занесенные песком города, о которых известно только то, что они где-то есть. Не более.
– Интересно. Весьма, – растерянно пробурчал Хуан.
– Увы, друг мой, я не историк и не археолог, так что ничего особо важного сказать не могу, но я видел механизмы, которые находились в рабочем состоянии спустя сотни лет после своего создания. И именно это повергло меня в удивление.
– Признаться, вы меня удивили, – протянул Хуан. – А для чего были предназначены эти механизмы?
– Могу только догадываться, – пожал Сашка плечами, намеренно уводя мысли собеседника от своих познаний в механике. – Скорее всего, таким образом те люди пытались сохранить свои тайны. Какие именно, даже не спрашивайте. Не представлю. Возможно, это было что-то религиозное. А может быть, какие-то сокровенные знания, которые они хотели укрыть от остального мира. К сожалению, повторюсь еще раз, я могу только гадать.
– Понимаю, – задумчиво кивнул испанец.
– А как получилось, сеньор Хуан, что вы и ваши люди оказались на борту торгового барка? – сменил Сашка тему.
– О, тут все очень даже просто, – грустно усмехнулся испанец. – Приказ моего командования, и вот я уже на борту корабля. Потом еще один приказ, и я снова в море. А потом, уже без приказа, я тупо ворочаю весло галеры. Увы, друг мой. Игра случая.
– Что ж. В таком случае, думаю, мое предложение об ускорении вашего воскрешения придется весьма кстати, – кивнул Сашка, моментально сообразив, что Хуан тоже не намерен вдаваться в подробности своего пленения. – Раз уж вы сказали, что выполняли приказ, значит, вы служили в армии. Я ни в коем случае не выпытываю у вас подробностей, но считаю, что ваше возвращение в метрополию просто необходимо. Ведь там вас считают или погибшим, или, чего хуже, дезертиром. И в том, и в другом случае поторопить события будет весьма правильно.
– Вы, безусловно, правы, друг мой, – истово закивал испанец.
После слова «дезертир» его просто перекосило.
– Что ж. Завтра с утра мы с вами займемся вашей проблемой, – решительно кивнул Сашка. – А теперь прошу меня извинить. Я должен заняться решением еще одной проблемы.
– Вы об остальных освобожденных? – понимающе уточнил Хуан.
– Именно, – устало вздохнул Сашка. – Я и представить себе не мог, что с освобождением рабов получу сразу столько проблем. И ладно бы, если б все свелось только к первоначальному обеспечению их всем необходимым. Я теперь вынужден решать их дальнейшие судьбы. Чего я, поверьте, совсем не хотел.
– Все так плохо? – удивился испанец.
– Беда в том, что всем этим людям больше некуда возвращаться. Пираты, нападая, стараются после захвата рабов уничтожить за собой все, до чего только могут дотянуться. Логика их проста. Любой пожар опаснее самого нападения, и те, кому посчастливилось избежать рабства, вынуждены спасать свои дома, а не устраивать преследование. Эту тактику бандиты применяют везде. И здесь, и на Кавказе. Потому их и уничтожают без всякой жалости, словно бешеных крыс. Так что теперь мне предстоит решить, к какому делу пристроить всех этих несчастных. Впрочем, я очень надеюсь, что часть из них все-таки решит отправиться к родным очагам.
– Вам не нужны здесь свои люди? – не понял испанец.
– Увы, друг мой, но это не мои люди. Даже после спасения, – грустно усмехнулся Сашка.
– Не понимаю, – качнул Хуан головой, поднимаясь.
– Это долго объяснять, и без знания внутренних законов империи еще труднее понять, – напустил Сашка туману, торопясь свернуть разговор.
Они вышли во двор, и испанец, коротко поклонившись, отправился на конюшню. Его очень заинтересовали кони, которых вывели на Дону казаки. Проводив его взглядом, Сашка двинулся в сторону временного лагеря, который по его просьбе устроили казаки за территорией подворья. Размещать почти шесть десятков освобожденных рабов было просто негде. Врач посещал этот лагерь регулярно. Крестьяне обеспечивали их продуктами, но готовили они себе сами.
Само собой, оплачивал все это Сашка, так что побыстрее пристроить этих людей к делу ему было просто жизненно необходимо. Как известно, безделье порождает дурную энергию. Войдя в лагерь, Сашка прошел к импровизированной летней кухне, где увлеченно кашеварили пятеро бывших рабов, и, поздоровавшись, велел собрать сюда остальных. Мужики быстро пробежали по лагерю, и очень скоро все пятьдесят три человека стояли вокруг кухни.
Сдвинув лавку, Сашка поднялся на нее и, оглядев собравшихся, негромко сказал:
– В общем, так, мужики. Я что мог, для вас сделал. Теперь пришла пора вам самим решить, что делать дальше. Кто желает, может вечером подойти ко мне, и я выдам денег на дорогу до дома. Бумаги полицмейстер обещал на днях всем оформить, так что доедете без особых проблем. Кто не хочет или кому некуда ехать, думайте, как быть. Тут я вам не советчик. Каждый сам свою судьбу выбирает.
– Ваша милость, а туточки остаться никак нельзя? – послышался робкий вопрос из толпы.
– Ну, это смотря чем заниматься собираешься, – растерянно почесал Сашка в затылке. – Если кто хочет на землю сесть, это можно. Кто желает рыбным промыслом заняться, тоже. А ежели кто какой технической профессией владеет, тем более хорошо. Крестьян и рыбаков сведу со старостами деревень и прикажу им выделить надел и место под постройку дома. Возможно, там и пустая изба найдется. В общем, придумаем чего-нибудь. Это все. Завтра жду от вас ваших решений. Кстати, мой управляющий всех переписал?
– Точно так, ваша милость. Все как есть выспросил и на бумажку записал, – дружно загудели бывшие галерники.
– Вот и ладно. Значит, никого не забудем и не потеряем, – усмехнулся Сашка, спрыгивая с лавки.
– Ваша милость, – протолкался к нему невысокий, но, что называется, поперек себя шире мужик, заросший густющей бородой до самого пояса. – Дозвольте спросить.
– Спрашивай, – кивнул Сашка, жестом указывая ему в сторону.
Они отошли от сбившихся в кучу мужиков, принявшихся обсуждать услышанное, и мужик, вздохнув, негромко сказал:
– Ваша милость, некуда мне идти. Да и землю пахать я не умею. Дозвольте вам служить.
– Погоди. А чем же ты до галеры на жизнь зарабатывал? – не понял Сашка.
– Товары всякие в обход таможни возил, – махнув рукой, честно признался мужик. – Охотником был, а когда не сезон, через границу бегал. Так и жил.
– То-то я смотрю, с виду варнак варнаком, – не удержался Сашка. – А чего со мной-то решил? Я вроде такими делами не занимаюсь.
– Видел я, как вы турок клали, – криво усмехнулся мужик. – С таким стрелком, как вы, связываться, самому себе смерти искать. И винтовочка у вас знатная. Я о такой только слышал. А что рядом с вами остаться решил, так от добра добра не ищут. Вон, один раз уже добегался через границу. Второй раз
