Читаем без скачивания Скважина №9 - Дмитрий Резаев

– Ты как хочешь, но я… Теперь никаких пуль, – сказал Хуч и, отогнув панель на потолке кабины, достал серебристый бластер «Лайтлидер». – Только бластер.

– Это ты хорошо придумал. Только ведь это «Лайтлидер». Он все равно стреляет одиночными импульсами. Вот если бы у нас были «Униксы», со сплошным лучом… Может, передать подкреплению насчет вооружения?

– Ты с ума сошел, – Хуч осматривал бластер внимательно, как акушер новорожденного ребенка. – Мы же можем разрезать его пополам. С нас шкуру спустят. Мне уже обещали.

– Я говорю о Торче, – возразил Фримен, – его-то можно.

– С Торчем мы и так справимся.

– Не знаю, – засомневался Фримен, – говорят, он Танцор.

– Танцор? Я тоже об этом что-то слышал. Но знаешь, я не очень верю в способности Танцоров.

– Ты и в псионика девятой категории не верил. А Танцоры совершенствуют свою технику со времен восстания ихэтуаней.

– Сказки это все. Пойдем.

Трап выскользнул тихо и таинственно. Хуч и Фримен, держа оружие наготове, вышли наружу. Осмотрелись по сторонам. Ничего. Даже мусора. Только серая кирпичная пыль, измельченная временем до пылинок микроскопических размеров. От их ног оставались следы, размытые и нечеткие, которые тут же теряли форму от малейшего дуновения ветерка. Они осторожно вошли в проем. Перед ними стоял серый от пыли «Дестер». Лишь местами проблескивала его глянцевая поверхность.

– Может, подождем подкрепления? – шепотом спросил Фримен.

– Я тебе уже говорил: Смит чувствует. Они успейт подключиться, когда мы завяжем борьбу. План простой. Торча берешь на себя. Если он еще жив, конечно. А я отрежу псионику ногу.

Фримен кивнул, хотя сильно сомневался, что то, что сейчас сказал ему Хуч, можно назвать планом.

Хуч осмотрел следы возле «Дестера» и уверенно двинулся в противоположный конец помещения.

– Все складывается отлично. Не знаю, что наплел Смиту Торч, но он, скорее всего, повел его в одну из своих берлог. Значит, брать мы их будем в закрытом помещении. Оттуда Смиту от нас не сбежать. Будь он хоть запредельной категории. В четыре руки мы с ним справимся. А подкрепление заблокирует здание.

Они подошли к железной двери. Хуч многозначительно указал на отвалившуюся ржавчину. Фримен кивнул, а затем резко рванул дверь на себя. Хуч влетел в небольшую комнатку, оказавшуюся пустой. Фримен кивнул на следующую дверь. Хуч достал из внутреннего кармана прибор, похожий на миниатюрный стетоскоп, сунул наушник в ухо и приложил крохотную мембрану к двери, некоторое время прислушивался, а потом повернулся к Фримену и показал два пальца. Потом ткнул указательным пальцем в дверь. Фримен кивнул и прямым ударом ноги вышиб ее. Дверь упала вовнутрь. Оба Охотника влетели в комнату одновременно, держа оружие наизготовку. Два ствола – тонкий, изящный «Лайтлидера» и восьмиугольный грубый «Буллита» – рвались вперед, как собаки с поводков.

Альгаймер, он же Торч, как только упала дверь, отскочил на середину комнаты, закрыв собой Смита. Поэтому тот сначала не понял, что, собственно, произошло.

– Убери его, – кивнув на Торча, крикнул Хуч.

Фримен выстрелил с двух рук, но за мгновение до того, как он нажал спусковой крючок, Торч крутанулся вокруг своей оси, уходя с линии огня. Пуля врезалась в какую-то кастрюлю, висевшую над плитой. Раздался оглушительный звон. Кастрюля упала и заплясала на плите, как пьяный ирландец. Торч тем временем стал совершать странные движения, похожие на пляску святого Витта. Он извивался, выставляя вперед то одно плечо, то другое, прижав руки к телу, перебирал ногами, как будто под ним был раскаленный железный лист; он то втягивал голову в плечи, то быстро наклонял ее вправо-влево, при этом он постоянно перемещался, хаотично меняя направление. Фримен выстрелил еще несколько раз подряд, но каждый раз пуля проходила буквально в миллиметре от цели.

– Танцор! – Почти хором крикнули Фримен и Хуч.

Теперь к стрельбе присоединился Хуч. Несколько лазерных вспышек опалили одежду Торча, не причинив ему самому никакого вреда, за исключением легких ожогов. Создавалось такое впечатление, что не столько Торчу удается увернуться от выстрелов, сколько его безумный танец гипнотизировал стрелков. Замысловатые, противоестественные движения сплетались в какую-то причудливую вязь, которая заставляла неотрывно следить за собой. Точно так же человек может часами смотреть на танцующие языки пламени.

