Мы въехали в ворота постоялого двора. Здесь нас встретил привратник, здоровенный детина с милой улыбкой матёрого душегуба.
— Господа изволят отдохнуть с дороги?
— Ох как изволят, милейший! — видимо от предвкушения благ цивилизации меня понесло начать разговор первым, обычно все вопросы взаимодействия с аборигенами решал Мелан.
— Не извольте сумлеваться, лучше, чем в «Усталом путнике» вы нигде не отдохнёте! — детина так приветливо осклабился, что, на мгновение, захотелось развернуть лошадь и дёрнуть от сюда куда-нибудь подальше.
— Ну-ну. А лошадок наших …
— Сей момент, господин …
— Барун Деур Флам, — представился я.
— Сей момент, господин барун, — поклонился здоровяк и рявкнул так, что лошади присели. — Урнах! Прими лошадей у господ барунов!
Не понял, это он зовёт кого или просто ругается?
Откуда-то появился тощий как жердь паренёк с заспанным лицом, видимо местный конюх. Он повёл наших коников и мула в конюшню, а мы отправились в сторону приятных запахов чего-то съестного.
Вот такое фэнтези мне нравится! Помещение этого заведения было до боли знакомым: тут тебе и камин с поросёнком на вертеле, и барная стойка (или это прилавок?), и голова кабана на стене… Прям как в кино, или это из книги? Да какая разница!
К нам на встречу поспешил молодой хи.
— Добрый вечер, господа баруны! Меня зовут Гвин. Чем могу служить? — с поклоном представился он.
Так вот зачем так орал здоровяк у ворот — мгновенная передача информации на расстоянии. Может им идею рупора задарить?
— Господа изволят снять комнату на ночь, поесть и помыться, — озвучил общие пожелания Мелан.
— Изволите подать обед в номер или …
— В номер и, желательно, уже! — невежливо перебил я. Когда голоден я всегда такой.
— Конечно-конечно. Не желаете ли отдохнуть в персонально натопленной бане?
От таких слов я даже о еде забыл.
«Мамочка моя, у них есть баня?! А я уж думал, что такого чуда мне тут не встретится. Конечно, я желаю в баню, родной ты мой ушастик! Если там у вас ещё и веники есть, то я тебя прям расцелую!»
— Баню топить обязательно и — пожарче! Ещё вопросы?
— Что вы хотите на ужин? Есть гороховая каша с телятиной, суп-гуляш из мяса и корнеплодов, жареная рыба. Можем приготовить яичницу с ветчиной или омлет с грибами. Поросёнок ещё, к сожалению, не готов… Рекомендую взять к ужину наши фирменные оладьи.
— Суп-гуляш, яичница и оладьи. И морса две литры будь добр.
От перечисления съестного у меня уже кружилась голова.
— Позвольте, я провожу вас в вашу комнату, — хи расплылся в доброжелательной улыбке.
Оставшись в комнате одни, мы молча брякнулись на кровать. Хорошо хоть доспехи снять сил хватило. Какое блаженство просто лежать на чистой постели! Это просто не описать словами. Ничего не колет в спину, не жрут дикие комары и ночью вставать не нужно, чтобы подкинуть дров в костёр.
В дверь постучали. Мелан впустил миловидную девушку в переднике, которая быстро сервировала стол и удалилась. То, что произошло потом, можно было описать одним словом — «Жор». Характеризовать такой приём пищи словами «покушать» или «поесть» у меня язык не повернётся. Смели всё моментально! За последний оладушек даже чуть не подрались. Шутка. Хрен бы кто у меня его смог вырвать!
После сытного обеда мы немного подремали. Разбудил нас требовательный стук в дверь. Всё та же девушка-служанка объявила нам, что баня готова. Тут у меня закрались сомнения, либо баня не такая уж и жаркая, либо Грин прогнал на счёт «персонально натопленной».
Асталиэн, пользуясь своим привилегированным положением, продолжила дрыхнуть, мы же решили заняться делом. Мелан собрал чистые вещи и отправился на проверку бани, а я спустился вниз в поисках Гвина. Хотелось спросить об услугах прачек или портомоев. Вопрос решился просто: Грин вручил мне две деревянные бирки, которые нужно было оставить с грязным бельём. Из бани его заберут служащие, постирают и высушат. В общем, сервис!
