Читаем без скачивания Завоевание Константинополя - Жоффруа Виллардуэн

Так были выбраны 12 человек и был назначен день для выборов{494}. И в день, который был назначен, они собрались в одном богатом дворце, где разместился дож Венеции, одном из самых прекрасных на свете{495}. Там собралось такое множество людей, что это было прямо-таки великое чудо, ибо каждый хотел видеть, кто будет избран. Позвали 12 человек, которые должны были произвести избрание; и они были отведены в некую весьма богатую часовню, которая была в этом дворце. И за ними заперли дверь снаружи так, что с ними никто не остался. А бароны и рыцари остались в этом большом дворце, отделенном от часовни.

И совет продолжался до тех пор, пока они не пришли к согласию{496}. И они поручили молвить слово по доверию всех остальных Нивелону, епископу Суассонскому, который был одним из двенадцати; и они вышли наружу, туда, где были все бароны и дож Венеции. Вы можете представить себе, что на них глядело множество людей, которые жаждали узнать, каков же будет итог выборов. И епископ молвил слово и сказал им: «Сеньоры, благодарением Божьим мы договорились поставить императора; а вы все поклялись, что того, кого мы изберем императором, того вы и будете считать императором, и, если кто-либо захочет воспротивиться этому, вы окажете подмогу избранному. И мы назовем его имя как раз в этот час, когда родился Бог{497}: граф Бодуэн Фландрский и д’Эно».

И крик радости поднялся во дворце, и они понесли его [императора] в церковь. И маркиз Бонифаций Монферратский, с одной стороны, нес его в церковь и выказывал ему всяческий почет, какой только мог. Таким образом императором был избран граф Бодуэн Фландрский и д’Эно, а коронация его определена была на день через три недели после Пасхи{498}. Ну, конечно, вы можете представить себе, что для коронации было изготовлено множество пышных одежд; и стоило для чего их шить{499}.

Накануне коронации маркиз Бонифаций Монферратский женился на императрице, которая была супругой императора Сюрсака и сестрой короля Венгрии{500}. В это же самое время умер один из самых знатных баронов войска по имени Эд де Шанлитт Шампанец; и о нем очень скорбели и оплакивали его и Гийом, его брат, и другие, его друзья; он был погребен с великими почестями в церкви Апостолов{501}.

Настал срок коронации, и император Бодуэн был коронован при великом ликовании и с великими почестями в церкви св. Софии, в год от воплощения Иисуса Христа 1204-й. О радости и о торжестве не надобно и говорить: бароны и рыцари сделали все, что только смогли{502}. И маркиз Монферратский и граф Луи почтили Бодуэна как своего сеньора. После великой радости и коронации его повели в пышном шествии на великое празднество во дворец Львиная Пасть, столь великолепный, что никогда не видели ничего более великолепного. А когда празднество закончилось, император завел разговор о своих делах.

[НАЧАЛО РАСПРИ ИЗ-ЗА САЛОНИКИ]

Бонифаций, маркиз Монферратский, потребовал от него выполнить свои обязательства{503}, которые тот ему дал и по которым должен был передать ему землю по другую сторону Рукава, у Тюркии, и какой-либо остров Греции{504}. И император хорошо знал, что должен был это сделать, и сказал, что весьма охотно сделает это. И когда маркиз Монферратский увидел, что император желает по доброй воле выполнить свои обещания, он потребовал от него, чтобы в обмен на эту землю отдал ему королевство Салоники, потому что оно находилось в стороне владений короля Венгрии, чья сестра была его супругой{505}.

Говорено было об этом так и сяк; но дело все же шло к тому, что император пожалует ему королевство, а он принесет оммаж за него{506}. И была великая радость во всем войске, потому что маркиз был одним из самых досточтимых рыцарей на свете и одним из самых любимых рыцарей, ибо никто не давал им столь щедро. Маркиз Монферратский остался на этой земле, как вы слышали{507}.

[ЗАВОЕВАНИЕ ВИЗАНТИЙСКИХ ЗЕМЕЛЬ. НАЧАЛО ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ НА ПЕРИФЕРИИ]

Император Морчуфль не отошел еще и на четыре дня пути от Константинополя{508}; и он увез с собой императрицу{509}, которая была супругой императора Алексея{510}, того, что бежал еще раньше, и его дочь{511}. И этот император Алексей пребывал со всеми людьми в некоем городе, называемом Месинополем{512}, и еще удерживал за собой большую часть земли{513}. И тогда знатные люди Греции разделились, и большая часть их перебралась через Рукав на сторону Тюркии, и каждый захватил для себя столько земли, сколько ему заблагорассудится, как и в других краях империи, каждый поблизости от своих владений.