Смит ничего не мог разглядеть за беснующимся Альгаймером-Торчем. Он был оглушен выстрелом, грохотом падающих кастрюль и сковородок, визгом рикошетов и криками. Маленькая комната уже наполнилась пороховыми газами и парами оплавленных бластером предметов. Воняло жженой пластмассой. Смит сжимал в руке энергонож и сидел, скорчившись за опрокинутым кухонным столом. Он ждал, когда Альгаймера наконец уложат, и удивлялся, что этого не происходит так долго.

На самом деле огневой контакт длился не более двадцати секунд. Но, как известно, в таких ситуациях время растягивается, словно ему самому хочется насладиться картиной разрушения.

– Крест-накрест! – заорал Хуч, стараясь перекричать грохот выстрелов «Буллита».

Две линии огня пересеклись, стараясь, чтобы Торч попал в точку пересечения. Танец Торча мгновенно изменился. Теперь он стал еще сложнее. Торч то внезапно припадал к земле, то мягко подпрыгивал, при этом принимая позу эмбриона, уклоны стали стелящимися. Создавалось впечатление, что он неимоверно уменьшился в размерах, вжался сам в себя, и в тоже время его движения стали более резкими, порывистыми и быстрыми. Однако было понятно, что долго ему не выдержать. Еще мгновение, и он будет убит.

– Останови их! – крикнул Торч, падая на пол.

Смит и сам едва сдерживался оттого, чтобы не проверить, что он все-таки, на самом деле, может, но ему мешал пляшущий бледнолицый. Теперь его захлестнула обычная теплая волна.

Ни Хуч, ни Фримен не успели оценить ситуацию. Как только Торч упал на пол, они увидели стремительно приближающуюся к ним коричневую массу. Они не сразу сообразили, что это был стол, за которым прятался Смит. Стол ударил их всей площадью столешницы. Хуч от удара вылетел в дверной проем и опрокинулся навзничь. Многолетние тренировки и природная реакция заставили его, несмотря на жуткий удар, тут же поднять голову и вытянуть вперед руки, сжимавшие «Лайтлидер». Сквозь туман, который застилал ему глаза и пытался лишить сознания, он увидел фримена. Фримен, будучи более массивным, чем Хуч, не упал на спину, а сел на пятую точку. К его лицу прилип стол. Через мгновение Хуч увидел на его затылке неестественно яркое красное пятно. И тут до него дошло, что это торчит кончик энергоножа, который был выпущен вслед столу, прожег столешницу, а затем и голову напарника, прочно соединив ее с предметом мебели. Надо, надо было дождаться подкрепления!

Хуч пальнул несколько раз внутрь комнаты, а затем перекатился, спрятавшись за косяк.

Выстрелы Хуча заставили Торча и Смита отпрянуть в разные стороны. Что творится за пределами комнаты, они видеть не могли. Обзор им закрывал стол, угрожающе направивший на них свои ножки. С обратной стороны его удерживал Фримен, пришпиленный к нему энергоножом.

Торч тяжело дышал. Смит был спокоен.

Хуч сидел на полу, привалившись спиной к стене.

– Смит! – крикнул Хуч и, не дождавшись ответа, продолжил, – согласись, теперь тебе деваться некуда. Если, конечно, ты не умеешь ходить сквозь стены. Послушай, брось валять дурака. Те, кто меня нанял, хотят заключить с тобой сделку. Им нужны твои способности. Ты заработаешь кучу денег, получишь все что пожелаешь. Произошло недоразумение. Тогда, на крыше, произошло недоразумение. Ты просто не дал нам ничего объяснить…

Хуч тянул время, ожидая подкрепление. В конце концов, комнату можно просто забросать гранатами с усыпляющим газом.

– Как ты на это смотришь?

Почувствовав легкое движение, Хуч поднял глаза. Перед ним стоял Смит. Хуч даже не попытался вскочить на ноги. Он только улыбнулся и погладил серебристую поверхность бластера.

– На этот раз никаких пуль. Лазерный луч тебе не остановить.

– Я знаю, – спокойно ответил Смит.

В этот момент «Лайтлидер» ударил его по лбу. Хуч вскрикнул от неожиданности. Не успел он придти в себя от боли и изумления, как бластер ударил его второй раз и отклонился, примериваясь для третьего удара. Хуч изо всех сил напряг руку. Его бицепс вздулся, раздался треск – лопнула рубашка. Но больше непослушное оружие он удерживать не смог. Бластер методично бил его в середину лба. Создавалось такое впечатление, что Хуч казнится в совершенной ошибке.

– Какой же я все-таки дурак. Повторяй, – приказал Смит.

– Какой же… (бум!) я все-таки… (бум!) дурак…

– И какой черт меня сюда понес.

– И какой… (бум!) черт… (бум!) меня сюда… (бум) понес… – последнее слово Хуч выдохнул из последних сил, голова его безвольно упала на плечо, рука с бластером рухнула вниз, лицо заливала кровь из разбитого лба. Казалось, что какой-то гнусный мальчишка залепил ему в лоб помидором.