самых огромных небоскрёбов. Всё вспомнить, чтобы забыть.
Автомобиль остановился возле дома Бриза. Да, сколько здесь воспоминаний. Первые тусовки, первые глотки дешевой водки, первые записи в блокнотах радужных фантазий. Всё это когда-то было впервые.
Перед глазами всплывали отрывки прошлого: спасаясь от бесконечной воронки ругани, хаоса и грязи, Том уходил к лучшему другу. В доме Джима становилось намного легче. Пыльные мысли уходили прочь, на горизонте была только долгожданная радость, счастье и все положительные эмоции. Было здорово.
Через минуты, Джим вышел из подъезда. Видимо, увидел, что друг уже на месте. Он был чуть грустный: видно, опять что-то не так в отношениях с Ингой. Но прийти на помощь другу, было важнее. Иначе, тот точно, воспользуется предметами из тумбочки.
Джим сел в автомобиль.
— Привет, бро. — протянул руку.
— Здравствуй, Джим. — пожал.
— Что случилось?
— Это долгая история. Ты сегодня занят чем-то?
— Нет. Свободный, как птица в полёте. — он выдохнул.
— Я хочу поехать в одно место, которое очень важно для меня. Я никогда тебе его не показывал. О нём, знала только Катина. Чёрт… И, сегодня я сделал огромную ошибку. Короче, ты готов к путешествию? — Том ухмыльнулся.
— Конечно. Куда же ты без меня? Синих океанов, захватим? — Джим подмигнул ему.
— Порой мне кажется, что они сопровождают всю мою жизнь.
Машина тронулась, и парни помчались за бутылками сока с градусом.
* * *
— Серьёзно? Ты купил дом на горе?
— Да.
Молодые люди стояли возле того самого дома, который музыкант купил утром.
— Добряк, ты сумасшедший! Сколько ты заплатил за это? — Джим, осматривал вид.
— Достаточно, чтобы понять, что всё это было зря. Ладно, пошли.
Парни зашли внутрь дома.
Огромная прихожая, была какой-то «волшебной». Множество вешалок, и тумб для обуви открывались глазам. Видно, специально сделано, для большой семьи.
Джим и Томми прошли в гостиную: большая комната, была настолько светлой, что люстру не к чему было и включать.
Парни плюхнулись на мягкий ковёр, который лежал возле камина. Открыв две первые бутылки вермута, они «чокнулись».
— Ну что? Теперь, расскажешь? — Джим сделал глоток.
— Мы с Катиной больше не вместе. — Том повторил за другом.
— Это я понял. Что именно случилось?
— Она написала, что у всё. — Томми выдохнул, и сделал ещё один глоток. Только, намного больше.
— …ты серьёзно? — Джим выпучил глаза.
— Те эмоции, которые она давала мне, были такие живые, настоящие. Я бы никогда не подумал, что кто-то ещё, удовлетворяет её, пока я выбирал для неё всякие «приколюхи» и дорогие подарки. Да дело даже не в них, а сам знаешь в чём. — говоря это, музыкант ударил кулаком по полу.
Настигла тишина. Джим ничего не говорил другу. Да и нечего было говорить. Всё за него произнесла тишина. Неужели Добряк был достоин такого сценария? Мечтал, мечтал, мечтал о любви и на тебе, пинок под рёбра. Лучше бы и дальше мечтал.
Грёбаный TomCity. Почему здесь нет этой ванили?
Том бы давно уже переехал, зачем мучиться? Но этот город его держит здесь. Почему? Нет ответа. Просто, видимо ещё не время переезжать. А билеты всё ждут в кассе вокзалов.
— Пошли на улицу? — Джим закрыл глаза.
— Пошли.
Парни встали и направились в сторону выхода.
Океан всё бушевал. И правда, стихия сегодня была дикой и не спокойной. Тучи постепенно закрывали облака, и на улице становилось холодно. Это не было похоже на июль. И не дето это было вовсе. Дело в состоянии главного добряка.
— Как будто выдали нам на двоих одни патроны, и решалось, кого нужно убить. Да только, у меня рука не поднялась. А меня, пристрелили. Её слова, запачкали багряным цветом мне рубашку. И я уверен, если бы это было ещё раз — она бы не промазала. — Томас сделал несколько глотков алкоголя и улыбнулся.
— Но ничего. С ранением вверх проползешь, ты же сильный, справишься. — Джим не знал, что отвечать на такие слова.
Рыжеволосый взял камни, что лежали у ног и начал прижимать их к груди.
— Пусть камни падают с горы, я их впитаю болью. — с этими словами, Томми подошел к краю горы, и начал кидать камни вниз.
— Томас… — Бриз подошёл к другу.
— Что? Смотри, я даже не боюсь упасть вниз, чтобы разбиться о все домыслы прессы. А она будет смеяться надо мной, а потом сыграет с другим эту же пьесу. Мне интересно, сколько у неё было таких же придурков, что с вершин попадали вниз? — он ухмыльнулся.
— Что за наивные люди?
— Лохи, блять.
Молчание. Джимми пытался понять, как успокоить братика, но не получалось. Всё что сейчас нужно было Добряку, так это напиться до потери памяти. Чтобы забыть этот бредовый сладкий сон. Забыть Катину, и всё что было, в течение этих месяцев. Просто, что бы этот кусок воспоминаний больше не существовал.
— Какого хрена?! — Томми резко стал топать и кричать.
— Томми, тише. — музыкант подошел и положил ладонь на плечо рыжеволосому.
— Да что тише? Ты любишь, ты любим, Джим! У вас с Ингой, все как нельзя лучше. А я? Что я? Я просто хотел любить. — Добряк ударил себе по лицу ладонью.
— Ты мне не верь, что я влюблён. Это же TomCity, Томас! Кто тут любит? — Бриз ухмыльнулся, — Только те, кто видел томчики.
— Ты их, не видел, что ли? — Том удивился.
— А ты? — парень сделал глоток вермута.
Неловкое молчание. И правда, кто из них их видел? Это же TomCity.
Тучи соприкоснулись, и начался дождь. Такой холодный, что разрывал всю теплоту внутри музыкантов. Огромные капли взрывались при прикосновении тел ребят. Показалась молния. Такая красивая и бесстрашная, била о землю и океан. А сам океан, сходил с ума. Сильный ветер уронил корабль, что был у берега. Теперь, и детское воспоминание разрушено. Похоже, надвигался апокалипсис.
— Пошли в дом? — фантазёр посмотрел на музыканта.
Добряк стоял с опущенной головой. Настолько устал от этой жизни, что кажется, сейчас ему ничего не стоит спрыгнуть с горы, и разбиться к чертям. Даже инструментами из тумбы не надо будет пользоваться, так намного легче.
Тяжёлые выдохи, вдохи сопровождали парня. Глаза закрывались через каждую секунду. Чёрт. Надо поспать.
Джимми взял под руку парня, и они зашли в дом. Боже, какой же это был, хреновый день.
6. Больная среда: Запрещён
— Как ты относишься к людям, которые употребляют? — бородатый сделал глоток кофе.
Трое сидели в кофейне, пили горячие напитки и разговаривали о музыке. Они готовили совместный проект, и, кажется, это будет что-то взрывное, непохожее на ранее исполняемые треки. Серьёзно,
