же изъясняться на нём. Ну а самое важное заключалось в том, что они в совершенстве владели родственным им персидским языком. Помимо этого, их родные земли, прежде завоёванные Лидией, а затем и Персией, находились на северо-востоке от этих краёв и простирались почти до берегов Каспийского моря. Такая новость была очень кстати, так как пребывание в персидских землях без знания их языка сулило большие проблемы для всего отряда.
Теперь для Саула возникал другой вопрос: насколько можно было доверять этим людям? К его большому сожалению, для их проверки пока не было никакой возможности. Он решил идти по другому пути, дабы из осторожности обезопасить себя в случае их предательства. Предварительно пообщавшись с ними, он повелел одному из них находиться всегда возле Бронта и обучать его персидским словам. Второго же он стал держать рядом с собой по той же причине.
За четырнадцать последующих дней познания в персидском языке, хотя и с большим усилием, но значительно продвинулись. Особенно легко это давалось Форкису, всё время находившемуся с Бронтом. Никак внешне не выказывая интереса к обучению, он внутренне с удовольствием впитывал значение каждого слова. Бронт старательно запоминал слова, но уже через короткий промежуток времени или забывал, или путал переводы, при этом злясь на свою никчёмную память.
В один из дней похода совершенно неожиданно для Саула и его людей закончилась гористая местность. Впереди внизу простиралась бескрайняя долина, сочная от буйной зелени лесов и полей, на которой вдали, блестя сине-серебристым гибким телом, несла свои воды пока не полноводная река Евфрат. Они дошли до неё.
Это было радостным и в то же время тревожным событием.
Не вступая в благодатные земли ночью, решили провести время до утра наверху, на окраине плато в небольшой уютной расщелине, в стороне от возможных дорог.
– Там, ниже по течению, думаю, в пяти, может, семи днях пути должен находиться город Вавилон, – Саул вполголоса вещал сидящим у костра. – Чуть более пятнадцати лет тому назад он был завоёван персами. С тех пор, говорят, он не раз поднимался против них, но всё безуспешно. Они пришли навсегда. Я слышал, что это огромный город, каких ещё не было на земле. Там полно всякого люда, что для нас было бы очень удобным. Никто бы не обратил внимания на такую группу людей, как наша.
Все учтиво, не отвлекаясь, слушали рассказ старшего. Он многое знал и был интересен. Ему верили без малейшего сомнения, не задумываясь над тем, где он почерпнул всё то, о чём уверенно говорил.
По тому, как сидели люди, сгрудившись ближе друг к другу, было заметно их волнение от предстоящего посещения первого на их пути столь большого персидского поселения. Тревога за будущее, не так остро ощущаемая во время пути, сейчас достигла своего пика. Только теперь до каждого из сидящих дошло истинное их положение. Они были далеки от родной земли, где хоть и с трудом жилось, но дышалось вольготно. Там кругом были свои. Здесь же любой человек, что появлялся на их пути, был чужим для них и мог даже беспричинно навредить им. Но самое страшное заключалось в том, что им не у кого было искать защиты. От осознания того, что где-то под боком, совсем близко, находился пугающий их город, схожий с каким-то ненасытным всепоглощающим чудовищем-великаном, им становилось жутко. Хуже всего при этом было, что они на рассвете сами, добровольно последуют в его пасть, словно заворожённые им жертвы. Такого не могли понять ни простые воины, ни тем более рабы, но о том, чтобы спросить у Саула, для чего это нужно, у них не было даже малейшей мысли. Такое поведение считалось непозволительным.
Новый день, вопреки всему задуманному накануне Саулом, внёс свои неожиданные коррективы в действия греческого отряда.
С первыми лучами солнца они увидели внизу, на самых подступах к подножью их горы, продвигающиеся по окраине долины пешие персидские войска. Шли они нескончаемым потоком, размеренно и уверенно. Такого большого числа воинов никто среди греков до сих пор ещё не видел.
– Куда их столько? – припав к большому валуну, шёпотом произнёс Форкис.
– Идут на юг. Стало быть, неспокойно в Вавилоне, – высказал догадку Саул.
Помолчав, следя за войсками, он добавил:
– Там, на северо-востоке, – он взглянул сперва на небо, затем на дерево и поправился, – вернее на востоке, есть мидийский город Экбатана, теперь он персидский. Видимо, оттуда они идут. Хотя могут быть посланы откуда угодно. Скорее всего, откуда-то из северных сатрапий. Зачем им совершать такой обход, огибая Тигр?
Саул развернулся, прислонился спиной к скале и в задумчивости тихо сполз.
– Выходит так, что мы, хоть и не ко времени подошли к этой долине, но вовремя остановились, – Бронт опустился рядом с ним.
Было заметно его сильное волнение.
– Это верно. Спустись мы вчера туда – и всё для нас было бы кончено. Сейчас лежали бы все до одного в той густой травушке, – согласился с ним Саул. – Ну, дела. Видать, боги ещё не отвернулись от нас. Как ты думаешь? – он посмотрел в лицо товарищу.
– Похоже, что ещё нет. Они пока благоволят нам в дороге, – поддержал его тот, в душе не переставая удивляться таким существенным переменам, случившимся в течение всего лишь одной ночи.
– Что теперь будем делать? Куда нам податься? – вновь спросил он.
– Одно ясно, Бронт, не в Вавилон. Туда нам уже нельзя идти, – твёрдо ответил Саул, продолжая размышлять, покусывая травинку.
– Такое большое войско, наверняка, будет усиленно охранять и все их корабли. Нам придётся искать другой путь, – резонно подметил Бронт.
– Обойти всю эту долину по течению реки до самых её низовий мы не в состоянии. Это попросту несбыточно. Мы не сможем совершить переход. Слишком много народа обитает здесь, да к тому же и войск прибавилось. Положа руку на сердце, я должен признаться, что совершенно не ожидал ничего подобного. Предусмотреть всё это заранее не смог бы никто. Ну а теперь, даже если нам и удастся раздобыть для себя целый корабль, то всё равно нам невозможно будет бесконтрольно миновать укреплённые берега, не говоря уже о том, чтобы спокойно пройти на нём вниз и выйти в море, – с сожалением покачивая головой в такт произносимым словам, был вынужден признаться Саул.
Наступила тишина. Внизу продолжали шествовать войска. Были слышны приглушённые голоса, топот ног и бряцание оружия. Иногда, обгоняя ряды пеших воинов, проскакивали небольшие конные отряды. Зрелище продолжалось до самого вечера. С последними лучами солнца миновали отставшие воинские обозы.
Саулу и его людям на ночь пришлось
