Читаем без скачивания Тайна школы Блэквуд - Лоис Дункан

Кит подумала, что нужно пойти к подруге и извиниться. Но усталость буквально придавила ее к постели. Кит подняла руки и потерла глаза, чувствуя, как в голове пробуждается музыка. «Я не буду слушать, – сказала она себе. – На этот раз я не позволю ей захватить меня. Я не буду лежать и слушать».

Но, как и в тот вечер на кухне, когда мадам Дюре заставила ее пойти наверх, тело Кит отказалось подчиняться голосу разума. Она лежала на кровати и чувствовала себя зрителем на концерте, пока музыка просачивалась наружу: сначала мягко и неслышно, но с каждой секундой набирая силу и звучность.

– Сэнди! – хотела закричать Кит. – Сэнди, вернись! Помоги мне!

Но хоть горло и напрягалось, пытаясь вытолкнуть из себя звуки, музыка поглощала их без остатка. Мощь ее нарастала, у девушки не было сил бороться с ней, и она покорилась, позволив неукротимому течению мелодии подхватить себя, как упавший с дерева лист. В конце концов она уснула; Кит не заметила, как это случилось, но, открыв глаза, обнаружила, что солнце давно скрылось за верхушками деревьев.

В комнате было темно и холодно, так холодно, что она не могла пошевелиться. Точно такой же пробирающий до костей холод царил в спальне Сэнди несколько недель назад. И дело было отнюдь не в открытом окне. Холод принес с собой сырость и слабый запах, источник которого Кит не смогла определить.

Какое-то время она лежала неподвижно, но потом с огромным трудом протянула руку к прикроватной тумбочке и включила лампу. Свет брызнул во все стороны, и из темноты проступили знакомые очертания: вот шкаф, вот письменный стол, зеркало в золоченой раме, а вот и бархатный балдахин. Борясь со сном, который никак не хотел выпускать ее из своих цепких лап, Кит поднялась с постели и, пошатываясь, отправилась на поиски свитера. Сняв его с вешалки, она просунула руки в рукава и зарылась носом в воротник. Но холод без труда проникал под плотную ткань и, казалось, просачивался прямо в поры кожи.

Кит била крупная дрожь; девушка посмотрела на часы – без пятнадцати семь. Ужин внизу, наверное, в самом разгаре. Кит представила большой стол, огоньки свечей и собравшихся вокруг людей: мадам, по обыкновению величественную, но обходительную, дружелюбного профессора Фарли, обаятельного и невероятно красивого Жюля. Рут, скорее всего, тоже там. И Сэнди. «Я должна спуститься, – подумала Кит, – чтобы увидеть Сэнди. Если я не приду, она подумает, что это из-за нашей ссоры». Чем быстрее они поговорят и все прояснят, тем лучше.

Мысль о еде, впрочем, вызывала только тошноту. И все же о том, чтобы остаться в комнате, где было темно и холодно, как в могиле, и речи быть не могло. Выйдя в коридор, Кит закрыла дверь на ключ. Тут было немного теплее, но девушка все равно дрожала. В дальнем конце коридора слабо горела одна-единственная лампочка, отчего проход заполняли неверные блуждающие тени.

Кит медленно двигалась по направлению к лестнице. Зеркало над ней отразило худенькую, белую от страха девочку в свитере крупной вязки.

«Неужели это я?» – удивленно подумала Кит. Пустой взгляд, встрепанные волосы и тяжелая походка отражения на мгновение смутили ее. Пару месяцев назад полная сил Кит Горди с сияющим лицом спешила вниз по лестнице, чтобы познакомиться с новоприбывшими. Куда же она делась?..

– Я выгляжу ужасно, – с отвращением в голосе прошептала Кит. А потом, наклонив голову к плечу, краем глаза увидела человека, идущего по коридору. От ужаса она замерла на месте, занеся ногу над ступенькой, и так и стояла, будучи не в силах отвести взгляд от того, кто отражался в зеркале за ее спиной.

«Быть этого не может, – твердила она про себя. – Когда я вышла из комнаты, коридор был пуст. В таком случае он должен был выйти из комнаты вместе со мной. А это невозможно». Но мужчина стоял позади нее – так близко, что Кит должна была почувствовать на своей шее его дыхание.

Вот только она ничего не чувствовала.

И тогда, сделав глубокий вдох, Кит закрыла глаза и закричала.

Глава двенадцатая

Начав, она уже не могла остановиться. Крики обжигали горло, переходя в пронзительный визг. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Кит услышала грохот шагов на лестнице – далекий, словно и лестница, и тот, кто по ней бежал, находились в другом мире, – и голос, зовущий ее по имени. А потом сильные руки схватили ее за плечи.

– Кит! Кит, что с тобой? Что случилось? – взволнованно спросил Жюль.

– Там… – всхлипнула Кит. – Сзади…

– Сзади тебя никого нет.

