так и есть. Весна – горячая свадебная пора. Я, не смотря на проблемы в личной жизни, даже подумать об отдыхе не могу.
А он мне необходим, словно допинг спортсмену. Без него я не добегу до финиша.
Горло перехватывает, и я задыхаюсь. Хочу прокашляться, не получается. Шею сдавливает невидимое огненное кольцо. Царапаю пальцами кожу, попутно оттягивая горловину блузки.
– Что же вы, Стефания Олеговна, присаживайтесь.
Марина складывает ногу на ногу и постукивает ноготком с французским маникюром по матовой стеклянной столешнице. Ее приподнятая левая бровь бросает мне вызов.
Я откатываю кожаное кресло от стола, сажусь, провожу рукой по подлокотнику и, цокнув языком, спрашиваю:
– Что вас привело ко мне?
– Очень своевременный вопрос. – Марина толкает локтем подругу, противно причмокивающую губами. – Скажи ей.
– Эм, – Эльвира, она же ведьма в моем воображении нервно вздрагивает. – Ах, да! Я тут каталась по городу, искала себе новые сапоги. И на светофоре остановилась около оперного театра. Из него как раз выходили молодожены. И я подумала, а почему бы моей любимой, драгоценной подруге, тоже не выйти замуж в этом замечательном месте.
– Да! Это же будет так бомбически! Только представьте, Стефания Олеговна, свадьба в стиле Призрак оперы. Все в масках, соответствующих нарядах. А я в платье с перьями!
Курица, проговариваю про себя, а им дарю скромную улыбку. Внутри пожар, вот–вот извергнется вулкан.
Выйдя замуж за Диму, я боялась именно таких людей, как Нечаева. Им плевать на тех, кто зарабатывает меньше миллиона в месяц, кто не ездит на Мальдивы каждые две недели. Их волнует лишь статус и толщина кошелька. И пластические операции. Без них никуда.
Но Дима убедил меня отбросить страхи. На всех светских вечеринках, не подпускал ко мне никого, кого бы не знал лично. Через какое–то время я втянулась, обрела знакомых. А подобных Марине, держала на незримой дистанции.
И, кажется, они это чувствовали. Никто не третировал меня разговорами и не пытался сблизиться со мной.
– Так что думаете? Вы у нас профессионал. – Марина меняет положение ног, но подбородок по–прежнему вздернут выше некуда.
– А ваш жених не будет против? – смотрю на ту, которая рыдала на плече моего мужа.
– С чего вдруг? Он примет любое мое решение. – Чересчур быстро отвечает она.
– Хорошо, я свяжусь с администрацией театра и обо всем узнаю. Проблем быть не должно.
– Я надеюсь. Очень. – Хлопает пушистыми ресницами Марина. – Буду ждать звонка.
– Разумеется.
Она встает, втягивает живот. Эля проделывает то же самое. Я не двигаюсь. Смотрю на них и размышляю о взаимосвязи с Димой. Искусственные насквозь. Бессердечные и эгоистичные. Ему нравятся? Не верю.
Не верю ни капли.
До меня он встречался с преподавателем университета, а за три года до нее с дизайнером. У них образование, знания, опыт. Они могли поделиться всем этим и поддержать любой разговор. А Марина и Эля что? Безмозглые прожигательницы жизни.
Не верю и точка.
Дима никогда бы не заинтересовался ими. Когда мы познакомились, первое, о чем он спросил на кого я учусь. Ему стало любопытно, кто сидит перед ним в машине. Мы разговорились и, подъехав к подножию ВУЗа, он сказал: «из тебя выйдет отличный управленец, если научишься ходить на каблуках и запомнишь правила дорожного движения ».
– Всего доброго.
Нечаева уже одета и на полпути к выходу. Время бежит неумолимо или я теряюсь в нем?
Эля неторопливо чеканит шаг, выводя бедрами знак бесконечности. Перед дверью она оборачивается и ехидно улыбается мне. Я разминаю губы и кидаю ей вслед первое, что попадается под руку – беспроводную мышку.
Конечно же, ни в чем неповинному устройству конец. Просто вдребезги. Катя и Лена перегибаются через свои столы и с круглыми глазами, глядят, не моргая.
Я кручусь в кресле и демонстрирую им свой затылок. В уютном одиночестве часто дышу. По–собачьи. Мне необходимо несколько минут для снижения сердцебиения. Но в итоге, на целых полчаса выпадаю из реальности…
***
К вечеру у меня прибавляется энергии, и я бронирую бригаду грузчиков для перевозки своих вещей, заполняю заявление на развод. Приставляю телефон с сообщением Димы в качестве отправной точки к монитору компьютера и время от времени гляжу на слова, которые ранят до глубины души.
«Заявление на развод? Думаешь, я напишу его? Никогда. Ты моя»
Готово! Отправляю электронный вариант Евгении и почти сразу получаю от нее ответ: принято.
Подняв глаза над монитором, ахаю. Уже девять часов. Понимаю, что в агентстве только я и Влад, скучающий на диване с журналом «Современная невеста».
– Девчонки уже ушли?
– О, вы наконец–то прервали связь с космосом? – отбрасывает журнал, и тот плашмя прилипает к журнальному столику в форме куба.
– Влад. – Склоняю голову к левому плечу и вздыхаю.
– Извините. Вырвалось.
– Да я не об этом, – придвигаюсь к столу, подпираю щеки руками. – Я так устала…
– Тогда едем домой. По дороге закажем еды, я закроюсь в комнате, а вы посмотрите какую–нибудь комедию в онлайн–кинотеатре.
– Звучит заманчиво.
Только мы опять о разном говорим и мыслим. За последние дни я почти всю себя растеряла. Растратила непонятно на что. И понятия не имею, где искать свою прежнюю версию. К новой привыкать не хочу.
Хочу быть веселой, влюбленной, окрыленной.
Хочу обустраивать дом, придумывать блюда на ужин, с воодушевлением организовывать мероприятия и фантазировать об отпуске, где–нибудь в Барселоне.
Мне всего этого не хватает. Димы не хватает!
– Ваша шуба. – Влад прямо передо мной.
Я выключаю компьютер, кладу телефон в сумку и встаю.
– Девчонки убежали, даже не попрощавшись?
– Ну–у–у, – парень с наружностью викинга приглаживает мех на моих плечах после того, как я в него облачаюсь. – Вообще–то, они к вам дважды заглядывали. Первый раз, вы общались с кем–то из театра, а второй, смотрели в одну точку и ни на что не реагировали.
Встряхиваю плечами, поворачиваюсь к Владу и долго смотрю в его немного прищуренные глаза. Они от природы такие. Будто всегда хранят удивительную тайну.
– Мне срочно нужно посмотреть комедию.
Викинг улыбается, оголяя острые клыки.
– Я же говорю, самое то, чтобы избавиться от депрессии.
Я шагаю прочь из кабинета, а через десять минут, «Порше» под управлением Влада отъезжает от здания, возле которого горит самый яркий фонарь на всей улице.
***
Вместо комедии, я нахожу мелодраму из девяностых и, устроившись, полулежа на диване, жую сырные чипсы.
Под их хруст, отлично щелкаю воспоминания о визите Марины и Эли. И заглушаю раздумья о нескольких звонках свекрови.
Наверняка она хотела назначить мне очередную встречу или посетовать, какая я змеюка, решила
