пришел к нему в кузницу.
Разговор с Мыколой поначалу не задался. Очень уж неохотно он отвечал на отвлеченные вопросы типа «как живется-можется?»
К примеру, в ответ на этот вопрос он промычал что-то типа «гхм, да живём».
А вот когда речь зашла непосредственно о его работе…Мужик встрепенулся и потихоньку разговорился. А всего и надо было только показать сломанную боевую пружину от револьвера и спросить, сможет ли он изготовить подобную. Он покрутил её в руках, сначала было снова попытался что-то промычать, при этом ещё и хмыкая, а потом выдал:
— Изготовить такое смогу, не знаю, лучше или хуже, но работать точно будет и не сломается. Есть у меня немного разного металла, которые можно сварить между собой, проковать, так и получится. Металлы, барин, только кажутся одинаковыми, на самом деле это не так…
После этих слов он зарядил мне лекцию на полчаса, и я с трудом смог его остановить и перейти к конкретике.
Мыкола оказался самым что ни на есть настоящим фанатом своего дела. О способах работы с металлами он мог говорить часами. Притом делал он это очень складно и увлекательно. Слушал я его, как сказочника, рассказывающего интересную историю. В общем, я пришёл к выводу, что человек мне подходит и с ним можно попытаться замутить что-нибудь интересное, но попозже. Сейчас я загрузил его относительно простой, но первостепенной работой. Помимо пружины я еще заказал ему сразу десяток кос-литовок, которые, как выяснилось из разговора с ним, он уже ковал не раз и не два, но почему-то не для односельчан.
В целом я остался довольным этой встречей и даже поймал себя на мысли, что жизнь налаживается. От чего улыбнулся и пошёл заниматься подготовкой к будущему строительству, а если конкретно, то коптильней.
Из-за того, что я решил сразу делать её капитальной и для двух видов копчения, горячего и холодного, начинать пришлось с устройства нормального такого фундамента. Бетон по понятным причинам мне не светит, поэтому пришлось делать все, что называется, по старинке, из камня. Правда доставку камня пришлось заказывать, потому что на территории поместья его, к сожалению, не нашлось. Нет, на самом деле кое-какие запасы есть, но небольшие. Как я понял, для строительства дома отец только начал завозить гранитный камень, но полностью приобрести не успел. Запасов хватит для постройки коптильни, а вот для фундаментов фермерских зданий уже нет, поэтому пришлось мне отправлять Сергея и Тихона в своеобразную командировку. Конечно, можно было бы без проблем купить камень непосредственно в Курске, но мне его нужно очень уж много, поэтому мужиков я отправил сразу непосредственно к изготовителю туда, где его ломают. По расстоянию это в два раза дальше, чем в город, соответственно, и доставка получается дороже, но покупать напрямую у производителя гораздо выгоднее, поэтому я и затеял эту поездку. Конечно, стоило бы самому ехать, но я и так загружен, как боинг. Из-за этого после недолгих размышлений я попросил съездить Сергея.
Кстати сказать, этот бывший солдат нравится мне все больше и больше. За пару дней в имении он каким-то образом познакомился, казалось, со всеми сельчанами и, главное, нашёл с ними общий язык, да так, будто он здесь всю жизнь прожил. Очень открытом и общительным человеком он оказался, поэтому я решил доверить ему покупку и доставку камня. Если справится, будет у меня ещё и кем-то вроде снабженца.
Коптильню мы будем строить в стороне от усадьбы возле крутого склона небольшой горки. В принципе особо прочное основание нужно только для топки, поэтому выемку грунта под фундамент сделали неглубокую, и фундамент в виде плиты я самолично сложил из камня, используя в качестве раствора глину, перемешанную с песком. Высотой фундамент был сантиметров в семьдесят. Собственно, кирпичную кладку я буду делать с таким же раствором, это на строительство дома желательно использовать другую смесь, хотя бы на основе извести, а здесь глина с песком как раз подходят лучше.
Казалось бы, работа по устройству фундамента нехитрая, тем более с помощниками, которые подают все в руки, а все равно мы провозились полдня, и я понял, что нужно шить рукавицы. Стер пучки пальцев с непривычки чуть ли не в кровь. Слишком я здесь изнеженным и не привыкшим к физической работе оказался, надо принимать меры.
Хреновый всё-таки из меня председатель колхоза. Кинулся сразу здесь все менять и строить, а об основополагающих вещах забыл. Я не то что не проверил готовность к посевной инвентаря, я даже не удосужился удостовериться, есть у нас вообще посевной материал. И ведь не подсказал никто. Когда подошло назначенное время, и к нам начала прибывать обещанная к посевной помощь от соседей, я только что за голову не схватился. Пришлось метаться, как в жопу раненному, пытаясь успеть все, везде и сразу, ругая себя при этом последними словами.
А как иначе, если, допустим, я не поленился извести кучу бумаги, пытаясь нарисовать схему севооборота, выведывая у крестьян, что лучше растет после посева того или иного злака. В общем, провел настоящую изыскательную работу и нарисовал график севооборота на ближайшие годы, а проверкой, есть ли у запас семян всех нужных культур, не озаботился. Благо хоть деньги есть и купить все недостающие проблемой не стало, иначе сел бы в лужу по полной. Как бы то ни было, мы, пусть и затратив непозволительно много времени, но с посевной справились.
Кстати сказать, очень хорошо в этом деле помог обещанный агроном, который одобрил мой график, поправив его только слегка.
Никогда не знал, а оказывается, что подсолнух, которого я запланировал садить очень много, довольно сильно истощает землю и после него лучше дать земле отдохнуть. Честно сказать, не помню, чтобы поля в будущем пустовали, и не знаю, что обычно сажали после подсолнуха, но решил довериться специалисту и последовать его рекомендациям.
Вообще, я неслабо увлекся сельским хозяйством и начал кайфовать от жизни в деревне. После аврала, связанного с посевной, жизнь вошла в размеренное русло. Больше я подобных непродуманных косяков не допускал. Пусть действовал чуть медленнее, но при этом более размеренно и разумно. В итоге в деревне вообще никто не сидел без дела. Работали все от мала до велика. Мужики и подростки постарше занимались главным образом строительством. Женщины и малышня плели всякие разные лукошки и корзинки, помогали в изготовлении саманных блоков. Короче, все трудились по мере сил и возможностей.
Что говорить, если у меня даже рыбу ловили и коптили парни с девчонками лет десяти-двенадцати.
