Читаем без скачивания Эра воды - Станислав Михайлов

Угораздило же меня сесть в этот дрындулет…

Словно духом незримым проникнув в прошлое, я наблюдал, как Руперт отчаянно пытается увести машину от гигантской, изредка вспыхивающей молниями, темной воронки, но неповоротливый пеликан не был рассчитан на перегрузки. Мы влетели в смерч и закрутились в нем по широкой спирали. Пилот добавил тяги, на миг показалось, что машина вырвется, но, видимо, слишком велики оказались крылья. Одно из них лопнуло пополам, турболет завалился на борт, тут же отлетела половина второго крыла и мы рухнули вниз. Какое-то чудо, не иначе, вывело марсолет из штопора, и он, видимо, набрав достаточную горизонтальную скорость, выскользнул из объятий пыльного дьявола. Неуклюже планируя или, скорее, падая на обрубках крыльев, он врубился в поверхность и исчез из виду, будто проглоченный планетой.

Изображение замерло, раздался голос робота:

— Показ остановлен. Раз, два, три…

И вот я опять в пещере. Неподвижный камень блестит льдом при свете фонарей.

Подведем сухой остаток. Крылья на поверхности, мы под поверхностью, турболет отлетался, «finita la comedia», как сказала бы Жанна Бови. Я поначалу не верил, что она итальянка, разве бывают рыжие итальянки? Но оказалось, только по маме…

Вспоминать больно до сих пор. Жанка осталась на Ганимеде. Да что там осталась, с собой можно быть честным, я бросил ее на Ганимеде, и она ответила тем же, ни одного сообщения, ни одного звонка. Давно оставил попытки поговорить с нею.

— Система пещер в пределах устойчивой радиосвязи обследована. Выход на поверхность не обнаружен. В обследованной области система не замкнута. Обнаружены шесть проходов во внешнюю область. — Мне показалось, или в голосе робота прозвучало садистское удовлетворение? Ему нравится идея застрять тут навсегда? Да нет, едва ли, просто нервы, нервы мои шалят.

Модули возвращались. Получается, эта ледяная кишка выводит в целую сеть пещер. Чтобы обследовать их даже с помощью робота может потребоваться несколько дней, а то и недель. Я смотрел материал о марсианских мерзлотных системах перед вылетом на Марс, суммарная длина такого лабиринта может достигать сотни километров.

— Рембот, слушай, у тебя есть имя?

Он ответил без колебаний:

— Персональный идентификационный номер 487335, серия XD, модель «Бермуды». Универсальный вспомогательный робот, промышленно-экспериментальный образец.

— Так ты не ремонтный бот? — настало мне время удивиться.

— Универсальный вспомогательный робот. Предназначен для работ широкого профиля. Экземпляр создан с целью прохождения производственного тестирования. Присутствует настройка ремонтного робота класса «Альфа», автоматически активирована при погрузке в транспортный турболет.

— Мне нужно, чтобы ты отзывался на имя, когда я к тебе обращаюсь. Понятно?

— Необходимо обозначить комбинацию слов имени.

Я задумался. В принципе, не вижу особой разницы, как называть робота: Джо, Марк, Роза, Киви. Это же не ребенок. Не собака. Вообще не живое существо. С другой стороны, он похож на живое существо. Думает, ходит, как настоящий, вон, старается помогать.

И тут ко мне пришла славная идея, я даже рассмеялся.

Рассмеялся и нарек его Робом в память о незабываемом инспекторе Бобсоне, упекшем меня под арест на Ганимеде. В честь белого классического костюма черного инспектора.

Отличное краткое имя для робота: «Роб», не так ли?

«Роби Бобсон, Боби Робсон, тики-тики-так», — когда за куполом лил бесконечный дождь, напевала Жанка, и в персональном блоке становилось солнечно от ее волос и смеха. И сейчас веселый голосок звучал в моей голове. Голосок Жанки, давно уже, конечно, забывшей плохого парня Пола Джефферсона.

— Роб! — позвал я.

— Да, Пол. — Ответил он запрограммированно.

Еще я добавил варианты ответа: «Слушаю, Пол», «Весь внимание» и «К твоим услугам, Пол». Выбор будет случайным, но с приоритетом «Да, Пол». И вообще, я настроил его на меньшую официальность, так честнее, если уж я с ним запанибратски, то пусть и он со мной также.

— Ро-об! — попробовал я еще раз.

— К твоим услугам, Пол.

— Отлично, Роб. Давай еще разок прикинем, как нам отсюда выбраться. Пробить дырку в потолке и вылететь, похоже, не получится? Если на ракетном ранце, а?

