Двигайся.
Я подавила рыдание, ненавидя себя за то, что вообще колебалась. Я могла бы это сделать. Я должна была это сделать, или я могу прямо сейчас повернуть назад.
Я шагнула в ледяную воду, двигаясь так быстро, как только могла, чтобы не поскользнуться. К тому времени, как я добралась до другого берега, мои ноги саднили от свежих порезов от острых камней.
Положив руки на колени, я наклонялась, пока не перестала дрожать. Когда я подняла голову, все, что меня окружало, казалось, вращалось вокруг меня.
Я шла весь день. К тому времени, как солнце село, мой желудок выл, но у меня почти закончилась скудная еда, и мне нужно было сохранить то немногое, что у меня осталось, на завтра.
Вдалеке мелькнуло красное. Пламя?
Я замерла. Я, конечно, не могла чувствовать тепло. Но на мгновение я вообразила, что могу. Представила, что лежу перед этим огнем, сонная после сытного ужина.
Королевские стражники, вероятно, не стали бы разжигать огонь. Херика однажды сказала мне, что они обычно путешествуют с камнем умбры — большим черным камнем, который может быть заряжен магией и выделять тепло.
Где было пламя, там, скорее всего, была еда. Мой желудок заурчал, словно соглашаясь, и я не отрывала взгляда от оранжево-красного свечения сквозь деревья.
Подкравшись ближе, я выглянула из-за дерева на поляну.
Я резко втянула воздух. Я узнала эту группу мужчин, растянувшихся у костра, не заботясь ни о чем на свете. Стиснув зубы, я насчитала четверых из них. Один из негодяев где-то прятался, вероятно, на посту.
Ярость захлестнула меня вместе со здоровой дозой возмущения. После всего, через что я прошла с тех пор, как Галон вытащил меня из реки, видя, как они спят у теплого костра, вероятно, с полными животами и в сухой одежде…
Это был поворот ножа.
Галон лежал ближе всех ко мне. На другом конце поляны их лидер — Лориан, как они его называли — был вытянут с закрытыми глазами. Позади него их лошади отдыхали возле нескольких тюков с припасами.
Вероятно, некоторые из этих припасов включали еду. Мою кожу покалывало от предвкушения.
Где именно находился часовой?
Лориан перевернулся и посмотрел налево. Мой рот растянулся в моей первой улыбке с тех пор, как я сбежала из своей деревни. Тиран не мог просто позволить своему человеку делать свою работу. Ему приходилось дышать ему в затылок.
И он только что показал место часового.
Дурак.
Я бы забрала у них еду и оставила их почти ни с чем. За то, как они бросили меня.
Мучительно медленно я начала продвигаться справа от Лориана. Здесь у меня было больше видимости, но я не могла позволить себе спешить и сломать ветку.
Один из мужчин кашлянул. Я использовала звук, чтобы сделать несколько быстрых шагов.
Казалось, что на это ушло несколько часов. Я знала свои сильные стороны, и красться по лесу не входило в их число. Но я не позволила своему нетерпению потерять эту лошадь. Эти припасы. Всю еду.
Наконец, наконец, я была всего в нескольких шагах от лошадей. Я медленно втянула немного воздуха в легкие и, бросив последний взгляд на отдыхающих мужчин, приготовилась.
Я застыла. Лориан ушел.
Его голос прозвучал позади меня.
— Ты действительно думала, что мы не знали, что ты здесь, деревенская девушка?
Пригнувшись, я развернулась, избегая его попытки схватить меня. На его лице промелькнуло удивление, и он бросился на меня.
Я подставила ему подножку, моя собственная нога переплелась с его. Он выругался, и мы упали, покатившись к огню.
К тому времени, как мы остановились, мой клинок был у его горла, а мое сердце билось так сильно, что казалось, мои ребра вот-вот сломаются. Он прижал меня своим огромным телом, но все, что здесь потребовалось, — это легкое движение моего запястья, и он был бы мертв.
Он смотрел на меня сверху вниз, в его зеленых, как лес, глазах светилось веселье.
Ловушка. Ублюдок посмотрел на часового, чтобы заманить меня поближе и убедиться, что я пойду в противоположном направлении. Чтобы он мог выследить меня. Вероятно, он знал, что я здесь, еще до того, как я увидела его огонь.
Меня охватило смятение. Я должна была действовать лучше. Мне нужно было быстро учиться, если я собиралась добраться до города и сесть на корабль.
— Ты действительно думала, что мы позволим тебе забрать одну из наших лошадей? Что мы сделали, чтобы заслужить твою кражу?
Меня пронзила ярость.
— Ты оставил меня умирать, — прошипела я.
— Ты выжила.
— Не благодаря тебе!
Он тяжело вздохнул. Как будто я причиняла ему неудобства.
Я представила, как мой клинок разрубает его на части. Представила брызги крови. Обычно я не была кровожадной, но этот человек взывал это во мне.
Выражение его лица стало скучающим. За последние несколько дней я прошла через ад, и этот человек мог бы облегчить мою ношу. Вместо этого он отвел взгляд для того, чтобы зевнуть.
Прекрасно. Посмотрим, как ему понравится, когда я оставлю его умирать.
Острое лезвие внезапно прижалось к моей коже, прямо рядом с местом, где бешено бился мой пульс. Я приставила свой собственный нож ближе к горлу Лориана.
— Убери его на место, — сказал веселый голос.
Моя кожа стала липкой, тяжесть давила на грудь.
Я посмотрела в зеленые глаза Лориана и дала себе молчаливую клятву. Если бы я пережила следующие несколько минут, и боги когда-нибудь решили бы, чтобы наши пути пересеклись еще раз, я бы позаботилась о том, чтобы этот человек пожалел, что оставил меня умирать.
Его взгляд стал острее, как будто он читал мои мысли. Огромная мозолистая рука сжала мое запястье, пока я не была вынуждена выронить нож.
Лориан скатился с меня, но не настолько, чтобы я могла куда-нибудь пойти. Кто знал, что они теперь со мной сделают? Они могли бы надругаться надо мной, убить
