твоему сведению, это — Рэтис, хищное, плотоядное растение. Согласен, выглядит красиво и безобидно. А запах предназначен приманивать добычу. Когда жертва оказывается в зоне досягаемости, цветы, которые кажутся такими милыми выпускают ядовитые шипы, парализуют её и запускает ускоренный процесс разложения. Ну, а потом медленно переваривают её, втягивая через листья соки организма попавшегося в ловушку животного. Ну как, всё ещё хочешь цветочек?
От рассказа Ястона мне стало мерзко и жутко. Слишком уж у меня живое воображение. Бррр! Обида и гнев схлынули, когда я осознала от какой участи спас меня мужчина. А ещё наконец пришло понимание окружающей нас опасности. Эр не шутил, когда говорил, что почти каждая тварь и даже некоторые растения населяющие Ришею либо плотоядны, либо ядовиты, но все они однозначно опасны. Если бы не Ястон, я, следуя природной безалаберности, стала бы жертвой куста-убийцы. Я конечно верю, что он не дал бы ему утянуть меня в свои глубины, но не известно какие бы последствия имело близкое знакомство с шипами.
— Спасибо, — тихо произнесла я, подавленная собственной глупостью.
— Лика, пойми, все эти правила, не стремление лишний раз утвердить свою власть над тобой. Тут правда очень опасно и я не хочу, чтобы ты погибла или пострадала. Для этого я сделаю всё и ты пожалуйста помоги мне. Просто слушай и следуй тому, что я говорю. Тогда возможно нам удастся уцелеть.
Дав своё согласие, я послушно, шаг в шаг, следовала за мужчиной. Больше меня не привлекали окружающие красоты. Более того, в каждом растении, насекомом или мелком животном, которые встречались на нашем пути, мне мерещились угроза и опасность.
Ястон продолжал уверенно идти вперёд. Периодически он неожиданно останавливался и весь обращался к своим органам чувств. Иногда эр продолжал путь, а порой обходил участки пути с одному ему ведомыми опасностями. При этом он умудрялся придерживаться выбранного курса. Как ему этого удавалось оставалось только догадываться. Я бы давно заблудилась среди всех этих, по сути одинаковых, деревьев и кустов.
Несколько раз нам всё же не удалось избежать встречи с представителями местной фауны. Первый раз я не на шутку испугалась, когда услышала сзади громкий, непрекращающийся шелест. Инопланетянин среагировал молниеносно и задвинул меня себе за спину. В следующее мгновение из кустов выскочило нечто напоминающие гибрид рептилии и хищника из семейства кошачьих. Тело твари по строению напоминало кошачье, правда лап было не четыре, а шесть. Плюс три глаза на морде. Вместо шерсти животное было покрыто чем-то напоминающее чешую. Клыки и когти хищника были огромными и вызывали первобытный ужас. Угрожающе зарычав, животина пригнулась к земле, готовясь к прыжку. Ещё миг и воздух разорвало глухое шипение бластера. Пронзительно завизжав, тварь скрылась в глубине джунглей. Следующие обитатели планеты, которые нам повстречались выглядели не столь угрожающе.
Но кроме опасностей таящихся в джунглях, были и другие факторы усложняющие жизнь. Такие как невыносимая жара в условиях нестерпимо высокой влажности, а так же голод, жажда и быстро накапливающаяся усталость. Крохи еды и воды, потребляемые во время кратких остановок, мало чем помогали. В итоге ближе к вечеру я была так вымотана, что была готова лечь где угодно, лишь бы хоть немного отдохнуть. В отличии от меня Ястон выглядел лишь немного уставшим и продолжал бодро продвигаться вперёд. Однако заметив моё состояние и оценив начавшие сгущаться сумерки, принял решение искать место для ночлега.
Оставив меня стоять у среднего размера деревца, мужчина скрылся среди буйной растительности. Стоило ему исчезнуть из поля зрения, как мне снова стало страшно. Оставшись в одиночестве, я почувствовала себя удивительно маленькой и невыносимо уязвимой. Окружающий мир казался мне врагом, который только и ждёт момента для нападения. Казалось Ястона нет целую вечность. В душе всё сильнее крепла паника. Как никогда сильно я мечтала видеть хвостатого хама. К тому моменту, когда эр вернулся, я с трудом сдерживала слёзы страха и вздрагивала от каждого шороха. А ещё я была так рада его видеть, что испытывала почти физическую потребность обнять его, прижаться всем телом и не отпускать никогда.
Минут пять мы шли сквозь густые заросли, пока не вышли к огромному дереву. Ястон подвёл меня к объёмной нише в корнях дерева, защищенной от внешнего мира с трёх сторон. Ещё раз проверив её на безопасность, он дал добро забраться внутрь, что я и сделала с большим удовольствием.
Как это не странно, несмотря на невыразимую усталость, сон не шёл. Так же, чем больше темнело на улице, тем сильнее падала температура воздуха. А стемнело на улице очень стремительно. Вскоре я уже лежала сжавшись в комочек и отчаянно стучала зубами от холода. Неожиданно, сильные руки прижали меня к крепкому телу и накинули сверху куртку. По привычке я дернулась, стремясь вырваться. Действие скорее инстинктивное, нежели осознанное.
— Тихо ты, — шепнул мужчина, — я всего лишь хочу немного согреть тебя. Вместе спать теплее.
— Нам не опасно одновременно засыпать? — озвучила я неожиданно посетившую мою голову мысль. — Ну, в смысле, может будем по очереди дежурить? Если хочешь я могу быть первой, — хотя желания такого у меня конечно же не было.
— Спи уже. Просто положись на меня, — мягко ответил эр.
И я поразительно быстро уснула согретая теплом чужого тела, чувствуя себя в полной безопасности.
***
Следующий день с самого начала показался мне сущей пыткой. Мышцы протестующие ныли и не желали работать. С великим трудом я передвигала негнущиеся одеревеневшие ноги. К тому же за завтраком мы уничтожили остатки и без того скудного продовольствия. Всё вместе вызывало у меня ужас. Нам ведь ещё два дня идти, если верить Ястону. Я просто не выдержу!
В подавленном настроении, совершенно разбитая, я упрямо шагала за своим инопланетянином. Я сказала своим? Да, за время, которое мы провели в джунглях, я всё чаще начала ловить себя на этой пугающей мысли. Инопланетянин, казавшийся мне недавно совершенно невыносимым, чуть ли не ненавистным, сейчас представлялся мне надёжной стеной за которой можно укрыться. Был той самой опорой, которая не давала мне пасть духом и сдаться на милость обстоятельствам. Странно, обычно, когда кто-то попадает в экстренную ситуацию, то невольно демонстрирует худшие стороны своего я. Все самые неприглядные черты характера лезут наружу под гнётом стресса. Ястон же наоборот демонстрировал удивительную выдержку. Он не злился на мои ошибки, не раздражался когда я срывалась и была близка к тому, чтобы банально разреветься. Наоборот он был заботлив и внимателен. Непостижимым образом он чувствовал меня и останавливался на привалы раньше, чем я начинала требовать отдыха.
