прикоснуться к ней, отвечая на ее вопросы с закрытыми глазами.
Она несколько раз попытала счастья с дентом. Даже спрашивала меня, откуда я узнал о ее жизни с Жако.
Я прищурился и промолчал.
— Вчера утром, когда ты сказал мне, что я должна перестать забивать голову Бекки своими теориями, ты сказал, что у меня была бы такая же жизнь, как была с Жако, если бы ты прокричал об этом всему миру.
— Я предположил, Елена. — Я солгал и улыбнулся. Я ненавидел лгать ей, но не мог сказать, в чем был дент. — Ты была принцессой. И это одна из причин, по которой Фокс убил так много драконов.
Она улыбнулась. Тишина затянулась, пока я позволял солнцу впитываться в мою кожу.
— Люциан действительно сказал, что никогда больше не заявит на тебя права? — спросила она.
— Он нарушил обещание не потому, что был зол, Елена. Он нарушил его, потому что знал, что он неподходящий член королевской семьи.
Люциан всегда был бы частью нашей жизни. Я чувствовал это, и мне всегда было интересно, что бы она сделала, если бы он был все еще жив.
— Если бы я знал, что гиппогриф будет там, я бы не задумываясь отправился в тот день. Я никогда не хотел, чтобы он умер. Я так сожалею об этом.
Снова воцарилось молчание.
Наконец она фыркнула.
— Ты когда-нибудь представлял, как тяжело было бы Люциану, если бы он был все еще жив?
Я застыл на несколько секунд, затем приподнялся, чтобы посмотреть на нее.
— Тяжело?
— Да, — сказала она и тоже приподнялась.
Что она говорила? Я положил подбородок ей на плечо.
— Ты бы оставила Люциана, чтобы быть со мной?
Она прикусила губу. Это всегда сводило меня с ума.
— Я могла бы, не знаю.
Я усмехнулся. И тут я испугался, что у меня не было бы ни единого шанса, если бы он был все еще жив.
Она посмотрела на меня, когда я снова оперся на локти. Она действительно могла бы это сделать.
— О, поверь мне, Люциан рассказал мне об этой твоей стороне и о том, что у него никогда не было бы ни единого шанса.
Я усмехнулся.
— Я действительно скучаю по нему, а ты?
— Я тоже так думаю. — Она призналась, и наши взгляды встретились.
Я собирался поцеловать ее снова. Я мог это чувствовать. Мои часы подали звуковой сигнал, и она прочистила горло, нарушив момент.
— Подожди, который час?
Я усмехнулся.
— Ты беспокоишься о школе? Мне серьезно нужно поделиться своим мнением о привилегиях принцессы.
— Я не такая принцесса, Блейк. — Она вздохнула. — На самом деле, я действительно отстой в том, чтобы быть ей.
Я поцеловал ее в кончик носа.
— Ты? Никогда.
Она покраснела.
— Но если ты хочешь вернуться, я сам немного проголодался.
Я взглянул на часы и увидел, что уже почти шесть.
— Мы вернемся как раз к ужину.
— К ужину! — Она закричала и встала. — Мы пробыли здесь так долго?
— Успокойся. Они знают, что ты со мной. — Я ухмыльнулся, но улыбка быстро исчезла. Сегодняшний утренний разговор с Лонгвеем, в котором я просил его не беспокоиться обо мне и Елене, промелькнул у меня в голове. — Черт, они знают, что ты со мной.
— Это плохо? — спросила она снова.
Я никогда не думал, что все пройдет так хорошо.
— Для них — да, поскольку они могут только предполагать, что я хотел сделать. — На этот раз никакого фильтра. Черт, Блейк.
Я развернулся, подняв руки в знак защиты.
— Что далеко не так, но да, у них могут возникнуть небольшие проблемы.
Я скрылся за ближайшим деревом и разделся.
— У нас будут неприятности? — В ее голосе звучало беспокойство, и я рассмеялся.
— Блейк, это не смешно. В последний раз мастер Лонгвей сказал: «Если я снова выйду за рамки дозволенного, я пожалею, что вообще нашла Пейю».
— Ты — его принцесса, Елена. Он должен волноваться, что ты его выгонишь. — Я снял боксеры.
— Я бы никогда.
Я изменился, и деревья слегка зашумели. Сначала я услышал крик. Блядь.
Земля завибрировала, когда еще одно дерево с силой ударилось о землю.
— Тебе действительно нужно смириться с моей наготой. Я устал уничтожать вещи, особенно деревья, и я возьму вину на себя, если до этого дойдет, в чем я почти уверен.
— Ты не избавляешь меня ни от одного из моих страхов.
Я рассмеялся и пополз наружу, пока не добрался до Елены.
Несмотря на свою панику, она действительно нашла способ быстро забраться мне на спину. Когда она добралась до моего плеча, я помог ей приподняться мордой, и она в мгновение ока устроилась между двумя рогами у меня на спине.
— Готова?
— Да, просто лети.
Я снова начал махать крыльями, и мы покинули луг.
Солнце вовсю клонилось к закату.
Это было так нехорошо. Но я бы развеял опасения мастера Лонгвея. Елене действительно не нужно было беспокоиться об этом.
Я приземлился возле Колизея, и она снова соскользнула с моего крыла.
— Так что, ты собираешься слетать к нему в офис и все объяснить, или мне придется отправить его сюда?
Я снова рассмеялся.
— Просто иди, поужинай. Скоро увидимся.
— О, однажды я чуть не разгромила кафетерий, так что столик на улице, — поддразнила она.
— Ха-ха, уходи, пока я не передумал.
— Ладно, хорошо. Увидимся позже.
— Еще бы. — Я ненавидел смотреть, как она уходит.
Я изменился обратно, вытащил из рюкзака джинсы и надел их.
Я немедленно направился в кабинет мастера Лонгвея, прошел мимо пары падающих в обморок девушек, щебечущих что-то друг другу, и взбежал по лестнице в его кабинет.
Я постучал, и он пригласил меня войти.
Я натянул рубашку, открыл дверь и вошел в его кабинет. Он не выглядел счастливым. Я начал улыбаться.
— На самом деле, ничего не произошло. Мне просто нужно было прояснить кое-что.
— Ты не мог бы сделать этого в другое время. Это должен был быть Полет. Ты знаешь, как мы были напуганы? Елена — принцесса, Блейк.
— Я не допущу, чтобы с ней что-нибудь случилось, — повторил я.
— Ты не можешь просто так решить пропустить урок. Алекс и профессор Владимир были встревожены. Где Елена?
— Нет, пожалуйста?
— Блейк, она тоже должна отвечать за последствия.
Прежде чем я успел остановить его, он вызвал ее имя по системе, и я хмыкнул.
— Ты делаешь огромное дело из ничего, Чонг.
— Ты не можешь прогуливать занятия, Блейк. Елене нужны эти занятия.
Мы ждали. Через несколько минут раздался стук в дверь. Я услышал сердце Елены. Оно билось как
