кабинете, и меня сразу провели туда.
За столом сидел худощавый мужчина лет пятидесяти с поседевшими висками и цепким взглядом почти черных глаз. При моем появлении он встал.
— Господин Дамар, приветствую, — склонил голову он. — Позвольте представиться, Кайто Джамаат, наследник рода Джамаат.
— Приветствую, господин Джамаат, — кивнул в ответ я.
О начальнике градостроительного департамента я успел кое-что найти в сети по пути сюда.
Джамаат — молодой род, им еще и трехсот лет нет. Ни богатством, ни влиянием не выделяются, живут почти как простолюдины, в небольшом загородном доме с крошечной прилегающей территорией. Про их бизнес мне в сети ничего не попалось, зато указывалось, что несколько членов рода служат Империи. То есть они работают. И, вполне вероятно, на эти деньги и живут.
В плане влияния, по сути, у них есть должность наследника. Вот этого самого, который стоит передо мной.
Однако вставал и склонял голову он не поэтому. Материальное положение вообще редко служит основанием для каких-то послаблений в этикете. Разве что для родов из десятки сильнейших, и то это скорее неофициальные вещи.
Пропасть между нами в том, что я — глава древнего рода, а он — наследник молодого. И если глава и наследник — это хоть и разные статусы, но в некоторых случаях сравнимые, то молодой род ставит его значительно ниже меня в иерархии аристократов.
И в этом смысле я ему сочувствую.
Ему и со мной-то нелегко будет говорить о деле, которое он явно считает какой-то аферой, а уж с Чуйми или Рачи ему и вовсе ничего не светило. Там не просто древние, а еще и имперские роды. Ближники императора фактически. Это не совсем правда, но именно так к ним относится вся страна.
— Располагайтесь, господин Дамар, — натянуто улыбнулся Джамаат и жестом указал на кресла в стороне от его рабочего стола. — Боюсь, нам с вами предстоит долгий разговор.
Я нейтрально улыбнулся в ответ и двинулся к креслам.
Когда мы устроились друг напротив друга, а секретарь принес чай и удалился, наследник Джамаат попытался было завести светскую беседу. Нет, я понимаю, уголок отдыха и чай располагают, но мы не в его доме, а в государственном учреждении. И пригласил он меня по делу.
— Господин Джамаат, — мягко улыбнулся я, — ничего не имею против общения с вами, но предлагаю все-таки сначала обсудить дела. Мы с вами все-таки занятые люди.
— Да, конечно, господин Дамар, — поспешно кивнул он. — Прошу прощения.
— Не стоит, — качнул головой я. — Странно было бы упрекать вас за вежливость. Так, зачем вы хотели со мной встретиться?
— У меня сразу несколько вопросов, господин Дамар, — слегка улыбнулся Джамаат. — Давайте начнем с договоров купли-продажи, которые вчера поступили на регистрацию. В них продавцом значитесь вы, а покупателями роды Чуйми и Рачи.
— Все верно, — кивнул я. — Что с ними не так?
— Эм… господин Дамар, а как вы собираетесь передавать поместья покупателям? — осторожно поинтересовался Джамаат. — Разве поместья не привязаны к крови вашего рода?
— Пока привязаны, — кивнул я. — Но это не проблема. Я могу снять эту привязку в любой момент.
Джамаат вытаращился на меня не столько с удивлением, сколько с подозрением. Точнее, его скорее удивила моя предполагаемая наглость. Все-таки я сейчас сказал то, что в его картине мира попросту невозможно.
— Каким образом? — все же уточнил он.
— Тайна рода, — ответил я.
И осознал, что у нас проблемы.
Раскрывать подробности ни начальнику градостроительного департамента, ни уж тем более наследнику рода Джамаат я не собираюсь. А без этого он мне не поверит. Слишком долго считалось, что снять кровную привязку с поместья на защитной линии невозможно. Без потери титула, по крайней мере.
Но становиться простолюдином я явно не собирался, и Джамаат это понимал.
— Боюсь, я вынужден настаивать, господин Дамар, — нахмурился он. — Я не могу зарегистрировать сделку на неотчуждаемое имущество рода. А оно у вас стало именно таким после того, как вы провели кровную привязку.
Я задумчиво смотрел на чиновника.
Формально я могу его просто послать. Неотчуждаемым имущество рода не становится само по себе. Даже если есть кровная привязка, и о ней известно, — тоже вопрос, кстати, как чиновники это узнали, — я все равно должен подать соответствующее прошение и его должны подписать и зарегистрировать.
Но фактически и Джамаат может тянуть с регистрацией сделки под соусом подозрения о мошенничестве. Это сейчас он вежлив и пытается всячески обойти острые углы. Если же я не пойду ему навстречу, он имеет полное право придержать сделку, которая имеет сомнительные признаки. А что может быть сомнительнее действующей кровной привязки? Любая инстанция вплоть до императора, которая будет разбирать наш конфликт, встанет на его сторону.
А это время. Возможно, очень много времени.
Именно сейчас мне затягивание сделки с Чуйми и Рачи противопоказано. Из-за эффекта неожиданности Рамсей могут упустить этот момент или просто не успеть вмешаться. Но если дело затянется, они вполне могут лишить меня будущих союзников. Им имперские роды в секторе ломают все планы напрочь, и они сделают все, чтобы просто не допустить туда Чуйми и Рачи.
Значит, мне нужно убедить наследника Джамаат прямо сейчас.
Сам я этого сделать не смогу. Никакие логические аргументы в виде слета Рамсей и других аристократов на защитную линию не помогут. Он мне просто не поверит. Да и мало мне этого.
Нужно сделать это так, чтобы больше у чиновника даже мысли не возникло тормозить процесс регистрации. Кто бы ни попытался вмешаться.
Кому он поверит? Кто для него настолько авторитет?
— Дайте мне пару минут, — попросил я и достал мобильник.
Набрав номер, я почти сразу услышал голос учителя.
— Что случилось, Виктор? — настороженно спросил он.
— Господин Эксара, у вас есть телефон Жоржа Юпре? — спросил я. — Можете поделиться со мной номером?
Наследник Джамаат изумленно распахнул глаза, еще когда я обратился к учителю по фамилии. Совсем он мышей не ловит, раз не знает, чей я личный ученик.
А когда Джамаат услышал имя главы СИБ, он и вовсе впал в ступор.
— Ты куда-то влип? — спросил учитель.
— Нет, всего лишь пытаюсь ускорить некоторые бюрократические процедуры, — обтекаемо ответил я.
— А, Чуйми, — сообразил Эксара.
— Да, Чуйми, — подтвердил я.
— Запомнишь? Диктую.
Эксара продиктовал номер. Я запомнил, на такие простые вещи меня еще в прошлой жизни натаскивали. А в молодом здоровом теле с этим навыком тем более проблем не было.
— Спасибо, учитель! — сказал я.
Джамаат едва заметно втянул голову в плечи. Он точно не знал.
Попрощавшись с Эксара, я сбросил вызов и набрал новый номер.
— Слушаю, — раздался собранный
