Читаем без скачивания Наваждение - Хоружик

— Я просто рассуждаю, — она идет к своей старенькой машине, — Держу пари, он великолепен в постели.

— Крис! — мой голос резкий. Мы стоим перед моим домом, где любой может подслушать. Но она только усмехается и пожимает плечами.

Она не права насчет Громова. Он определенно не имеет ко мне никакого отношения, если только это не связано с попыткой как можно сильнее меня разозлить. Или снова засунуть его член в меня.

Образ его члена вспыхивает в моей голове, и я пытаюсь отодвинуть его в сторону. Он был разовой сделкой, говорю я себе. В этом весь смысл секса на одну ночь, вам больше никогда не придется видеть этого человека.

Я говорю себе перестать фантазировать о Громове. Но я ничего не могу с собой поделать, даже сейчас, зная, что он прямо внизу разговаривает с моим отцом. Тот факт, что он внизу, делает его еще более неотразимым и захватывающим.

Расстегивая пуговицу на джинсах, я натягиваю их на бедра и просовываю руку между ног. Мой палец прижимается к клитору, посылая тепло по моему телу. Мои соски твердеют под тканью лифчика, и я просовываю другую руку под рубашку, просовывая палец между кружевной чашечкой лифчика и кожей.

Я клянусь, что трах с ним что-то сделал с моим мозгом. Я чувствую себя полностью поглощенной сексом. Как будто мои гормоны зашкаливают. Интересно, это то, что происходит, когда все теряют девственность, или это связано только с ним?

Я просовываю руку под подушку на кровати и тянусь к вибратору, который сегодня утром засунула в наволочку. Стягивая джинсы ниже по ногам, я провожу вибратором по своему клитору, пока пустота между ног не становится слишком невыносимой.

Я дразню вход игрушкой, пока вибрации пульсируют во мне. Он легко скользит внутрь, чему способствует моя влажность, и я наклоняю его, чтобы попасть в точку G, место, в котором Громов, казалось, был таким экспертом в достижении. Не обращая внимания на жужжание вибратора, я представляю, что это он внутри меня, что его губы у меня на груди, что кончик его члена прижимается к стенкам моей вагины.

Я представляю, что он шепчет мне на ухо, — Она такая влажная и теплая, такая чертовски тугая, как она сжимает мой член.

Это представление о его грязных разговорах доводит меня до крайности, и я быстро кончаю, мои мышцы сжимаются вокруг игрушки. Я закусываю губу, сдерживая вырывающийся крик удовольствия, и откидываюсь назад, положив голову на подушку.

Я все еще настолько поглощена своими мыслями, что стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть. Вот чёрт. Высунув вибратор из-под ног и засунув его под подушку, я натягиваю штаны. Я уже знаю, что это не мой отец, который уходит в свой офис, работая допоздна после ужина, независимо от того, какой сегодня день. Когда я подхожу к двери, мое сердце все еще громко стучит в груди.

— Добрый вечер, сестричка, — Рома стоит перед дверью с ухмылкой на лице, и мое сердце замирает. Я тут же высовываю ногу, чтобы дверь не распахнулась дальше, и скрещиваю руки на груди.

— Чего ты хочешь? — мое сердцебиение кажется мне практически оглушительным, совпадая с пульсацией между ног, напоминая о том, что я только что делала и о ком именно я думала минуту назад.

— Я не мешаю? – спросил он. Как долго он там стоит? Я представляю, как он стоит у моей двери и слушает, это просто пиздец, — Ты заболела? У тебя всё лицо красное.

О Боже, он всё слышал. Если я не покраснела, когда открывала дверь, то сейчас точно была как помидор, — Я чувствую себя хорошо. Но спасибо за заботу, — говорю я с сарказмом, — Кстати, неплохой поступок за ужином. Надеюсь, я не слишком сильно ударила тебя ногой?

— Спасибо за беспокойство, — ухмыляется он, — Я в полном порядке. Я уверен, ты будешь рада узнать, что не причинила мне никакого вреда.

— Это утешает, — говорю я, — Я бы не хотела, чтобы ты был травмирован.

— Если бы ты причинила мне вред, тебе пришлось бы вылечить меня.

Я закатываю глаза, — Тебе бы не повезло, врач из меня просто никакой.

Громов наклоняется вперед, его лицо находится в нескольких сантиметрах от моего, — Я не знаю, может тебе бы понравилось, чтобы я был твоим пациентом.

Я резко вдыхаю, у меня почти кружится голова от вожделения. Я не отталкиваю его. Я не говорю ему уйти. Он так близко ко мне, что я думаю, что он чувствует запах секса во мне.

Он продолжает говорить, его голос звучит почти гипнотически, — Имея меня в качестве вашего пациента, лежащего в постели, полностью в вашей власти, пока ты сверху на мне.

Его слова пробуждают воспоминания о той ночи, тот самый образ в моей голове, который заставил меня кончить две минуты назад. Как будто у него есть какая-то странная способность читать мысли, когда дело доходит до меня.

Когда я молчу, он понижает голос почти до шепота, — Я покусываю твой сосок, пока ты не произносишь мое имя, пока ты не умоляешь меня ввести мой член внутрь тебя.

Я заставляю себя не думать о том, что он говорит, но не могу остановиться. Мои губы расходятся, и я практически задыхаюсь. Я думаю о том, как легко было бы просунуть руку под край его рубашки, провести ладонью по его животу, вокруг пояса джинсов и просто расстегнуть пуговицу.

Блядь. Я хочу его.

Он смотрит мне в глаза, как будто может читать мои мысли, как будто побуждает меня сделать то, чего я очень хочу, — Ты думала обо мне? — шепчет он.

Я оттолкнула его, — Я не знаю, о чем ты говоришь.

Он усмехается, отступая назад, — Я рядом, если понадоблюсь, — говорит он, подмигивая, — Подумай об этом.

Я громко стону, когда он входит в свою комнату и закрывает дверь. Я слышу, как он смеется, стены в этом месте не очень толстые. На самом деле они тонкие как бумага. Опускаясь на кровать, я думаю о том, что застряну на все лето, с парнем, о