— Понятно. — Кейт испытала схожее ощущение свободы и раскованности, когда встретилась с Томом. Она сделала глоток шампанского и взглянула Джерарду в глаза. Небесно-голубые и холодные, они смотрели на нее отчужденно, будто бы обратившись внутрь. От такого мужчины можно было ожидать чего угодно, и это приводило Кейт в восторг.
Покончив с устрицами, они переключились на жареную камбалу, и разговор перешел на общие темы. От десерта Кейт отказалась. Когда официант убрал грязную посуду и они остались одни, Джерард наклонился и накрыл ладонями ее руки.
— Ты очень красивая, моя дорогая!
— Благодарю!
— Признайся, ведь у тебя бывают сексуальные фантазии?
Кейт ответила не сразу: ей представилась брюнетка, сидящая в кресле с распущенными по плечам волосами.
— Откровенно говоря, практически нет, — наконец сказала она.
— Но ведь ты мастурбируешь? — непринужденно спросил он, так, словно бы справлялся, водит ли она автомобиль.
— Как я уже говорила, до недавних пор я не уделяла сексу внимания. А ритуальная мастурбация обычно сопутствует изощренным фантазиям. Не так ли? — Кейт никогда не осмелилась бы так откровенно разговаривать с приятелем, но с незнакомцем все было иначе, и ее понесло.
— Да, — кивнул собеседник.
— Расскажи об этом поподробнее!
Официант принес им на посеребренном подносе кофе в фарфоровых чашечках и пирожные.
— Занятный поворот разговора! — отметил Джерард. — Ты перехватила у меня инициативу.
— Это в твоих правилах — заставлять женщин исповеды-ваться тебе в своих сокровенных грехах?
— А почему бы и нет?
— Ты выслушиваешь их откровенные желания, а потом их осуществляешь?
— Иногда, — пожал плечами Джерард.
— И как это бывает? Приведи пример! — наседала на него Кейт.
— Ну, порой женщине приходит в голову идея заняться развратом в общественном месте.
— Неужели? — Кейт вспомнилось, что кто-то подсматривал в окно за ними с Томом, и по коже у нее побежали мурашки. Она передернула плечами, что не укрылось от Дже-рарда.
— Продрогла? — удивленно спросил он: в зале было тепло.
— Нет. — Кейт покраснела.
— Так вот, продолжая начатую тему, я хотел бы добавить, что прилюдное совокупление волнует воображение многих дам.
— Серьезно? Кажется, я догадываюсь, почему это происходит: страх быть пойманной во время грехопадения придает ему особую остроту. — Ей представилось, что она случайно встретилась с человеком, наблюдавшим в окно их с Томом совокупление. — А ты пытался осуществить подобное тайное желание?
— Да, и, кстати, именно здесь.
— Что? В этом ресторане? — У Кейт глаза полезли на лоб.
— Ты шокирована, дорогая? — Джерард цинично усмехнулся. — Поговори с официантами. Они подтвердят, что такое здесь нередко практикуется. Естественно, они притворяются, что ничего не замечают. Но за это получают щедрые чаевые. Впрочем, дальше взаимных фривольных ласк дело, как правило, не идет, но… Кажется, пару раз официанты заставали клиентов в весьма пикантных позах…
У Кейт свело промежность, а в клиторе возникла пульсация. Ей живо представилось, как мужская рука под столом тискает ее во время непринужденной беседы, а она притворяется, что ничего не происходит. Она почти явственно ощутила эти прикосновения к своим половым органам, нажим его пальцев на клитор, их проникновение во влагалище…
— Вот почему я утверждаю, что в сексе главное то, что творится у нас в мозгах! — Джерард постучал себя по голове. — Ты утверждаешь, что лишена сексуальных фантазий. Мне кажется, что ты искренне заблуждаешься, не подозревая, что подсознательно все же мечтаешь о чем-то необыкновенном. И полет воображения уносит тебя далеко-далеко, в неизведанные миры. Возбуждение — это своеобразная черная дыра в человеческом сознании, способная преподнести провалившемуся в нее любые сюрпризы. Женщины обожают рискованные круизы.
— И тебе нравится роль лоцмана в опасных путешествиях?
— Да. Предлагаю и тебе сыграть в одну игру.
— В какую? Очень опасную?
— Если боишься, я могу отвезти тебя домой.
Кейт накрыла его ладонь своей:
— Отступать не в моих правилах. Это позор.
Внешне Том импонировал ей больше, чем Джерард, но рассуждения последнего о сексе заинтриговали ее своей необычностью.
— Тогда я попрошу счет у официанта. Или желаешь выпить ликера?
Кейт покачала головой, одним глотком допила кофе и сказала:
— Я готова. — К чему именно, она пока не знала.
Пока швейцар ресторана любезно желал им приятного завершения вечера, придерживая распахнутую стеклянную дверь, к тротуару мягко подкатил темно-вишневый «роллс-ройс». Шофер в униформе выскочил из лимузина и, обежав его, открыл дверцу для пассажиров.
— Как мило, — сказала Кейт, усаживаясь на кожаное сиденье и вдыхая специфический запах дорогого салона.
Водитель занял свое место за рулем. Кейт заметила, что он яркий блондин, и перекинула ногу через колено, обнажив плотную ляжку, обтянутую блестящими светлыми колготками. Шофер поправил зеркальце, чтобы получше ее разглядеть, и спросил:
— Куда прикажете вас везти, сэр?
— Пожалуйста, домой, Филип! — ответил Джерард и нажал на кнопку, вмонтированную в подлокотник. Стеклянная перегородка бесшумно поднялась и наглухо отгородила пассажиров от водителя.
— Я даже не поинтересовалась, где ты живешь! — сказала Кейт.
— В Белгрейвии, — ответил Джерард.
Спустя несколько минут лимузин подкатил к особняку на Гросвенор-стрит. Окруженный зеленой изгородью дом был выдержан в георгианском стиле и обильно украшен цветами, растущими на балконах и в подвесных корзинах.
Водитель выскочил из лимузина и распахнул дверцу перед пассажирами. Кейт заметила в одном из крыльев дома ворота гаража. Джерард достал из кармана связку ключей и подвел гостью к парадному входу.
— Добро пожаловать! — сказал он, когда двери распахнулись.
Пол холла был покрыт дубовым паркетом, стены выкрашены в темно-зеленый цвет. Повсюду были развешаны картины известных мастеров, в одной из них Кейт узнала подлинник Коро. В иных обстоятельствах она с удовольствием бы обошла весь особняк и рассмотрела выставленные в его залах и комнатах художественные редкости. Несомненно, Джерарду было по средствам устроить музей из своего жилища. Но сейчас это не входило в ее планы.
— Итак, именно сюда ты привозишь свои жертвы, — улыбнувшись, произнесла она.
— Почему жертвы?
— Ну, подопытных кроликов. Джерард расплылся в улыбке.
— Еще не известно, кому в этих забавах отведена роль мухи, а кому — паука! — парировал он. — Какую роль предпочитаешь ты?
