Читаем без скачивания Отдел 15-К - Андрей Васильев

— Не знаю — пожал плечами Герман — Архивы надо копать. Но одно скажу точно — их не на ту сторону увели. Цыганят ни один призрак манить за собой не будет, это исключено. Да и о нечисти такой я не слыхал — кукловод.

— Так может пропавшая девочка не цыганка была? — предположил Колька — Они детей воруют — только в путь, может, девчушка по крови русская была, или украинка?

— Это неважно — Герман потер бритый затылок рукой — Она под защитой табора, а с ним ни один призрак связываться не станет.

— Ну да, ну да — согласился с ним Ровнин — Но что за кукловод? Простите, как вас величать?

— Свищ я — с достоинством ответил жулик.

— Скажите, Свищ, он точно сказал 'кукловоду'? — уточнил Ровнин — Может, какое другое слово было?

— Не — не — Свищ замахал руками — Все точно, у меня слух — мама не горюй.

— Интересно — Ровнин побарабанил пальцами по столу — Ну что, резюмирую. Герман, Коля — вам ехать к 'Трем Вокзалам', Вика — в архивы, ищи все, что связано с теми веселыми местами. Внимательно, вдумчиво, последовательно. Особенно обращай внимание на инциденты с уличными артистами и пропажей детей. Я так думаю, что если это наши клиенты, то они не в первый раз шалят, просто мы не в курсе. Да, Герман, с Титом Титычем поговори, может он что слышал. Свищ, вы там моим людям зеленый коридор обеспечьте.

— О чем речь, начальник? — Свищ ухмыльнулся — Все будет как надо, только вы разберитесь в чем дело, это ведь не шутки. Не то, чтобы малых очень уж жалко было, хотя и не без этого, но потихоньку гнилые слухи поползли. Где слухи — там паника, торгаши начинают дрожать, доход падает. Доход упадет — доля в общак уменьшится, а там и до сходняка рукой подать.

— Ну, ваши доходы нам мало интересны — недипломатично заметил Ровнин — А вот сама ситуация… Герман, будь осторожен пожалуйста, не лезь напролом. Я так думаю, что это звоночек из очень давнего прошлого. Вика, ты еще здесь?

— Да, Олег Георгиевич — откликнулась девушка.

— А почему ты еще здесь? — Ровнин нахмурился.

— Ушла — немного обиженно фыркнула Вика, выходя из кабинета.

Колька с Германом переглянулись и тоже пошли к выходу. Свищ же остался на стуле, похоже, что его миссия еще не была закончена.

— Гер, слушай, дай я лапшу съем — взмолился Колька — С утра не жрамши.

— Ешь — флегматично ответил оперативник — Мне все равно с Титычем говорить, а он быстро не ответит, не та у него натура.

— Это да — хихикнул Колька

- 'Было это при Александре — Освободителе, Герочка' — дребезжащим голосом произнес Герман, невероятно точно копируя призрака — 'Я‑то тогда только — только первый классный чин получил'.

Колька чуть не согнулся от смеха, а потому не сразу услышал обиженный голос Титыча -

— И вовсе не при Александре — Освободителе я первый классный чин получил. При Николае Александровиче мне его присвоили!

И высказавшись, призрак обиженно ушел в стену.

— Н — да, нехорошо получилось — потер лоб Герман — Некрасиво. Теперь он нескоро появится, я его знаю.

Колька решил не тянуть с едой, но на столе корытца с лапшой не оказалось. Вместо него там лежал десяток сушек и конфета с неизвестным Кольке названием 'Озеро Рица'. Он такой даже и не видел никогда, да и об озере таком не слыхал.

— Аникушка, а где? — юноша развел руками, не понимая, кто спер его обед.

— Домовой сказал, что такой дрянью даже анчуток не кормят, а уж человекам и вовсе эдакую отраву есть ни к чему. Вон, сушки ешь и конфету — высунулся из стены Тит Титыч. После он помолчал и добавил — Как не стыдно над пожилым человеком смеяться! Эх, Николенька….

И скрылся в стене.

— Титыч, ну мы же не со зла! — заорал Колька, но это явно не возымело результата.

— Давай, одевайся — подошел к нему Герман — Отойдет старик через пару дней, поверь. Сейчас все одно ты его уже не дозовешься, обиделся он.

— И харч пропал — развернул конфету Колька — Вот ведь борец за здоровую еду, а?

— Аникушка‑то? — Герман засмеялся — Этот может. А ну, дай половину конфеты старшему товарищу!

Свищ с оперативниками не поехал, его по соседству во дворе ждал черный 'БМВ'. Ради правды, это не слишком опечалило оперативников, они пристроились в хвост к машине урки, и двигались за ней.

— Слушай, а что такое с цыганами, что их даже призраки боятся? — спросил у Германа Колька, этот вопрос его очень заинтересовал — Они слова какие знают специальные, или еще что?

