С полнолуния прошло всего несколько дней, так что не было никаких шансов, что это оборотень потерял контроль. Любая подобная волчья энергия уже была бы истрачена. И также, независимо от того, насколько спокойно итальянские власти относились к оборотням, ему не нужно было заглядывать в путеводитель, чтобы знать, что обычно они не разрешают сверхам вести себя устрашающе в центре Рима. В любом случае, последнее, что Деверо позволил бы себе сделать — это выглядеть испуганным. С оборотнями он мог справиться.
Деверо засунул руки в карманы и сделал вид, что идёт небрежной походкой. «Ну давай же. Атакуй меня, если посмеешь». Он немного замедлил шаг, чтобы побудить того, кто был где-то поблизости, приблизиться. Если действительно намечалась какая-то схватка, он хотел, чтобы всё произошло быстро. Он слишком голоден, чтобы долго здесь торчать.
Ещё один пронзительный вой разорвал ночной воздух. Интересно, однако, что он принадлежал другому волку. Значит, их было больше, чем один. Деверо слегка приподнял голову, пытаясь определить по запаху, со сколькими оборотнями ему придётся иметь дело. Его ноздри раздулись, когда он уловил несколько безошибочно узнаваемых следов. Не одного оборотня. И не двух тоже. Трудно было сказать точно, но он полагал, что поблизости притаилась добрая дюжина мохнатых монстров. В этом было что-то странно ободряющее. Он терпеть не мог, когда люди недооценивали его. Это приятный сюрприз — для разнообразия к нему отнеслись серьёзно, даже если это были совершенно незнакомые люди, которые, казалось, недовольны его присутствием.
Деверо перешёл на другую сторону улицы и прошёл под красно-белым полосатым навесом. Как только он вышел из-под него, он заметил какое-то движение справа от себя. «Ну привет». Затем где-то слева от него заплясала тень. На самом деле, даже несколько теней. Он огляделся. Узкая тихая улочка, на которой не было ни пешеходов, ни проезжающих машин. Эти оборотни тщательно выбирали своё место. Деверо кивнул сам себе и вышел на середину дороги. Он широко раскинул руки и развернулся на 360 градусов. Теперь он будет ждать.
Долго ждать не потребовалось.
Два волка появились на крышах слева от него. Три такие же лохматые головы появились на крышах справа от него. Он оглянулся через плечо и заметил пятерых оборотней, стоящих в ряд по всей ширине дороги, затем снова посмотрел перед собой. Впереди, на уровне земли, их было четверо.
Оборотни начали приближаться. Их головы и плечи были низко опущены, но не в знак покорности, а в полном режиме преследования. За считанные секунды они окружили его, затруднив побег, но не сделав его невозможным. Несмотря на численное превосходство, Деверо не собирался бежать. Он хотел точно знать, почему его итальянские коллеги решили сделать из него врага, и только потом решать, что делать дальше.
Он оставался на месте, пока они подходили всё ближе и ближе, наблюдал, как их дыхание клубится в холодном воздухе. Ни один из приближающихся оборотней не отводил от него глаз ни на мгновение. По меньшей мере половина из них поджали губы, обнажив зубы, и он мог видеть, как у некоторых из них шерсть на загривках встала дыбом.
Деверо поправил манжеты и улыбнулся.
— Добрый вечер, леди и джентльмены.
Единственным ответом, который он получил, было несколько приглушённых рычаний. Затем, однако, он услышал шум приближающейся машины. Никто из оборотней не отреагировал на шум, что указывало на то, что этого ожидали. Деверо почувствовал короткий укол знакомой напряжённой боли между лопатками. Мгновение спустя из-за угла показался кирпично-красный Феррари, кричавший о своей показной экстравагантности.
Он подкатил к шеренге оборотней, стоящих перед Деверо. Затем двигатель выключился, и водительская дверь открылась. И всё же никто не появился.
Деверо закатил глаза. Вот вам и намеренные попытки торжественного появления. Он демонстративно зевнул, а затем ухмыльнулся, когда один из оборотней, стоявших поблизости, тоже зевнул. Это заставило хозяина Феррарри пошевелиться, и, наконец, из машины вышел мужчина.
Кем бы он ни был, он пах, выглядел и вел себя как альфа. Он был выше Деверо и обладал более мускулистым телосложением. Однако он не походил на мужчину-модель, который присутствовал на аукционе ранее в тот вечер. Независимо от того, какое шоу он устраивал, мускулы этого мужчины были созданы для активных действий, а не для Инстаграма. Его тёмные волнистые волосы, вьющиеся на затылке, и усы, которые на ком-либо другом смотрелись бы нелепо, придавали ему удивительно мужественный вид. Он кого-то напоминал Деверо, хотя он ни за что на свете не смог бы вспомнить, кого именно.
Как только он шагнул вперёд, оборотни, стоявшие перед Деверо, отошли, расступившись, как проклятое Красное море. Деверо скрестил руки на груди и стал ждать, когда итальянский альфа подойдёт к нему. Оказавшись достаточно близко, чтобы Деверо смог разглядеть завитки тёмной татуировки, выбивающиеся из-под рукавов его сшитой на заказ синей рубашки, и шрамы, пересекавшие одну сторону его загорелого лица, он остановился. Затем вытянул руку перед собой и пристально посмотрел на массивные золотые часы, украшавшие его запястье.
— Я заплатил за эти часы двенадцать тысяч евро, — заявил он по-английски с акцентом. — На них действует пожизненная гарантия, и они практически новые. И всё же, — он потряс запястьем, — они, похоже, уже сломаны. Возможно, мне следовало купить часы Swatch, — он взглянул на Деверо. — Знаете, почему я думаю, что они сломаны?
Это действительно необходимо? Деверо вздохнул и пожал плечами.
— Я думаю, — продолжил мужчина, — что мои дорогие часы сломались, потому что я Николо Моретти. Я альфа Лупо. И я знаю с абсолютной уверенностью, что, как альфа единственного в Риме клана оборотней, любой гость моего города, заявляющий о своём этническом родстве со мной, всегда окажет мне любезность и навестит меня в течение первых семи часов после прибытия. Ни один волк не посмел бы оскорбить нас, поступив иначе, — он вопросительно поднял брови, глядя на Деверо. — Вы приземлились в аэропорту Фьюмиконо в три двадцать пополудни. Мои часы показывают, что сейчас почти час ночи. Но это, должно быть, неправильно, потому что вы не стали бы позорить меня или мой клан, ожидая десять часов, чтобы прийти и засвидетельствовать своё почтение, — его взгляд стал жёстче. — Ведь не стали бы?
Оооо. Как мужчина, у которого было своя собственная маленькая вотчина в Лондоне, Деверо понимал важность уважения чужой территории и игры по правилам. Ответ Моретти был жёстким, но Деверо мог понять причины этого. Небольшое взаимопонимание имело большое значение.
— Дайте угадаю, — сказал он, — вы живете на Пьяцца Армерина?
Моретти энергично замахал руками.
— Вы видите? — обратился он к другим оборотням. — Вы видите? Кто