Покончив с этим делом, я взял сменку и рванул в баню. Ну сейчас я тебе покажу, как парится русский человек!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Предбанник был большим, но совершенно пустым, имелась только одна длинная лавка вдоль стены. Сейчас на ней лежала стопка чистой одежды. Под лавкой ароматизировала помещение одежда грязная.
Бросив на лавку чистую сменку, я быстро разделся, кинул бирки на стопки с грязным бельём и рванул в парную.
Парная, она же моечная представляла собой помещение площадью примерно пять на три метра, одну стену которого занимала печь, совмещённая с каменкой. Рядом с этой стеной располагался двухуровневый полок, имелось несколько лавок, деревянные шайки и деревянные же ковши. Пол был покрыт плиткой, на которой лежали деревянные решётки (это чтоб ножки дорогих клиентов не мёрзли, видимо). На полке лёжа лицом вниз дремал Мелан.
А как тут не дремать? Температура в помещении была градусов сорок пять — пятьдесят от силы.
«Что ж это за баня такая?! Сейчас всё поправим, жалко только, что веников тут нет. Нужно было у Гвина спросить».
Я набрал в ковш воды и плеснул на каменку.
Пшшшшшшш!
Мелан лениво открыл глаза, нашёл меня взглядом, а потом …
— А-а-а-а-а! — дико заорал он, вскакивая.
— А? — от неожиданности я подпрыгнул, прямо в воздухе разворачиваясь к неизвестной опасности за спиной.
За спиной никого не было. Я в недоумении повернулся обратно.
Мелан забился в угол парилки, тщетно пытаясь одновременно закрыть руками глазами и… хм… нечто расшалившееся в области паха.
— Хм?
— Я-а н-ничего не видел, госпожа! — проблеял этот кадр.
— Какая ещё госпожа?
«— И-и-и-и-и!» — по мозгам ударил беззвучный визг проснувшейся Асталиэн.
«Ёжики курносые! Это я ж сейчас, как бы, не совсем мужик!» — дошло до меня только сейчас.
Руки сами собой прикрыли нужные места, превращая меня в косплей картины «Рождение Венеры».
— Пардон, зайду позже! — брякнул я и спиной вперёд выскочил в предбанник. Мне многое предстояло объяснить Асталиэн.
Глава 12 У каждого есть свой маленький секрет
Утром мы выехали молча. Если быть точным, они не разговаривали со мной с вечера. Сначала, правда, я выслушал всё, что думает обо мне Асталиэн, а уж потом подвергся коллективному бойкоту. Мелан вообще старался на меня не смотреть, а если не смотреть не получалось, то густо краснел и обильно потел. Вот детский сад, честное слово!
Вчера мы планировали немного задержаться в гостинице, возможно, даже на целый день, но после моего ошеломительного выступления находиться в одном помещении нам стало как-то неловко.
Баня, кстати, оказалась дорогим удовольствием, за неё слупили целых два ариана, столько же стоил наш номер вместе с ужином и завтраком.
Поля, тянувшиеся вдоль дороги, уступили место светлому широколиственному лесу. Всё вокруг радовалось весне, пели птицы, у обочины дороги кружили бабочки. Мне очень повезло, что я попал в этот мир весной. И глазу приятно, и путешествовать по тёплому времени всяко лучше, чем по осенней слякоти.
Моё идиллическое настроение разрушил напряжённый голос Мелана.
— За нами следят. Несколько человек. Есть луки, — тихо проговорил он приблизившись.
«— Ой!»
— Удрать сможем? — храбро спросил я.
— Если они будут стрелять в лошадей, то — нет.
— Что предлагаешь?
— Я могу остаться и напасть на них для отвлечения внимания, а вы попытаетесь вырваться, — предложил парень.
— Принимается. Дай нам минут пять форы, этого хватит, — надеюсь, мой голос звучал ровно.
«— Эй, ты чего?! Нельзя оставлять Мелана, его же убьют!» — у Асталиэн было другое мнение, но меня оно сейчас не интересовало. Я пересел в седле из дамского положения в нормальное, отодвинул за спину перевязь с мечами — мешают.
«— Ты не можешь так поступить, это бесчестно!» — продолжала бушевать Асталиэн в моей голове. Ничего — поорёт и перестанет.
Конь Мелана рванул в обратную сторону, ихелур пускал на ходу стрелы. Я ударил лошадь пятками, всеми силами стараясь удержаться за луку седла. Животное, повинуясь команде, перешло в галоп, нас как-то резко унесло вперёд. Позади слышались крики — Мелан вёл бой.
