно, разбегался фундамент его.
Кладка была неумелой, но на каждом я камне читал:
«Вслед за мною идет Строитель. Скажите ему – я знал».
Дж. Р. Киплинг
Каждый, наверное, знает: собаки во сне частенько перебирают лапками. И подтявкивают. Им, наверное, снится при этом, что они быстро-быстро бегут – за кошкой или там за зайцем. И вот-вот желанного кошкозайца поймают. А на самом деле они просто подергиваются во сне. Хотя и быстро-быстро. Так вот, западная цивилизация все больше и больше напоминает мне снулую собачку…
…Среди множества штампов, заменяющих жителю информационного века мысли, важное место занимает такой: «темпы жизни постоянно убыстряются»…
Причем это – чуть ли не самый почтенный штамп века: он возник задолго до компьютерной эры. Его прямыми следствиями является масса трюизмов, во многом определяющих мировоззрение информатизированного обывателя: в частности, уже упомянутая максима «нельзя отставать от жизни», мичуринское правило «надо постоянно расти и работать над собой», совершенно солипсическое заклинание менеджеров «контроль над потоками информации приходит на смену (далее по вкусу)» – и т. д. и т. п.
Доказательство нашего штампа выглядит вполне очевидным. НТР, усложнение жизни, надо много-много учиться и знать много-много вещей… Потом еще скорости, мы теперь за день перемещаемся через всю планету… А главное, это информированность: мы теперь в сутки узнаем больше, чем дикий феодал узнавал за год… И нам приходится каждый час принимать столько решений, сколько дикий феодал не принимал за всю жизнь… И мы бежим все быстрее, а темпы все ускоряются…
Стоп. К сожалению, как и любая другая прогрессивно-популярная демагогия, это очевидное доказательство не выдерживает соприкосновения с простыми грубыми фактами. Нынче, понимаете ли, неприлично изящные умозаключения разбивать фактами. Все равно, что кирпичи в стеклянный дом бросать…
Действительно, существование наше как бы куда насыщеннее, чем у предков. Действительно, мы за день якобы узнаем и как бы делаем огромную кучу вещей. Тогда объясните, пожалуйста: почему же мы в целом за жизнь успеваем куда меньше, чем эти самые пасторальные и неускоренные предки?
Когда последний раз на лице Земли появлялся 30-летний великий полководец? Рождался ли за последние полвека поэт, к 25 годам достигший места в мировой культуре (не путать с восторгами десятитысячной богемной тусовки)? Каков нынче возраст самого молодого политика или бизнесмена, известного всей планете? Ах, Билл Гейтс… Сесиль Родс в тридцать лет уже был одним из богатейших людей мира и фактическим властелином Южной Африки (между прочим, в то время сыну приходского священника это было потруднее…).
Не стоит даже множить примеры, просто вдумайтесь: вплоть до XIX века почти все из тех, кого мы сейчас считаем великими, попросту не доживали до возраста, в котором нынешний человек начинает становиться известным…
Любопытно, правда? Число решений в единицу времени победно возрастает – а число свершений все уменьшается… Причем это справедливо не только для конкретных людей, но и для всей цивилизации в целом. Вроде бы, «свобода информационных потоков» и компьютерная революция должны связывать культуру в единое целое не только в пространстве, но и во времени. Действительно: если феодал мог судить о событиях полувековой давности лишь по бабушкиным рассказам да по неграмотной и обрывочной хронике местной церкви, то мы скованы с таким близким прошлым в нерасторжимую информационную цепь. Если не случится катастрофы, никакой Фоменко XXX века не сможет доказать, что история началась в 2000 году… Но давайте посмотрим на готические соборы, многие из которых возводили на протяжении нескольких поколений. Почему их так долго строили, понятно: отсталые технологии и все такое… А вот почему их так долго строили? И есть ли в новейшей истории примеры деяний, рассчитанных более чем на одну жизнь – и завершенных правнуками основателей? Есть, пожалуй, только две провалившиеся попытки предпринять такое начинание… Провалились-то они к общему счастью человечества, но замечателен сам факт провала.
…Только не стоит говорить, что тогда все было просто, потому что не приходилось «овладевать всей суммой знаний, накопленной…». Мол, чего уж там – сын феодала, автоматически получил в 16 лет доспехи и коня (или теплое место в аббатстве), а дальше и дурак сможет победить под Азенкуром (написать «Сумму Теологии») … Во-первых, эта самая «сумма необходимых знаний», если ее исчислять в модных байтах, тогда была не меньше, чем сейчас. Просто это были другие знания. Возьмем того же рыцаря. Вы себе представляете, из скольких сложносопряженных предметов состоит полный доспех XV века? А боевая конская упряжь? Как вы думаете, что проще – научиться вести танк на окопы или живую лошадь на лес копий? Я уже не говорю о морском деле. Профессия капитана парусного корабля в XVI—XIX веках требовала такого чудовищного количества и теоретических, и практических познаний, что до сих пор, видимо, остается одной из самых сложных профессий, когда-либо существовавших в природе… А какое чудовищное количество богословских, философских, еретических рукописей на трех-четырех языках приходилось усваивать и систематизировать каждому, кто шел по «ученой части»?
Во-вторых… да Бог с ним, с образованием. Ведь они были еще и неинформированные. Редкие, обрывочные сведения шли до них неделями, устаревали, терялись, искажались. Вроде бы у них вообще не было оснований для принятия хоть каких-то решений. Как же они умудрялись в таком информационном вакууме действовать куда решительнее, чем мы? Почему все-таки юные блестящие капитаны умело водили эскадры без всяких лоций, а безвестные серые аббаты, сменяя друг друга, все строили и строили храмы, уже забыв, кем заложен первый камень и в каком году потерян первый чертеж?..
Падучая от переедания
…В моем любопытном прошлом господствовал дикий предрассудок: считалось позором не знать о всех тех событиях, что каждый день происходили, с утра и до вечера… Все читалось, чтобы кануть в забвение, ибо через час-другой старое заслоняли новые трюизмы…
Изображения и печатное слово были более реальны, чем вещи. Только опубликованное почиталось истинным.
Х. Л. Борхес
А все дело, дорогие мои, как раз в лавинном росте числа сведений, которые мы вынуждены поглощать на протяжении жизни. У нас ускоряются не «темпы жизни», а только лишь темпы поступления информации. При этом наша собственная пропускная способность, что характерно, остается неизменной последние 140 тысяч лет, и никаким образованием этого не исправить: образование мозгов не заменяет, скорее уж наоборот – так забивает жесткий диск, что все логические программы оказываются парализованными…
Можно сформулировать парадокс: «количество принятых (и проведенных) в единицу времени существенных решений обратно пропорционально поступившему за это же время количеству информации, касающейся этих решений». Причем я не собираюсь доказывать этот тезис, ссылаясь на авторитеты (наподобие Экклезиаста или притчи про сороконожку, которая разучилась ходить, пытаясь понять, как она это делает). Для доказательства достаточно здравого смысла. Во-первых, вы заметили, что по поводу решений я специально уточнил – «су-щественных», а про информацию такой оговорки не сделал? И это правильно. Потому что, к сожалению, никакого механизма для автоматического отделения существенной информации от белого шума не существует и существовать не будет (а к чему могут привести подобные потуги разных «дружественных интерфейсов», очень хорошо описал в январском номере Александр Казаков). Единственный путь сепарации – включить собственные мозги. В результате мы тра-тим время не только на анализ нужных нам сведений, но и на вычленение их из хаоса ненужных. То есть эти лишние байты нам тоже волей-неволей приходится обрабатывать!