Я задрал голову и еще раз подсветил фонариком низко нависающий каменный свод. В прожилках блеснул лед.

— Ожидаемое время бурения или проплавления с использованием имеющихся в нашем распоряжении средств от двадцати до восьмисот часов. Вероятность обрушения кровли семьдесят три процента.

Ну, не особенно-то я и рассчитывал…

— Ладно, а как думаешь, обширный тут лабиринт? Можем послать модули на разведку и подождать?

— Оценка размеров системы пещер затруднительна из-за недостатка информации. Модули могут быть высланы в автономное курсирование сроком не более чем на шестнадцать часов. В случае повышенных затрат энергии срок сокращается пропорционально затратам.

— Хм, повышенные затраты? Это типа каких?

— Разбор завалов, плавление или бурение, перемещение и удержание тяжестей, другие подобные причины.

Я задумался. Никаких таких или «других подобных причин» не ожидалось. Всего-то надо быстренько пробежаться по холодному подземелью, откартировать его и вернуться. А уж тогда мы с Робом покумекаем, что делать дальше. Кстати, в пещерах оказалось не так холодно, как можно было бы подумать, всего минус семнадцать по Цельсию. Снаружи сейчас ночь, там все восемьдесят, так что в подвальчике у нас не холодильник, а почти оранжерея, по марсианским-то меркам.

— Давай, Роб, посылай троих на разведку. Только чтоб гарантированно не заблудились. Пусть возвращаются через десять часов, рисковать не будем. Задача — картирование системы и видеонаблюдение. Одновременно пусть меряют и записывают все показатели, ради которых не нужно останавливаться. Когда выберемся, будет классный материал. Да, вот еще, при обнаружении чего-нибудь необычного, сильно непохожего на то, что уже видели, пусть фиксируют место на записи. Чтобы я не пропустил потом. Все понятно?

— Да, Пол.

Тут же три модуля прошуршали ножками и исчезли в темноте. Я посветил фонариком, но их и след простыл, луч выхватил только дальнюю стену зала в конце нашей пещеры и черный провал под аркой одного из двух ходов, обнаруженных роботами ранее. Каждый модуль по дороге будет оставлять ретрансляторы, чтобы не терять связь, а на обратном пути соберет их.

Я уселся поудобнее прямо на каменный пол, благо скафандр с его теплоизоляцией позволяет не задумываться о такой ерунде, и попросил Роба еще раз прокрутить видео, снятое каждым из модулей во время их короткой прогулки. Но чтобы не как в прошлый заход, а поочередно и в полный рост.

— Модуль «А», — сообщил робот и начал трансляцию. На сей раз проекция распахнулась во всю ширь и показалось, будто я сам еду по пещере, хотя на самом деле это иллюзорные стены ползли мимо меня.

Темная арка надвинулась, вспыхнула в свете прожектора и осталась за спиной. После небольшого зала, ничем не примечательного, модуль свернул налево и оказался в длинной узкой щели, стены которой целиком заиндевели и казались пушистыми от снега, а дно выглядело немного волнистым, молочно-белым. Возможно, так застыла текшая здесь когда-то вода.

Щель становилась все более узкой, мне уже показалось, модулю придется возвращаться, но вот он выскочил из нее, да так, что я охнул от увиденного и понизил скорость воспроизведения. Передо мной раскрылся огромный зал со сводчатыми стенами, уходящими в незримую высоту, и абсолютно гладким, темным полом. Словно по заказу модуль увеличил мощность прожектора и сфокусировал свет, дабы охватить панораму. Стены у основания заросли хаосом ледяных кристаллов, крупнейшие из которых были с меня толщиной, а самые тонкие едва превосходили палец. Один громоздился на другой, они выпирали друг из друга, сращивались и ветвились, некоторые были прозрачными, другие — матовыми, на верхних гранях многих наросли шапки снега, свисавшие наподобие мха или лохматившиеся как копны пушистой белой плесени.

Каждая плоскость, большая или крошечная, сверкала, когда свет отражался от нее в объектив; снег искрил и переливался разноцветными звездочками, прозрачный лед напоминал горный хрусталь, а робот мчался дальше, маневрируя среди наклоненных под разными углами колонн, любая размером не меньше нашего турболета, пронизывающих полость ото дна почти до самого верха. Подобные же штуковины, как я заметил, торчали и из высокого купола этой грандиозной пещеры.

Несколько раз модуль едва не налетал на горы ледяных глыб, вероятно, обрушившихся когда-то с потолка. Одни он огибал, другие брал штурмом, заправским пауком карабкаясь на них, ловко цепляясь и отталкиваясь множеством лапок.