— И слова знают, и многое могут — кивнул Герман — Цыгане непростой народ, они свои знания сохранили. Мы вот их растеряли за века, а они — нет. Потому их некоторая нечисть и нежить, особенно из старых, стороной обходит, знает, что цыгане и слова верные помнят, да и за горло взять, если что, могут. А здесь — они собрались и ушли. Значит там что‑то особенное, что‑то такое, с чем им не справится. И это — плохо.

— Что‑то очень опасное? — уточнил Колька.

— Кто его знает — уклончиво ответил Герман — Пока еще неясно. Как поймем с чем имеем дело, так и разберемся, насколько оно опасно. Пока мы знаем только то, что там завелась некая погань, которая пока таскает только детей, а потому запросто может оказаться, что для взрослых людей она не представляет угрозы. Или, например, она может справиться только с детьми. Или что только дети её и видят. Так что — давай сначала до места доедем.

Площадь трех вокзалов как всегда была многолюдна и шумна.

— Нет, благоустроили ее, конечно, хорошо — Герман огляделся вокруг, одобрительно щурясь — Не то что раньше, когда тут хаотично палатки стояли.

— А денег сколько в это вбухали — присоединился к оперативникам Свищ.

— Так это дело бюджетное вроде? — удивился Герман — Вы то здесь с какого бока?

— Видел бы ты первоначальные варианты застройки — хмыкнул жулик — Вот и выходит — туда дай, туда тоже дай…. Ладно, не суть.

— Свищ, нам бы с народом поговорить — Герман надел перчатки, с неба снова начала падать мелкая снежная труха — Кто что видел, кто что знает…

— Само собой — кивнул урка — Сейчас с вами вон, Копыто пойдет, после еще один пацанчик от меня подскочит, из стремящихся, очень шустрый, всех здесь знает. Если что, то погремуха у него — 'Карась'.

— Дело — кивнул Герман и спросил у здоровяка, который был за рулем машины Свища, того самого Копыта — Куда идти?

— Шаурма — повел носом Колька — Мужики, пять минут, а? Я с утра не жрамши!

— Э, молодой, за словами следи — нахмурился Свищ — Нашел мужика. И вот еще — ты что, у Рафика в палатке еду покупать надумал? Ты себе враг?

— А чего? — не понял Колька — Шаурма как шаурма.

— Копыто, веди их в запасники — Свищ не стал ничего объяснять парню, только головой покачал, видимо поражаясь наивности и неразборчивости работников внутренних органов.

Колька до этой прогулки даже не представлял, какая на самом деле большая территория может быть у вокзала. Все перроны и здания — это лишь малая толика того, что видят пассажиры. Помимо этого, есть еще какие‑то ангары, переходы, отстойники, пути, которые давно никуда не ведут. И везде есть жизнь — работники, бомжи, просто странный вокзальный люд, который вроде как в пути, но стоит на месте.

Впрочем, разговоры с большинством из них ничего не дали — контингент на задворках вокзалов, увы, был соответствующий, в основном из людей, которые и в жизни ушли на второй, а то и на третий план бытия. Речь их была не слишком связной, мысли как у Буратино — коротенькие — коротенькие, памяти не было вовсе, а уж как они благоухали…

— Как в домино — печально отметил Герман, пообщавшись с очередным бомжом, который так и не взял в толк, что от него хотели — Пусто — пусто.

— Так не с теми говорите — засмеялся кто‑то у оперативников за спиной.

Обернувшись, они увидели невысокого паренька в короткой кожаной куртке, черноволосого и с невероятно ехидной физиономией.

— О, Карась — пробасил Копыто, которому явно опостылело мотаться под усиливающимся снегопадом — Все, теперь твоя очередь. Адья, пацаны.

— Молодой, держи подгон — Карась протянул Кольке сверток — Кинь бациллу на кишку.

— А мне? — возмутился Герман.

— Не — не, речь только вот об этом кадете шла. Что мне Свищ сказал — то я и сделал — открестился Карась — Извини, братуха.

— Оставишь — приказал Герман Кольке, который рыча вцепился зубами в ароматную теплую шаурму — Или я тебя здесь и прикопаю.

— Сурово у вас — отметил Карась.

— А то — Герман стряхнул с плеч снег — Ладно, это все лирика. Так где искать надо? Ты там что‑то сказал, я все верно услышал?

— Верно — кивнул Карась — Когда Свищ уже к вам уехал, мне одна сорока на хвосте весточку принесла, что есть шкет, который что‑то видел.

- 'Что‑то' — что?

— А не знаю — Карась развел руками — Еще не говорил с ним. Ну, пошли?

— Само собой — Герман ловко вырвал остатки шаурмы из рук Кольки — Дай сюда. И куда в тебя только лезет?