– Скажи ему, что в сосновом лесу воздух продезинфицирован, – сказала Лена, которая к музыке, как и ее супруг, была равнодушная и Визард был для нее скорее загадочным иностранцем.
Крис послушно перевел, а Феликс что-то спросил, изучая при этом лицо Лены – румяное, круглое, симпатичное и с ямочками на щеках. Во время беременности девушка несколько округлилась и смотрелась очень мило – особенно души в ней не чаял ее супруг, который как-то еще не осознал, что через пару месяцев станет отцом.
– Он спрашивает, почему? – послушно перевел Крис.
– Сосна испаряет особые вещества – терпены, которые убивают микробов, – пояснила девушка, легонько поглаживая круглый живот, скрытый под широкой майкой. Феликс задержал взгляд на ее животе, а после кивнул. Вид его был задумчивым.
– Давайте возвращаться назад, – сказала Марта. – Мы уже минут сорок гуляем.
– Давайте, – согласился голодный Крис, который очень-очень хотел попробовать шашлыков Стаса. – Феликс, пойдем обратно, – обратился он к музыканту. – Сейчас ты попробуешь классное… А где Феликс? – пробормотал медововолосый парень и недоуменно поправил новые очки в пластиковой оправе – на этот раз в ярко-оранжевой, подходящей к его модной футболке с Микки-Маусом на впалой груди.
– Может, его леший забрал? – нервно хихикнула Лена.
– Фанаты выследили, – в тон ей отвечала Марта. За короткое время они успели подружиться.
– Он, и правда, такой знаменитый? – удивилась девушка.
– А то! – заверила ее скрипачка. – Я тебе в городе, когда Интернет появится, видео с их концерта покажу, – пообещала она.
– Не смешно, девчонки, – топнул ногой Крис. – А если он заблудится?
Иностранный гость, однако, не заблудился. Он оказался неподалеку – стоял рядом с высоченной старой сосной и осторожно гладил ее по гладкому, без единого сучка, стволу кончиками пальцев. Изредка он смотрел на него, словно бы видел что-то такое, что неподвластно зрению обычного человека.
– Что ты делаешь? – тут же поинтересовался непосредственный Крис, следя за движениями рук музыканта.
– У леса хороший хозяин, – не ответил на вопрос Феликс и осторожно присел, теперь касаясь руками высоких травинок.
– Чего? – не понял Крис. Он тоже присел на корточки, став, как и Визард, гладить траву. Темноволосый улыбнулся ему и повторил:
– У нас будет отличная ночь, – и распрямился в полный рост.
– Почему? – тут же поднялся и Крис.
– Пообещали, – пожал плечами Феликс.
– Э-э-э, – ничего не понял парень и подумал: «А не зря его называют странным». После чего поспешил вслед за Феликсом, широким шагом идущим к Марте и Лене. А скрипачка, наблюдавшая за своим любимым музыкантом, едва заметно улыбнулась.
Когда они пришли к палаткам и машине, то почти совсем уже стемнело, и на небе привычно повисла важная луна в окружении подданных – звезд. Ночное светило отражалось в темной глади озера, оставляя на его зеркальной поверхности желто-белую сверкающую дорожку. В воздухе, смешиваясь с запахами разнотравья, смолы и хвои, витал аромат жареного мяса, приглашая нагулявшихся путников к сооруженному хозяйственными Стасом, Лешей и Юлей к импровизированному столу.
– Иди сюда, – махнула рукой Марте Юля, – поможешь мне.
Скрипачка только хотела огрызнуться, но, подумав, что при таком скоплении народа это будет некрасиво, молча подошла к сестре.
– Что мне делать? – спросила она хмуро.
– Пусть порежет, – предложил Стас, стоящий рядом, и кивнул на овощи Крестовой. – Это для салата. Эй, Крис, поводи Феликса еще немного около берега, не все пока готово. И, прошу тебя, не утопись. И его не утопи.
Он протянул нож Марте, девушка взяла его в руки, но Юля оказалась против этой затеи.
– Это сделает кто-нибудь другой, – сказала она спокойно, но явно давая понять, чтобы с ней не спорили.
– Почему? – искренне удивился Стас.
– Она играет на скрипке. Если порежет палец, будут проблемы.
– Почему ты думаешь, что я порежу палец? – возмутилась Марта для приличия. Но вообще Юля была права – Карлова не очень хорошо умела обращаться с острыми предметами. Но зато скрипка в ее руках пела так, как ни у кого другого.
– Дай сюда нож, – сказала она сестре. Юля казалась старше Марты на пару лет, хотя на несколько месяцев была младше.
Марта послушно протянула ей рукоять ножа, и в его лезвии блеснуло преломленное отображение луны. Их пальцы с совершенно одинаковыми миндалевидными ногтями на мгновение соприкоснулись. Светловолосая девушка, чьи волосы сейчас были собраны в высокий хвост, вдруг улыбнулась, и тут же спрятала улыбку в ладони, сделав вид, что зевает.
– Поможешь расставить посуду, – сказала ей Юля и обратилась к друзьям. – Эй, кто будет алкоголь, говорите сразу – есть пиво и вино. Кто что будет? Сколько мне бутылок доставать?
Минут через пятнадцать, наконец, все было готово, и шумная компания уселась на походные раскладные стулья, расставленные поодаль от палаток и столика, около небольшого, но яркого костра. Смех, слова, выкрики растворялись в ночной темноте. Кроме этих семерых вокруг не было ни души. О лесном озере, находившемся в стороне от основной трассы, знали немногие.
– Феликс, все в порядке, тебе тут нравится? – на всякий случай спросила Юля гостя, садясь рядом с ним, напротив места Стаса, который заканчивал колдовать над мангалом. Крис орал ему, размахивая пивной банкой, чтобы тот поторапливался. Стас по-дружески его посылал.
– Более чем нравится, – отвечал Визард, любуясь блеском луны в зелено-ореховых глазах Юли. Она отвела взгляд, так и не понимая, почему делает это. Она что, раньше с парнями не общалась? Никогда в жизни она не стеснялась их присутствия, а тут словно волшебство какое-то с ней происходит. Феликс и привлекает, и отталкивает, и раздражает, и интересует. Причем, чем больше Крестова общалась с музыкантом, тем явственнее становилось это чувство. Оно медленно распускалось, как закрытый на ночь бутон цветка.
«Перебори себя, тряпкой не будь, – велела сама себе Юля, – не выдумывай, он такой же, как все парни».
– Что-то не так? – спросил Феликс, вновь глядя в ее глаза, словно видел в них ее тайные мысли. Юле на пару мгновений показалось, что он умеет их читать.
– Нет, все так, – и девушка подключилась к общему разговору, веселому и дружелюбному, развивающемуся на двух языках: русском и английском. Феликс невероятно сильно интересовал молодых людей, и те наперебой задавали ему вопросы.
А Марта вновь больше молчала. Скрипачка впервые оказалась на природе с ночевкой – для нее куда более обыденным делом было остаться ночевать в консерватории, в обнимку со скрипкой, нежели под открытым звездным небом, с шампуром и жареной картошкой в руках неподалеку от разведенного костра с пляшущими язычками и… и рядом с тем, кого раньше можно было увидеть в лучшем случае только на видео в Интернете.
