могла.
Наверное…
В любом случае тот факт, что у нее хилый магический резерв, вселяет в меня надежду, что она сможет стать сосудом. Но вынесет ли светломаг по природе силу Темного?
Сомневаюсь. Вероятнее всего, баланс будет нарушен, и тогда либо она погибнет, либо моя сила внутри нее выйдет из-под контроля. Было бы неплохо для начала подпитать ее какой-то маленькой, незначительной частью Хаоса, проследить за состоянием, определить риски…
Это я и намеревался сделать. Но в одиночку, не ставя никого в известность. Пока что ни родителям, ни Луне, ни уж тем более бабушке незачем знать, что моя будущая жена из Светлых.
Жена.
Проклятье. Как же это… странно звучит. В ближайшее время связывать себя узами брака я не намеревался, тем более со Светлой, но иного законного способа передачи магии не существует. Наша связь должна быть узаконена перед богами; только супруги способны вбирать в себя энергию друг друга.
Элин еще не знает, в ином случае так быстро не согласилась бы. Впрочем, она и так еще не согласилась, но сомнительно, что после ужина и разговора с моей матерью у нее останется выбор.
Его и без того нет. Откажется — заставят. Просто в начале король с королевой решили пойти гуманным путем.
— Я первая? — вдруг подала она голос, и ее взгляд поднялся к моему лицу.
— Что?
— Ну, я первая девушка, которую ты привел в свою комнату? Или до меня здесь побывало столько дев, что из них можно было бы создать армию?
Губы само собой растянулись в улыбке. Забавно, что этот вопрос был одним из первых, который она задала. Хотя была куча других.
— О да, — протянул, ухмыльнувшись. — Сотня или две. Честно говоря, сбился со счета.
— Тогда прошу, не укладывай меня на кровать.
Голос ровный, без тени смеха. Скорее, больше усталый, чем серьезный. Сил в ней совсем не осталось — едва держится, чтобы не провалиться в беспамятство.
Неудивительно. Она не успела восстановиться со вчерашнего дня, а сегодня встретилась с двумя обладателями Хаоса. Одними из сильнейших. А что будет, когда познакомится с бабулей? Уже на приветствии в обморок грохнется.
Да… Ей однозначно нужна часть темных сил, иначе званый ужин обернется для нее тяжелыми последствиями.
— Не переживай, — бросил в ответ, двинувшись к кровати с огромным балдахином цвета темного индиго. — Постельное белье меняют каждый день.
— Какое… расточительство.
Уголки припухлых губ дрогнули, но так и не растянулись в усмешке. Девушка устало прикрыла глаза.
— Не представляю, что ты собираешься делать и что хочешь проверить, но, пожалуйста… — замолкла на секундочку, а я замер возле кровати и невольно затаил дыхание, с каким-то жгучим трепетом ожидая дальнейших слов. — Только не трогай меня.
Выдохнула тяжко и сильно зажмурилась.
Любопытная реакция на подобную просьбу. Крайне любопытная.
— Ты принимаешь меня за извращенца?
Аккуратно уложил ее на покрывало и щелкнул пальцами. Фитили свеч вспыхнули огоньками, и комнату залил ярко-пурпурный свет.
— Разве принцы не получают все, что захотят? — невесело поинтересовалась она и слегка приоткрыла веки.
— Брось, Элли. — Приблизился к ней, навис, уперев ладони по обе стороны от ее лица. — Я тебя не хочу. Тем более в таком состоянии, когда ты неспособна ответить.
— Какое облегчение.
«Какая ложь», — презрительно прорычал внутренний голос, и я крепко стиснул зубы, уловив, как напряжение растекается по телу, а горло начинают сдавливать холодные пальцы волнения.
Ложь. Но это не должно быть ложью. Ведь я не хотел ее.
Или же не хотел ее в таком облике.
Я помнил ясно другие черты — более мягкие. Помнил шелковистые пшеничные волосы и кажущиеся мягкими розоватые губы. Не менялись лишь глаза: сейчас они были другой формы, чуть у́же, но имели такой же светло-серый, стальной цвет.
Вот ту девушку мне хотелось видеть в это мгновение. Возможно, ее я и правда желал.
Нет, я определенно хотел попробовать ее, на нее реагировало тело, становясь горячим и напряженным, и впервые это случилось еще в баре, когда она обозвала меня громилой. Когда вскинула свои дерзкие глаза и посмотрела с вызовом. Когда была зажата в кладовке между мной и полками, и я ощущал приятное тепло дыхания и аромат персиков, какой исходил от женских волос.
Он и сейчас, смешанный с запахом шоколада, трогал ноздри.
Воровато втянув его в себя, я тихо выдохнул, замечая, что она не сводит с меня глаз и почти не дышит, прижимая руки к груди.
— Не бойся. — Наклонился ниже, коснулся кончиком носа ее виска. — Больно быть не должно. Я всего лишь подпитаю тебя своей магией.
— То есть сделаешь сосудом прямо здесь и сейчас?
Я в тот же миг почувствовал, как теплая ладонь легла мне на грудь. Пальчики несильно сжали ткань рубахи.
— Нет. Для подобного нужен особый… обряд. Я немного укреплю твой источник, и тогда, быть может, ты перестанешь так быстро слабеть. Это кратковременный эффект, позднее придется проделать это снова.
Слегка отстранившись, я встретил ее туманный взгляд.
Не будь этой чертовой усталости, Элин бы мне врезала или отпарировала категоричным «нет», без сомнения. Но слабость ударяла по ней с силой штормовых волн — она с трудом связывала слова во фразы. Кажется, поэтому не стала тратить последние силы на отказ.
К тому же мое предложение наверняка звучало соблазнительно.
— И что для этого нужно сделать?
— Малость. Только поцеловать.
— Врешь, — к моему удивлению, она усмехнулась. — Уверена, можно обойтись и без этого.
— Возможно. Но давай сойдемся на том, что это будет твоей платой за мой маленький дар.
Платой, которую я жутко хочу получить.
— Я же говорила. — Приподнялась на локтях, сокращая расстояние. — Принцы всегда получают то, чего они хотят.
Ухватила за щеки и резко припала губами к губам, не успел я сообразить и сделать это первым.
Утянула за собой, ложась на подушки, поцеловала столь требовательно, жадно, будто сама этого желала. Отчаянно, несколько злобно, за что-то ругая или, напротив, пытаясь понять, за что меня можно было бы возненавидеть.
Я поймал пальцами ее подбородок, проникая языком между раскрытыми губами, чувствуя, как обжигают кожу ладони, как туманит разум усиливающаяся страсть. Стало быть, это действие совершенно неуместно, но как ни крути желанно. Я возжелал еще раз ощутить ее вкус сразу после того, как оборвался наш первый поцелуй.
Она вкусная. Сладкая, почти приторная. И нежная.
Еще никогда один поцелуй не приносил мне столько удовольствия и не окунал в состояние полного довольства. В этом была ее особенность, именно ее, а не представительницы Светлых. И я не понимал почему…
Почему вдруг испытал такую острую
