не поверит, а потом может быть уже поздно. Остается Фразин — бесстыжий бабник.
Нажав кнопку вызова, стала ждать соединения.
— Привет. Ты можешь говорить? Да, очень серьезный разговор. Только без шуточек твоих, ладно? Я знаю, что Елена Громову в кофе что-то подмешивает. Что значит, какая Елена? Секретарша его, Илья не тупи. Не выспался, что ли? Тебя мамзель с томным голосом замучила? Не отвлекайся, об этом я с тобой завтра поговорю, хочу в глаза твои бесстыжие смотреть, когда ты выкручиваться начнешь профессионально. О, Фразин, ты же прирожденный лжец, тебя профессия обязывает. Илья, Громова травят, ты слышал о чем я тебе говорю? Не скажу откуда знаю, это секрет. Знаю и все. Хорошо, я буду завтра с утра у него, а ты я прошу не опаздывай. Одна отдуваться не собираюсь, я его и так боюсь, а то будешь всю жизнь мне на краску для волос зарабатывать, если поседею. Это не шуточки и не бабские штучки. Хорошо, до завтра.
Осушив бокал с вином, с чувством выполненного долга пошла распаковывать подарки. Дядя подарил сумку из бежевой кожи с золотым логотипом известного бренда. Женька — мужчина преподнес красивый шелковый шарф сочетание персиковых и бежевых оттенков под цвет сумки, просто идеально.
А перед сном, ворочаясь уже в своей постели, повторился марафон «спаси шефа и засни уже наконец-то». И, естественно, после бессонной ночи утро понедельника было «бодрым и радостным».
Легкий мандраж не давал дышать свободно. Машину вела сегодня медленнее обычного — мысли путались.
Держась крепко за руль, уже второй раз повторяла свою заученную речь, но она мне совершенно не нравилась, она была «сшита белыми нитками».
Глава 14
Кирилл
От папки с документами отвлек, ворвавшийся в салон шум улицы и холодный ветер. Через открывшуюся на ходу дверь, в салон запрыгнул какой-то пацан, одетый во все черное: то ли гот, то ли панк.
Среагировал быстро, чисто на рефлексах, пару движений и мой ПМ,* которым пользоваться по закону РФ не имею права, уперся незнакомцу в печень. Посмотрев в глаза гостю, был изрядно удивлен, страха во взгляде я не обнаружил, его там просто не было.
— Убери железяку, поговорить надо, — скучающе проговорил парень.
— Кто прислал? — прорычал я, плотнее прижимая дуло пистолета к худому телу.
— Людишки, какие же вы нервные, как же тяжко с вами, — спокойно ответил пацан, расслаблено развалившись на сидении. — Оружие говорю, убери.
— Слушай меня, салага, быстро в двух предложениях отвечаешь на поставленные вопросы. Кто прислал и что надо? А то пристрелю тебя прямо в машине. Отвезу в лесок и прикопаю по-тихому.
— Убить меня ты не сможешь, а значит и прикопать тоже не получится, — нагло нарывался малый.
— Бессмертный? — хмыкнул я.
Просто безбашенная пошла молодежь, я ему дуло к печени приставил, а он мне маскарад устраивает.
— Нет, из плоти и крови — вполне смертный. Просто твердо уверен, что не выстрелишь.
— Смешно, кто прислал?
— Да никто не присылал, сам я. Дурак ты, Иваныч.
Я ткнул дулом под ребра, схватив пацана за шею.
— Надоел ты мне, что хотел сказать, говори и выметайся. Стоп, как ты заблокированную дверь на ходу открыл?
— А вот это уже правильный вопрос, Кирилл Аркадьевич. С зазнобой твоей помочь хочу, чтобы у вас все срослось по-быстрому. Фортовый козырь в рукав тебе организую. Еще благодарить будешь.
Я вытаращил глаза, с губ слетело:
— Да, ну на хер. Откуда знаешь?
— Ты ствол убери, поговорим спокойно.
Откинувшись на сидение, положил руку с пистолетом на колено. Поворачиваясь корпусом к незваному гостю, приготовился слушать пацана, свалившегося непонятно откуда.
— Дело хочу сделать хорошее. Я тебя давно приметил и вот сегодня все же решился. Ну влетит мне, что в первый раз что ль. Мысли своей Арсеньевой читать хочешь? Узнать, что она думает о тебе, что чувствует? Да не смотри на меня так, я на полном серьезе! Не развод это! И да, я вменяемый!
— Обкурился, или на колесах?
— Ясно. Банальное неверие… уже проходили. Ты задавался вопросом, как я в машину забрался с заблокированными дверями? Вот скажи мне, как я это сделал? На полном ходу. Почему твой водитель ничего не предпринимает? Сидит, молчит, везет, — не унимался парень. — Эй, мужик, тормози! — заорал он, хлопая ладонью по спинке водительского кресла. — Вот видишь, ноль эмоций.
Хлопнул по плечу Бориса, он на меня вообще не среагировал: «Что за херня?».
— Давай, врубайся уже скорей, это все по-настоящему. Я же вижу, маешься ты, Иваныч, аж яйца пухнут.
— Бессмертный, за базаром следи.
— Да не горячись, я же шучу, — поднял парень руки в защитном жесте.
Смотрю на клоуна, у которого по ходу врожденный актерский талант и чувствую, тут явно попахивает разводом. Этот гаденыш каскадера нанял, скорее всего и камеры в салоне понатыкал.
Сизый, ты покойник, убью гада.
— Боря, я от тебя такой подставы не ожидал, как тебя уговорили на этот лохотрон? — обратился я к водителю, который натурально изображал биоробота.
Ноль эмоций, Станиславский отдыхает. Какие актерские таланты пропадают зря, уволю к чертям, не посмотрю, что так давно работает у меня.
— Слышь, кончай. Боря, уволю мать ее, — зло пробасил на весь салон автомобиля.
А этот придурок сидит вразвалочку, смотрит на меня и ржет.
— Цифру загадай, любую. Четыре, сто тридцать восемь, девятьсот семьдесят пять. Ну что, знакомство состоялось к радости обеих сторон? Меня, кстати, Славик зовут.
Уверен, смотрел я сейчас на пацана пришибленным взглядом. Кому расскажешь, не поверят.
— Вот, так бы сразу. А то не верю, не верю, каскадер, камеры. Ну что, давай по существу? Будешь читать мысли своей девчули на близком расстоянии. Не обессудь, что освоил, тем и помогаю. Тебя уже клонит в сон. Проснешься в тот момент, когда водила доставит до места назначения. Спи, и не надо благодарности, покеда.
Гипнотический голос говорил в моей голове. В глазах появилась пелена и постепенно начало путаться сознание. Закрыв глаза, стал проваливаться в цветную воронку. Всеми силами пытался остаться в сознании, но цветная бездна, в которую меня засасывало не дала ни малейшего шанса. На границе сознания я отключился.
— Кирилл Аркадьевич, приехали, — услышал я сквозь сон.
«Я что, заснул по дороге? Когда такое было? — первые вопросы пришедшие в голову, принесли тупую боль в висках. Воспоминания ворвались в вялое сознание. — Какой-то пацан по имени Славик сказал, что я буду читать мысли Арсеньевой. Ладно, вот сегодня и проверим, — закрывая глаза, потер переносицу. Доставая из кармана пальто коммуникатор, посмотрел на экран, — Фразин с утра
