в рамках привычных дел и задач. Особой спешки нет, это просто перестраховка.
Рахэ понимающе улыбнулся, остальные просто покивали.
— Дальше, — произнес я. — Для всех силовых служб рода вводим режим повышенного внимания. Я не ожидаю силовых акций со стороны Рамсей или их приспешников, но мелкие провокации наверняка будут. Законные или на грани закона. Нам сейчас конфликты с их людьми не нужны. Действуем строго по инструкциям или по букве закона, чтобы подкопаться к нам было невозможно. Имейте в виду, те недоразумения, которые раньше я мог бы решить одним звонком, сейчас, скорее всего, выльются в длительные и насквозь формальные разбирательства.
— Уступать можно? — уточнил Одаки.
— В каком смысле? — не понял я.
— Бывают скандальные клиенты, — неопределенно покачал головой он. — Таких можно просто выставить, можно спустить скандал на тормозах, а можно спровоцировать и прижать по закону.
— Провоцировать не надо, — ответил я. — Лучше уступить, если эта уступка мелкая и ничего не будет нам стоить. У нас не позиционная война. Неудавшиеся провокации Рамсей, скорее всего, просто забудут и попробуют иначе. Но уступать много тоже не надо. Десяток относительно небольших уступок могут вылиться в падение репутации или наплыв халявщиков, уже не имеющих отношения к Рамсей, это тоже держите в уме. Нейтралитет — вот так должны смотреться наши действия со стороны. Мы не хотели и не хотим этого конфликта. Но прогибаться тоже не станем.
Одаки молча кивнул.
— Дальше, — перешел к следующей теме я. — Запасы. Мы не готовимся к осаде, но хотелось бы иметь хоть какой-то жирок. Продукты, вода, повседневные расходники — такие вещи хотелось бы иметь хотя бы на пару недель вперед.
Я посмотрел на Дафну и Хетта.
Дафна с готовностью кивнула, а Хетта задумчиво качнул головой.
— Место, господин, — сказал он. — У нас пока нет склада. По сути, только поэтому и запасов нет. Некуда все это девать.
— Подземелье в вашем распоряжении, — ответил я. — Если понадобится, Тахир потеснится и на оружейном складе.
Командир гвардии молча кивнул. Устроенные в подземном туннеле стеллажи с экипировкой, несмотря на все наши трофеи, до сих пор не были заполнены даже на половину.
— Лимиты я вам тоже увеличу, — вновь посмотрел на Дафну и Хетта я. — Но уже после того, как вы снимите наличку со счетов в пределах действующих лимитов. Дальнейшие закупки проводите по безналу. Так будет менее подозрительно.
Хетта расплылся в довольной улыбке и вновь кивнул. Как мало нужно, чтобы порадовать хомяка — всего-то распорядиться сделать запасы. Чую, он мне подземелье под потолок забьет.
Впрочем, оно и к лучшему. Этим все равно пришлось бы заниматься, действия Рамсей просто немного форсировали события.
— Теперь самое тяжелое, — обозначил новую тему я. — Люди.
Бывшие наемники встрепенулись. Все трое.
— Я не отказываюсь от своего слова, — сказал я. — Приму в род всех ваших родных, если они того захотят. Однако именно сейчас будет основная проверка на лояльность. Уверен, Рамсей попытаются нас прощупать именно с этой стороны. Уговорить, подкупить, запугать. Причем не вас и не бойцов, которые уже стали слугами рода. А именно ваших родных, которые к роду пока формального отношения не имеют.
Я так и не принял в род остатки отрядов наемников. Мне их было банально негде разместить. Собственно, я им и обещал, что приму всех, когда будет достроен особняк и они смогут переехать сюда.
Теперь эти люди стали моей самой большой уязвимостью.
— Господин, наши не подведут! — воскликнул Одаки.
Лайсу молча кивнул, поддерживая бывшего коллегу-наемника.
— Верю, — спокойно ответил я. — Но все же поговорите со своими людьми. Сообщите, что все в силе, я про них не забыл. Не нужно усугублять сомнения молчанием. Особенно сейчас.
— Обязательно поговорим, господин, — улыбнулся командир диверсантов.
— И если все-таки найдутся желающие уйти…
— Не будет таких! — перебил меня Одаки.
Я бросил на него укоризненный взгляд, и тот отвел глаза.
— Если все-таки найдутся желающие уйти, — повторил я, — не держите их. Там ведь не все вам родня? Вам или вашим бойцам?
— Не все, — неохотно подтвердил Одаки.
— Не держите их, — чуть надавил голосом я. — Пусть лучше сейчас уйдут, чем мы потом, в куда более значимой ситуации, столкнемся с предательством.
— Я понял, господин, — не поднимая головы, сказал Одаки. — Я в своих людях уверен, все, кто хотели уйти, ушли сразу. Но если все-таки… я отпущу.
— Отлично, — кивнул я. — И если будут проблемы, связанные с вашими родными, докладывайте немедленно. То, что они пока не слуги рода, не означает, что я не стану им помогать. Особенно в ситуации, когда на них давят мои недоброжелатели.
— Благодарю, господин, — повеселел Одаки.
— Вопросы, предложения? — обвел взглядом своих людей я.
— Нам нужно сходить на прием, — произнесла Валери.
Я вопросительно приподнял брови.
— Нужно показать, что у нас все хорошо, — пояснила невеста. — Дела делаются, мы ничего не опасаемся, ведем прежний образ жизни. Большинство родов нашего уровня выбираются на прием примерно раз в полторы-две недели. Нам как раз пора уже вновь показаться в обществе.
— Согласен, пора, — улыбнулся я.
Настрой Валери мне понравился. Никаких истерик, возражений или скрытых подколок. Она мыслила строго в русле: что еще сделать, чтобы оно пошло на пользу роду в текущей ситуации. Она приняла мое решение не сглаживать конфликт с Рамсей как должное и дальше отталкивалась уже от этого.
Не устаю радоваться, как же мне повезло с будущей женой.
— Нам бы посты и указатели перетасовать, — подал голос Тахир. — Если Рамсей нам не друзья, то и въезд в наш квартал логичнее организовать с другой стороны. Сейчас основной въезд как раз с их стороны.
— Не стоит, — покачал головой я. — Защита периметра одинаково надежна со всех сторон, то есть практической пользы особо не будет. Рамсей и так узнают обо всех наших гостях, если захотят. При этом настолько демонстративный жест покажет наше «фи». Нам не нужно усугубление конфликта с Рамсей. По крайней мере, если оно не несет практической пользы.
— Понял, — кивнул Тахир.
— Я бы ввел пару дополнительных процедур, — сказал Рахэ. — Для начала нужно хотя бы обязать всех обитателей поместья докладывать о своих контактах в городе. Вообще обо всех, вплоть до столкновения с мальчишкой-беспризорником на улице. Если всплывет чужая провокация, потом проще будет разбираться.
— Согласен, вводите, — кивнул я. — Только поясните людям, зачем это надо. Чтобы они не воспринимали эти меры, как слежку за ними.
— Принял, сделаю, — кивнул в ответ Рахэ. — Еще я бы закупил и раздал некоторым ключевым фигурам кристаллы памяти. Чтобы, если вдруг что, сразу по горячим следам записывали спорные моменты.
— Тоже одобряю, — сказал я.
— Пока у меня все, —