И император Морчуфль не замедлил захватить некий город, который перешел под власть монсеньора императора Бодуэна и назывался Кюрло{514}; он захватил его и разграбил, и захватил в нем столько, сколько нашел. Когда эта весть достигла императора Бодуэна, он держал совет со своими баронами и с дожем Венеции. Совет их порешил, и они сошлись на том, что он выступит со всем войском, чтобы завоевать землю, и оставит стражу в Константинополе, дабы он был в безопасности, этот город, который вновь был завоеван, ведь его населяли греки.

Итак, решение было принято советом; и собрано было войско; и были назначены те, кто оставался в Константинополе. В Константинополе остались Луи, граф Блуаский и Шартрский, который был болен и еще не выздоровел{515}, и дож Венеции; а во Влахернском дворце и во дворце Львиная Пасть остался Конон де Бетюн, чтобы охранять город, равно как и Жоффруа, маршал Шампани, и Милон ле Бребан, и Манассье де Лиль со всеми своими людьми. Все же остальные приготовились отправиться с императором в войске.

Прежде чем император Бодуэн выехал из Константинополя, оттуда по его повелению отправился Анри, его брат, примерно с сотней рыцарей, весьма бравых молодцов; и он скакал от города к городу; и в каждом городе, куда он приезжал, жители приносили присягу верности императору. Так доехал он до Андринополя{516}, весьма славного и весьма богатого города. И жители этого города приняли его очень охотно и присягнули на верность императору. Тогда он расположился в городе, он и его люди; и он пребывал там, пока не приехал император Бодуэн.

Когда император Морчуфль проведал, что они, таким образом, подходят, он не отважился ждать их, но отступил и постоянно держался на два или три дня пути впереди; и вот так он поехал прямо к Месинополю, где был император Алексей. И он направил к нему вестников и передал ему, что будет ему помогать и исполнять во всем его волю. И император Алексей ответил ему, что примет его со всем благоволением как своего сына, ибо он хотел отдать ему свою дочь в жены, а его сделал бы своим сыном{517}. Итак, император Морчуфль расположился у Месинополя; и он разбил свои шатры и свои палатки; а другой расположился в городе. И тогда они переговорили между собой, а Алексей выдал за него свою дочь, и они стали союзниками, и сказали, что отныне составят единое целое.

Не знаю, сколько дней они пребывали таким образом, один — в лагере, другой — в городе. И тогда император Алексей позвал императора Морчуфля прибыть к нему откушать, сказав, что они пойдут вместе в бани{518}. Как было договорено, так и было сделано.

Император Морчуфль, поелику тот его пригласил, явился запросто, с немногими людьми; и когда он вошел в его дом, император Алексей позвал его в некие покои и велел повергнуть его наземь и приказал выколоть ему глаза; так он его предал, как вы слышали{519}. Посудите же, должны ли были эти люди владеть землей или должны были утратить ее те, кто творил столь великие жестокости друг другу{520}. И когда об этом узнали люди из числа воинов императора Морчуфля, они рассеялись в разные страны и пустились в бегство, одни — туда, другие — сюда; а были среди них такие, кто пришли к императору Алексею и выказали ему повиновение как сеньору и остались с ним.

[РАСПРЯ БОДУЭНА I И БОНИФАЦИЯ МОНФЕРРАТСКОГО]

Тогда император пустился в путь из Константинополя со всем своим войском и ехал до тех пор, пока ни прибыл к Андринополю. Там он застал Анри, своего брата, и других людей, которые с ним были. По дороге, которой он прошел, все явились к нему, отдавшись под его власть и на его милость. И тогда пришла весть, что император Алексей вырвал глаза у императора Морчуфля. Много говорено было об этом меж ними; и они твердо сказали, что те не вправе владеть землей, коль скоро они так изменнически предают друг друга.

Император Бодуэн принял тогда решение двинуться прямо к Месинополю, где был император Алексей. А греки Андринополя просили у него как своего сеньора, чтобы он оставил охрану в городе из-за Иоанниса, короля Блакии и Бугрии{521}, который часто шел на них войной. И император Бодуэн оставил там Юсташа де Сальбрюи, рыцаря из Фландрии, весьма доблестного и смелого, с 40 весьма добрыми рыцарями и сотней конных оруженосцев.