ей была по душе, но желание написать заявление всё же имелось. Дилемма.
Как-то незаметно для себя, за разговорами с клиентом, ассистент Ким вышла из здания, провожая владельца косметической фирмы и его помощников.
— Кажется, вы нравитесь моему племяннику, — шепнув на ухо, подмигнул на прощание господин Хан. — Он, конечно, печётся о фирме, предлагая вам должность, но о своём сердце больше. Молодость… Но я бы на вашем месте подумал.
И, вновь подмигнув, мужчина сел в машину на заднее сиденье. Юри с застывшей улыбкой не знала, как реагировать на такие отеческие наставления. Её сейчас сватали или работу предлагали? Но не успела она опомниться, как горе-воздыхатель протянул ей корзинку, наполненную шоколадом.
— Не сочтите за наглость, но, Юри, вы мне правда нравитесь.
Квон Минги как-то стеснительно улыбался, вручая презент, будто показывал своё настоящее мальчишечье лицо, без всей этой пафосной напыщенности и самоуверенности. И ей льстили эти метаморфозы, как и озорной взгляд на неё и её голые коленки. Вот только поблизости снова оказался начальник Ли…
Глава 7
— Ты пялишься, — окончательно констатировала Йесыль, наблюдая за братом, который не отводил взгляда от окна.
— Нет, — отозвался Минхо и тут же оскалился, показывая, что и до этого внимательно слушал рассказ сестры.
— Ты пялишься.
— Нет! — с нажимом выдавил Минхо, незаметно сжимая кулаки.
Они сидели в кафе с большими панорамными окнами, обсуждая семейные дела и её нынешнюю и будущую работу. Здесь было прохладно, играла приятная музыка, а ещё отсюда хорошо виднелся главный вход, Юри, которая вышла вместе с клиентами, её короткое платье и умопомрачительные ноги. И этот помощник Квон.
— Ты пялишься, — не унималась сестра, добиваясь от брата «поражения».
— Ладно. Сдаюсь.
У Минхо ходили желваки, а скулы, кажется, ещё больше заострились от недовольства сложившейся ситуации. Переговоры с возможным партнёром оказались так не кстати.
— Мой брат влюблён в свою подчинённую, — по слогам произнесла Йесыль и восторженно захлопали в ладоши. Минхо скорчил недовольное лицо, искоса глядя на сестру. — Я отмечу день в календаре, когда ты решил поступиться своим принципам. И вообще, я уверена, что она такая же «шизанутая», как и ты.
— С чего такие выводы? — от удивления поднял брови Ли-младший, не ожидая, что вот так сразу ему всё выскажут в лоб.
— Потому что другие тебе и не понравятся.
— У меня были девушки…
— И ни одна не задержалась дольше года, а то и меньше, — назидательно подняла пальчик Ли Йесыль.
Мужчина недовольно поджал губы. С девушками у него действительно не складывалось. Никто не выдерживал его полной отдачи работе. Впрочем, это он не готов был ради них что-то изменить в своей жизни. До этого момента.
— В твоём случае противоположности отталкиваются. Это факт, — сестра, как обычно, подмечала и говорила очевидное. Эту черту характера Минхо в ней любил меньше всего. — О! Он сделал ей подарок.
Такого поворота мужчина стерпеть точно не мог. Ему и так не особо нравился помощник Квон с его бестактными и наглыми предложения, а теперь и подавно хотелось пересчитать ему рёбра. Не бить же, в самом деле, в челюсть, лицо ещё людям показывать.
— Какой нахал, — специально задевая за живое, будто наступала на собранную мозоль, комментировала сестра. — Кажется, у тебя есть конкурент.
— У меня нет конкурентов, — ни секунды не задумываясь, Минхо оставил на столе деньги и, поправив галстук, вышел из-за столика.
— Самоуверенность, братик, может сыграть с тобой плохую шутку.
Только он уже не слушал. Наслушался во все предыдущие разы, когда она говорила, что за счастье нужно бороться и любить значит тоже отдавать. Весь этот женский бред, который говорится в эмоциональном порыве. Сейчас он готов побороться. И пусть первой и неоспоримой целью будет восстановление собственной репутации в глазах Юри, — для него это важно, — второе, это определённо заявка на чувства. Включительно для всех окружающих.
— Не люблю молочный шоколад, — подоспел директор Ли, забирая из рук Юри корзинку и улыбаясь помощнику Квону во все тридцать два. — Надеюсь, на всю команду, которая участвовала в проекте, хватит.
Бесцеремонно, бестактно, да и просто нагло было влезть вот так с нахрапом в деловую (уже почти нет) беседу. Мужчины сверлили друг друга взглядами, отчётливо осознавая друг в друге конкурентов. Только Юри казалось, что она была здесь лишней. Третий не лишний, но должен уйти. И Ким здраво рассудила, что плевать она хотела на этих павлинов, когда её локтя коснулся Минхо, намекая остаться на месте рядом с ним.
— Спасибо, что доверились нашей фирме, — с прожигающим ядом улыбался директор Ли, пожимая руку Квон Минги.
За кривым оскалом помощника виднелась неприкрытая ненависть. Однако этикет обязывал соблюдать вежливость.
— Благодарим за помощь, — стиснул в рукопожатии костяшки Минхо помощник Квон и обратился к Юри: — Моё предложение в силе, ассистент Ким. Надеюсь на нашу встречу.
— До свидания, — за обоих попрощался Минхо, не давая вставить Юри ни слова, и жестом предложил провести её назад в офис.
Ласковая, словно мёд, улыбка растянулась на лице ассистентки Ким, дополняемая убийственным взглядом. Её видел только Минхо. Благо делегация, дождавшись, когда в машину сядет помощник Квон, быстро уехала. Они остались одни и могли выяснить, что только что произошло.
— Я для тебя какая-то шутка? — каждое слово она произнесла настолько отчётливо, что у Минхо даже холодок пробежал по спине.
И если она не накинется на него прямо сейчас, то он мог с уверенностью сказать, что теперь ему точно придётся ходить и оглядываться. Столько скрытой агрессии в его сторону он ещё никогда не получал.
— Не позволю, чтобы кто-то переманивал моих сотрудников, или ты шоколадками делиться не хочешь? — попытался отшутиться Минхо, но вышло на троечку.
Юри впервые за свою жизнь пожалела о том, что не пошла на тхэквондо и не имеет ни одного дана. Хотелось врезать наглецу-начальнику, чтобы не смел себя так вести. А потом она запоздало вспомнила, что этого склерозника нельзя бить. Он, конечно, может всё забыть, но потом-то обязательно вспомнит. В общем: как до жирафа. Единственный минус всей этой ситуации — они на работе, в обществе, среди тех, кто даже не подозревает, что между ними происходит. А потому фривольное обращение на «ты» было точно не к месту. Хотя так хотелось закатить скандал и отомстить. Но, видимо, вселенная услышала молитвы Ким. На телефон трелью пришли сообщения. Юри, игнорируя директора, быстро открыла вложения от Ынби и тут же прикусила губу. За порозовевшие щёки она точно не ручалась, но чувствовала, что жар прильнул и к ним. На пересланных фото была
