— Держись поблизости, — Том опустил на лицо свою маску. — И ничего не трогай. Только смотри.
Окунувшись в. волшебный мир вокруг себя, Имоджен не заметила пролетевшего времени и была разочарована, когда Том, коснувшись ее руки, указал на лодку. Но, вспомнив их договор, неохотно последовала за ним.
— Это было чудесно! Какие удивительные рыбы! Цвета просто фантастические! — не могла сдержать восхищения девушка. Глаза Имоджен сверкали, лицо пылало от радости. Том не мог наглядеться на нее.
— Если хочешь, можем и завтра поплавать, но на сегодня достаточно, — ворчливо сказал он. — А то окончательно обгоришь.
— Похоже, ты прав, — неохотно согласилась Имоджен, — я уже чувствую, как жжет бедра.
Том не мог себе позволить мысли о ее бедрах или о том, как липнет к телу ее майка. Излишне энергично рванув стартер, он в сотый раз напомнил себе, что он тут делает.
— У нас работа еще, — напомнил он девушке, не проявившей никакого энтузиазма, но тем не менее послушно кивнувшую.
— Конечно, — ответила она своим лучшим секретарским голосом.
Во время их отсутствия приезжал Али. Дом сверкал чистотой и порядком. Холодильник был полон замечательных деликатесов, кровать застелена хрустящими, свежими простынями. Интересно, подумала Имоджен, заметил ли Али, что для ложа молодоженов кровать уж слишком… непомятая?
— Как будто живешь в волшебном замке, где все делается само собой, — сказала она, выбирая себе фрукты. — Не хочешь взять Али с собой?
— Сомневаюсь, что он сможет проверять положение на фондовых биржах или составлять отчеты, — колко заметил Том. — Есть некоторые вещи, которые все равно придется делать самому.
— О, да. — Вспомнив, чего от нее ждут, Имоджен поспешно облизала с пальцев ананасовый сок. — Ничего, если я сначала приму душ?
— Хорошая мысль, — ответил Том, отлично понимая, сколь малы его шансы сосредоточиться на работе, если она будет сидеть рядом в мокрой футболке.
Пора вести себя профессионально, думал он, открывая ноутбук после того, как сам принял душ. Несмотря на жару, ему хотелось бы надеть костюм и галстук вместо шортов и рубашки с коротким рукавом. Хотелось снова оказаться в лондонском офисе, где ничто его не отвлекало и где Имоджен носила… ну, Том не знал, что она там носила. Вот в чем загвоздка. Тогда он ее вообще не замечал.
Теперь же Имоджен появилась в свободных брюках и топе без рукавов. Хоть постаралась выглядеть по-рабочему, брюзжал про себя Том. Не ее вина, что волосы еще мокрые, а топ только подчеркивает ложбинку между грудями. А главное, он так и не может забыть сегодняшний восторг на ее лице, гладкость ее кожи под его руками.
Они честно попытались поработать. Сели друг напротив друга и начали с проверки своей электронной почты, но оказалось очень трудно интересоваться ревизией баланса и отчетности, когда снаружи бормочет океан, а солнце просвечивает сквозь резную листву. Иногда где-то пронзительно вскрикивала птица, а крохотный геккон пробежал по потолку, и застыл, словно изумленный видом двух людей, молчаливо уставившихся в экраны компьютеров.
Том ничего не понимал. До сего момента работа была его единственным прибежищем. Он был знаменит умением сфокусироваться, но сейчас буквы танцевали у него перед глазами, а внимание постоянно обращалось к сидящей рядом Имоджен.
Почувствовав его взгляд, девушка подняла глаза.
— Что-нибудь нужно?
Том зарычал, скрывая досаду на то, что попался.
— Нам надо обсудить стратегию новых аквизиций.
— Хорошо, — неуверенно согласилась Имоджен, напрягая мозг в попытке вспомнить, о чем он говорит. Мысли ее полны были разноцветными рыбками и играющими на воде солнечными бликами. Уже само слово «аквизиции» ставило ее в тупик, не говоря уже о том, чтобы вырабатывать для них какую-то стратегию. Лондон и офис казались принадлежащими к другому миру — миру, где Том Мэдисон был суровым и резким начальником.
А не мужчиной, от одного вида которого у нее дыхание сбивалось с ритма.
Том начал говорить что-то относительно новых исполнительных директоров, а Имоджен меж тем отчаянно рылась в своей электронной почте в поисках нужных документов. Внезапно босс замолчал.
— А, к черту! — воскликнул он, жестом отчаяния бросая ручку. — Слишком жарко, чтобы работать. Пойдем поплаваем.
— Меня всегда удивляло, как люди, живущие в теплых странах, ухитряются трудиться, — говорила Имоджен полчаса спустя. Зарываясь пальцами ног в песок, она глядела вдаль, на океан. — И дома-то несладко, когда на улице солнышко. В такие моменты всегда хочется выключить компьютер и провести денек где-нибудь в парке.
Том поднял бровь.
— Приятно узнать о твоем рвении к работе.
— Я исполняю свои обязанности только временно, — напомнила ему Имоджен, игнорируя сарказм. — Временным работникам позволено не выказывать особого усердия. Не то, что тебе. Еще бы, отвечаешь за целую компанию. Ошибись ты или сбеги в парк на прогулку — работу потеряешь не ты один. — Она поморщилась. — Брать на себя такую ответственность не по мне — вот почему никогда мне не сделать карьеры.
— Неужели ты ни к чему не стремишься? — Том не сумел полностью скрыть свое неодобрение.
— Конечно, стремлюсь, но не к тому, что ты имеешь в виду. Я стремлюсь быть счастливой, — пояснила девушка. Она подобрала с земли валявшуюся скорлупу кокосового ореха и начала рассеяно вертеть ее в пальцах. — Повидать мир, забыть Эндрю, найти кого-нибудь, кто полюбит меня и захочет строить свою жизнь со мной вместе. — Она взглянула на Тома. Похоже, он не понял. — А ты? К чему ты стремишься?
Он не задумался ни на секунду.
— Быть лучшим.
— В чем лучшим?
Том пожал плечами. Ответ казался ему очевидным.
— В том, что делаю. Если я руковожу компанией, она должна быть лучшей в своей области, заключать самые выгодные контракты, получать максимальный доход. И какие бы усилия ни пришлось тут приложить, я собираюсь выиграть.
— А если не выиграешь?
— Буду пытаться еще и еще. Контролирует ситуацию всегда победитель, а я не желаю, чтобы кто-то мне указывал, что делать.
Имоджен бросила скорлупу на песок.
— Неудивительно, что ты не веришь в любовь.
— Я верю в успех. И выигрываю не только я. От меня зависит, получат ли работу другие люди. Проиграю — останутся ни с чем. Поэтому я не пойду в парк только потому, что светит солнце.
— Но почему ты думаешь о работе, даже оказавшись в раю? — Широким жестом девушка обвела сверкающие под солнцем воды лагуны, мягко шуршащие пальмы. — Трудно сейчас представить, что где-то есть офис, правда? Пока мы тут, девочки сидят в приемной, Невилль — в бухгалтерии, секретарей посылают за кофе… Идут совещания, принимают решения. Это кажется нереальным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
