Николай Ефимович не спал всю ночь. Он ругал себя на чём свет стоит. Как он, старый пень, превратил себя в посмешище?! Под утро он решил, что попросит извинения у девушки за столь нелепое предложение. Но утром Аня постучалась в его комнату и, войдя, спокойно произнесла: «Я согласна стать вашей женой. А сейчас идите завтракать», – и вышла.
Аня тоже не спала всю ночь, обдумывая предложение Николая Ефимовича. Хоть любви к нему она и не испытывала, но всё же он ей нравился. Он был спокойный, надёжный, а самое главное, он был значительный человек. Она видела, как уважают и немного побаиваются его сослуживцы, приходящие к ним в гости. Очень часто ему звонили знаменитые люди, и даже несколько раз были звонки из Кремля. Аня не думала о корысти, ведь жил Николай Ефимович достаточно скромно, просто ей хотелось тоже быть хоть чуточку причастной к этой интересной, как ей казалось, жизни.
Уважение и некоторая робость по отношению к мужу у Анны Брониславовны так и остались, а всю свою нерастраченную любовь она выплеснула на сына. Любила Вадима она самозабвенно, с какой-то животной страстью самки, опекающей своего детёныша. За счастье сына она готова была пойти на что угодно. А так как на примере мужа Анна Брониславовна видела, что счастье неразрывно связано с положением в обществе, с занимаемой должностью, то кропотливо прокладывала сыну путь наверх, заводя нужные знакомства и стараясь быть любезной и радушной даже с не совсем приятными ей людьми. Ей представлялось в мечтах, что её Вадим станет ещё более значительным и уважаемым человеком, чем даже его отец… И вот теперь какая-то невежественная дрянь всё уничтожила. Анна Брониславовна понимала, что сегодня карьера сына рухнула. Она возненавидела Веру так, как никого другого в своей жизни. Эта «рыжая клоунесса» стала её главным врагом.
Сев в машину к Виктору Сергеевичу, Анна Брониславовна сквозь слёзы прошептала:
– Проводите свою эту, как её, рекогносцировку. Делайте что хотите, но помогите нам избавиться от неё!
– Верочка, мне надо ехать в больницу, – Вадим отстранил от себя жену. – Ты же понимаешь, надо как-то уладить этот конфуз. А ты поезжай домой. Машина тебя ждёт.
Верочка вцепилась в руку Вадима.
– Вадим, не бросай меня. Мне страшно. Что же теперь будет?
– Успокойся. Ничего тебе не будет. Фёдор Николаевич жив и здоров. Мы извинимся перед ним. Так что всё наладится. Езжай домой, а я скоро вернусь.
Вадим быстрым шагом направился за матерью, а Верочка осталась около праздничного стола, на котором стояли так и нетронутые деликатесы. Официанты, вошедшие в зал с новой сменой блюд, с удивлением наблюдали, как гости спешно покидают ресторан. Многие из гостей проклинали судьбу за то, что оказались на этой чёртовой свадьбе и стали невольными свидетелями такого унижения Фёдора Николаевича. Неизвестно, как всё это может отразиться и на их карьере.
Верочке казалось, что весь мир от неё отвернулся. Она видела, как гости старательно обходили её, не удостаивая не то что словом, но даже взглядом. Она была для них как прокажённая.
Верочка села на стул и тупо уставилась в пол.
– Верка, ну ты даёшь! – услышала она знакомый голос.
Верочка с удивлением подняла глаза и уставилась на Инну.
– Не знала, что ты такая смелая, – продолжала с улыбкой подруга. – Я тебя даже зауважала. Мне тоже так хотелось ему врезать, когда он обслюнявил мою туфлю! Но у меня духу не хватило. Извини, Володь, но твой дядя от водки просто спятил. Такое вытворял!
– Ага, – ухмыльнулся парень, – он ещё и не такое выделывает, когда напьётся.
– Инночка! – воскликнула Верочка и опять заплакала. – Прости меня. Я не хотела вас предавать. Меня Анна Бр…Бр… свекровь заставила.
– Да ладно. Замнём. А чё ты одна здесь сидишь? Где твой муж?
– Он в больницу уехал, – вздохнула Верочка.
– И оставил тебя одну?! В брачную ночь?!! – возмутилась Инна. – Не, я всегда говорила, что от науки мозги тухнут. Бросить невесту и поехать с пьяным мужиком, пусть даже и таким важным, – это ненормально. Да там и так было до фига провожающих. Зачем он-то попёрся?
– Улаживать, – промямлила Верочка, забыв то слово, которое произнёс Вадим: то ли канфут, то ли канфет.
– Лучше б он тебя в постель улаживал, – проворчала Инна. – А ты теперь ночью что, одна на брачной кровати валяться будешь? Нет, это чудовищно! Я бы повесилась, если бы меня так бросили!
У Верочки опять потекли слёзы.
– Ладно, не реви. А подруги на что? Ну что, Володь, не дадим ей повеситься? – подмигнула парню Инна.
– Не дадим, – серьёзно ответил он.
– Поехали сейчас к нам в общагу и там продолжим банкет, – заявила Инна.
– Девчонки, поехали лучше в другой ресторан. Я вас приглашаю, – предложил Вадим.
– В этом платье? – наконец-то улыбнулась Верочка. – Нет. Я не могу. Мне надо домой. Вадим обещал скоро вернуться.
– Значит, едем к тебе, – безапелляционно произнесла Инна. – Вместе ждать веселее. А когда Вадим вернётся, мы с Вовиком уедем. Правда, красавчик?
«Красавчик» радостно закивал головой. С Инной он готов был идти куда угодно.
Верочка растерялась. А можно ли гостей приводить в дом без разрешения свекрови? Но решив, что она теперь полноправный член семьи и их дом теперь и её тоже, Верочка согласилась.
– Красавчик, иди лови такси. А мы пока со столов закуску соберём, – командовала Инна. – Нельзя же, чтобы столько жратвы пропало. А то у этих официантов морды от такой халявы треснут.
– Зачем такси? У меня машина есть.
– Своя машина? Ты у меня, значит, фанфарон!
Инна не очень понимала значение этого слова, но произнесла его с таким восхищением, что Володя понял: «Всё. Инна его навеки».
– А сумка у тебя есть? – спустила она парня с небес на землю.
– Нет, – упавшим голосом произнёс он, боясь, что это уменьшит его достоинства.
– Тогда снимай пиджак. Мы в него всё сложим. А то нас с тарелками отсюда не выпустят.
– С тарелками?! – ужаснулся Володя. – Но это же воровство!
– Какое воровство? А то, что мы столько жратвы им бесплатно оставляем, это не воровство?! Короче, если ты струсил, иди в машину. Мы сами всё сделаем.
– Я не струсил. Давайте я вас от официантов загораживать буду.
Девчонки быстро стащили со стола несколько тарелок с закусками, накрыли их друг другом, завернули всё это в пиджак и, прихватив ещё три бутылки вина и бутылку шампанского, сбежали вниз.
Сев в машину, они заулюлюкали, обрадованные тем, что удалось немного нашкодить. Даже у Верочки исчезла грусть и высохли слёзы. Что ни говори, но Инна умела поднять настроение.
Глаша встретила их удивлённым взглядом, но ничего не сказала. Она привыкла не вмешиваться в дела хозяев. Компания прошла на кухню. Они со смехом стали выкладывать на стол тарелки с закуской. Глаша достала из холодильника колбасу и салат, выпила за счастье молодожёнов бокал вина и ушла спать.
