технических манипуляций, и разговор продолжился.
— Организовать «внезапное» нападение? И «спасти»? Там есть особая часть, задействуй её. — Ещё минута размышлений. — Это позволит обосновать наши действия защитой мирного населения. Кораблей на рейде там должно быть предостаточно. Хорошо. Я ещё раз обмозгую и завтра сам телефонирую бакинским…
На следующий день, кабинет Иллария Яковлевича Каниса.
— Вызывали? — перед главой рода вытянулись поджарый мужчина с короткой стрижкой и такой же жилистый и короткошерстный волк.
— Вызывал! — кивнул Илларий. — О втором Избранном слышал?
— Это у которого был Волк, и который в Лакуну сиганул? Кто ж не в курсе? О нем наши уже все языки стерли.
— Понятно. Возьми двоих человек потолковей из отряда и отправляйтесь в Баку. Мне сообщили о нездоровом шевелении вокруг семьи Избранного, хорошо было бы лично обеспечить их безопасность!
— Возможны трудности?
— Если станет известна цель вашего путешествия, то вас могут попробовать завернуть. Под любым предлогом. А нашей власти за пределами города, почитай, что и нет. Так что ни во что не встревать, на возможные провокации не реагировать. Лучше до достижения места назначения с людьми не контактировать. Вот, — Канис протянул подчиненному папку, — здесь вся имеющаяся информация.
— То есть достигнуть места назначения нужно не привлекая внимания, а лучше своим ходом?
— Именно. Выдвигайтесь по готовности.
Поздно-поздно ночью из неприметного оврага за пределами города выметнулось шесть гигантских волков и на приличной скорости устремились на восток вдоль морского побережья.
* * *
Попетляв какое-то время по переходам хомячьего подземного города, мы добрались до нашей новой базы.
Наверное, это помещение лучше назвать амбаром. В высоту метр двадцать, не больше. Зато в длину данная «зала» тянулась на пару десятков метров и имела по обе стороны множество тупиков-отнорков, наполненных всевозможными припасами…
Корнеплоды, орехи, какие-то странные плоды… Чего тут только не было.
— Местные обитатели явно были склонны к перфекционизму, — присвистнул я. И дело было даже не в том, что в каждой отдельной «комнатке» лежал свой «товар». Всё, что могло быть очищенно от земли — было очищенно, а что по габаритам могло быть аккуратно сложено — было сложено. К примеру, какие-то корешки, смахивающий одновременно на дайкон и редьку, были сложены аккуратными пирамидками… Причем лишь по одному взгляду на них я был уверен, что количество корнеплодов в соседних пирамидках было одинаковым…
— Хммм…. — фамильяр стал парить над этими богатствами, с интересом их рассматривая. — Нужно всё тут исследовать. Вдруг найдем что полезное.
Я потянулся за книжкой про ресурсы из лакун, где был обширный «растительный» раздел.
— Да зачем? — отмахнулся фамильяр. — Давай просто всё попробуем. Я так определить свойства смогу куда быстрее.
— А вдруг что-то окажется опасным?
— Очень вряд ли местные грызуны хранили в своём амбаре что-то ядовитое. И уж тем более маловероятно, что их рацион нас отравит…
В итоге следующий час был потрачен на оценку найденного. От идеи свериться с «бумажной мыслью» я не отказался, но и исследовательский метод «на зубок» показал свою эффективность.
Дружок же, пока мы с Алукардом проводили ревизию, скромно устроился у одной из стенок, положил голову на передние лапы и стал дожидаться, когда мы закончим со своими скучными делами.
— Предлагаю прихватить с собой то, что может быть полезно непосредственно сейчас, и что можно будет уместить в твоей сумке. А всё остальное… Ну, засыпем проходы. Потом, если будет возможность, вернемся.
— Звучит логично. Дружок! — обратился я к метаморфу, — ты сможешь потом найти это место, если мы обвалим все входы и выходы?
Зверь на мгновения задумался, пытаясь понять, что именно от него хотят, а потом утвердительно рыкнул.
В итоге, оказалось, что минимум пять позиций из этой кладовой мы в той или иной мере сможем использовать «здесь и теперь». А основную часть местных запасов спокойно реализуем в городе.
— А надень-ка ты Басин оберег, — вдруг выдал Алукард, пока я занимался переструктурированием своей поклажи, отчего и наткнулся на подарок девушки. — Суеверие суеверием, но всё же всякое бывает. Скоро ночь, ни от какой защиты отказываться не стоит. А женская обережная магия существует по законам, мало кому понятным, даже самим женщинам. Поэтому, порой, работает, хоть по идее и не должна. И материалы у него хорошие, можно будет использовать для стабилизации какой-нибудь защитной магической структуры.
— Не вопрос! — кто я такой, чтоб спорить с компетентным товарищем? И быстро повесил оберег на шею. — Чем мы, кстати, дальше заниматься будем?
— Дальше? А дальше нас освоение нового метода сокрытия. Сейчас быстренько освоишь ещё одну технику, после чего можно будет немного перевести дух.
«Сказал тоже — быстренько!» — подумал я, роясь в своей сумке. Мне бы его оптимизм! Конечно, последняя тренировка прошла вполне успешно, но где гарантия, что мой усталый мозг, основательно натёртый «безмыслием», в самый неподходящий момент не пустится в пространные размышления на разные отвлечённые темы? Признаться, мне не давала покоя едкая ирония моего даровитого наставника в адрес моей забитой без всякой меры всяким мусором башки, что мешает моему мозгу нормально функционировать.
Голос фамильяра прервал мои невесёлые мысли (заметьте — мысли! Снова мысли!):
— Ты ведь задумывался о том, что Дружок, которого ты контролируешь с помощью своей ментальной энергии, тоже фонит ею (хоть и на порядок меньше тебя)? А значит, может быть обнаружен. А значит, подвергает опасности не только себя, но и тебя, даже если ты в этот момент обезмыслен. Так вот, техника барьера позволит тебе защитить вас обоих, надёжно спрятаться, например, на период сна, во время которого стабильно контролировать выделение ментальной энергии ты в принципе не можешь. Так что заканчивай побыстрей с перебором своих пожиток и готовься к новому занятию.
Просмотрев уцелевшую в моей сумке сменную одежду, я оперативно упаковал в сумку новую поклажу, после чего навострил уши — в прямом, практически, смысле. Дружок, видимо, интуитивно поняв, что то, что будет сейчас здесь происходить, касается его напрямую, пододвинулся поближе ко мне, прижавшись тёплым мохнатым боком к моему чешуйчатому. Я автоматически положил руку ему на загривок и обнял хвостом.
— Хорошо, так и сидите, — одобрил Алукард, снова входя в роль ментора. — Новая техника сокрытия называется «Дом мысли». Она жестко привязана к пространству, и если выйти за её пределы, сразу развеется. Зато создает область, которая впитывает в себя ментальное