Кит открыла глаза и уставилась на его совершенное лицо и темные глаза, горящие неподдельной тревогой. В них не осталось и следа той злости, что охватила Жюля в день, когда он слушал малоизвестную запись Шуберта. Неловкость, установившаяся между ними после того разговора, тоже ушла.

«Ему не все равно, – подумала Кит, и от этой мысли охвативший ее ужас ослабил хватку. – Ему не все равно, что со мной».

– Там кто-то был, – запинаясь, сказала она. – Мужчина. Он подошел ко мне сзади. Я видела его отражение в зеркале.

– Но в Блэквуде нет других мужчин, кроме меня и профессора Фарли.

– Он был здесь! – Кит снова сорвалась на крик.

– Тише, тише, все в порядке, – Жюль притянул ее к себе так, что Кит зарылась лицом в его рубашку, и осторожно погладил по волосам. – Ты, наверное, испугалась тени. Или своего собственного отражения.

– Тут был мужчина! – сердито воскликнула Кит, но теплое плечо Жюля заглушило ее слова. Откуда-то издалека донеслись чужие голоса; девушка поняла, что к ним спешат остальные обитатели Блэквуда. Скоро они будут здесь, начнут успокаивающе похлопывать ее по спине и убеждать, что у нее всего лишь разыгралось воображение.

Кит уперлась руками в грудь Жюля и отодвинулась так, чтобы видеть его лицо.

– Пожалуйста, послушай меня, – настойчиво произнесла она. После случившегося у нее уже не было сил обращаться к нему на «вы». – Ты должен мне поверить.

– Кэтрин! – окликнула ее мадам Дюре. – Что случилось?

– Кит, с тобой все в порядке?

– Это ты кричала?

– Ты цела?

Профессор Фарли, Рут и Сэнди обступили Кит со всех сторон. Сэнди сжала ее руку, молча давая понять, что ссора забыта. Даже если остальные не поверят ее словам, то на Сэнди она может положиться.

– Кит показалось, что она увидела кого-то в зеркале. И она испугалась, – Жюль заговорил прежде, чем она успела открыть рот.

– Кого-то?

– Мужчину. Я увидела в зеркале мужчину, – Кит отчаянно пыталась унять дрожь в голосе. – И мне не показалось. Он был тут, стоял позади меня.

– Как он выглядел? – спросил профессор Фарли, внимательно глядя на девушку.

– Не… не знаю… – запинаясь, ответила Кит. – В коридоре так темно, что я не смогла его рассмотреть. И мое отражение частично его заслоняло. Но он точно был здесь!

– И куда же он делся? – как ни в чем не бывало спросила мадам Дюре и обвела рукой пустой коридор жилого крыла. – Если бы здесь и в самом деле кто-то был, прятаться ему, как видишь, негде. А попытайся он пробежать мимо тебя, то непременно бы столкнулся с нами.

– Он мог зайти в чью-нибудь комнату, – робко предположила Сэнди; она все еще держала Кит за руку. – Наши с Кит комнаты в конце коридора, что, если он спрятался там?

– Но вы ведь закрываете двери, когда уходите? – спросила Рут. Беспокойство в ее голосе уступило место любопытству.

– Да, но…

По лицу Рут было видно, что ей на ум тоже пришла история с украденным портретом. Тогда закрытая дверь вора не остановила. «Она что-то знает, – подумала Кит. – Рут как-то оказалась на шаг впереди нас».

– Ну, есть только один способ это проверить, – проговорил профессор Фарли. – Дайте мне ваши ключи, девочки, и мы с Жюлем осмотрим комнаты. Если в дом пробрался посторонний, мы должны его найти.

Сэнди с Кит одновременно протянули ключи старому математику и молча наблюдали за тем, как мужчины заглядывают в комнаты. Осмотр не отнял у них много времени.

– Пусто, – сказал профессор Фарли. – В шкафах и под кроватями тоже никого. Боюсь, человек в зеркале тебе все-таки привиделся. Наверное, всему виной плохое освещение. А зеркала иногда играют с нами странные шутки.

– Но я видела его! – воскликнула Кит. А потом добавила с долей сомнения: – Он казался таким реальным.

– Как моя Эллис? – тихо произнесла Сэнди.

– Нет, – ответила Кит. – Я ведь не спала.

– Уверена?

– Конечно, уверена! Я же стояла на лестнице!

– Думаю, нам всем лучше вернуться в столовую, – твердо произнесла мадам Дюре. Тон ее голоса, вежливый, но не терпящий возражений, должен был подсказать остальным, что произошедшее на лестнице не стоит дальнейших обсуждений. – Профессор прав, в коридоре ужасное освещение. Завтра я снова позвоню электрикам, и если из Блэквуда опять откажутся приехать, обращусь в Миддлтон. Вернемся к столу, пока все не остыло. Тебе уже лучше, Кэтрин?