обязательств – быть достойным. Стены этой «альма-матер» выпустили столько заслуженных людей с мировым именем, что хватило бы на несколько вузов, это адмиралы М. П. Лазарев, Ф. Ф. Ушаков, П. С. Нахимов, Г. И. Бутаков, Д. Н. Сенявин, И. Ф. Крузенштерн, Ф. Ф. Беллинсгаузен, Н. Г. Кузнецов, С. Г. Горшков, В. Н. Чернавин, художники И. К. Айвазовский, В. В. Верещагин, А. П. Боголюбов, композитор Н. А. Римский-Корсаков, автор толкового словаря русского языка В. И. Даль, авиатор П. Н. Нестеров, кораблестроитель А. Н. Крылов и более полусотни выпускников, удостоенных высокого звания Героя Советского Союза и т. п. Мне тоже посчастливилось учиться в этих исторических стенах, говорящих на своем немом языке.
После выпуска – штурман ПЛ Черноморского флота со своими прелестями южного климата и суровостями флотских традиций. Опытные отцы-командиры воспитывали будущую смену. Высокий интеллект и кругозор капитана 2-го ранга Ф. С. Сарбаша, решительность, находчивость, творчество торпедных атак капитана 2-го ранга В. Я. Бабенко (Владимир Яковлевич получил три бинокля от ГК ВМФ за успешные торпедные стрельбы, жаль, одного не хватило, чтоб на всю семью, зато с часами было в избытке, а также два приза ГК ВМФ), уравновешенность, тактичность, скрупулезность, человечность наряду с требовательностью капитана 2-го ранга В. В. Ермолова шлифовали штурмана, старпома – офицера-подводника как индивидуальность для будущего самостоятельного плавания по морям жизненных ситуаций и служебных обязанностей единоначальника, которому доверят жизни людей, судьбу корабля. Умелые дополнения в огранке командирской индивидуальности вносили и более высокие начальники, ведь ПЛ в соединении, как узел в механизме, и в каждом надо быть уверенным, чтобы решать единые более сложные задачи, а командир – всему голова, и командует он в отдельном плавании частью суши страны, а корабль бережет покой Родины (КУ ВМФ: «Командир корабля отвечает перед Коммунистической партией и Советским правительством за боевую и мобилизационную готовность корабля…»), ведь и рыба гниет с головы, но на подводной лодке и командир без экипажа не командир. Вот и производили оценку по всем составляющим, чтобы потом доверять. К этим людям следует отнести: командира 153 ОБПЛ контр-адмирала Б. М. Царева, командира 14ДПЛ контр-адмирала С.Г.Алексеева, командира 14ДПЛ контр-адмирала Ф. И. Погорелова, командира 131 ОднПЛ капитана 1-го ранга В. И. Звершановского, начальника штаба 131 ОднПЛ капитана 1-го ранга М. Ю. Горишного, флагманского штурмана 14ДПЛ капитана 2-го ранга В. Я. Шнеера, которые подправляли самостоятельную деятельность командира с учетом накопленного опыта, не подавляя разумную инициативу, позволяли развивать индивидуальный самостоятельный подход к решению задач боевой подготовки, не отрываясь от генерального направления и конечной цели. Результат сказался: подводные лодки, которыми я командовал, были в числе передовых, а по БЗЖ – лучшие на флоте. Неоднократно принимал участие в совместных учениях и отработке противолодочных сил, выполнении боевых упражнений как наших соединений, так и кораблей стран Варшавского Договора. Интересный факт произошел на приеме у командующего ВМС Румынии в 1985 г., когда моя ПЛ участвовала в отработке противолодочных задач, он сказал, что у него особое отношение к подводникам, т. к. сам проходил подготовку как подводник в г. Одессе. Я не решился задать вопрос хозяину кабинета – какого флота, а лишь поблагодарил за радушный прием и отличное обеспечение совместной работы.
В сентябре 1986 г. на ЧФ были впервые выполнены торпедные атаки по ОБК 4 торпедами из носовых торпедных аппаратов («С-376») и 2 – из носовых, 2 – из кормовых («С-74»), которой я командовал в период ремонта своей. Атаки были проведены и при тщательном разборе в соединении и на флоте привнесли практический опыт для совершенствования элементов управления ПЛ и КБР в условиях сложных атак. За период службы на действующих соединениях значительную часть времени провел на подводных лодках первой линии, постоянной готовности, неоднократно решая задачи боевой службы и боевого дежурства, оттачивая мастерство и приобретая практический боевой опыт.
В Одессу для дальнейшего прохождения службы на плавающих ПЛ убыл 13 января 1989 г. в 13-м вагоне, 13-е место. Это судьба. В марте 1991 г. увел в Севастополь последнюю ПЛ «Б-б» из 131 ОднПЛ, который и перестал существовать. Надрывно прогудел лодочной сиреной несколько раз, почувствовал горестное волнение расставания, ощутил тепло крепкого морского мужского прощального рукопожатия старшего морского начальника г. Одессы (командира 131 ОднПЛ) капитана 1-го ранга В. И. Звершановского, вспомнил добрые напутственные слова и пошел в море, огибая Потаповский мол, мимо побережья, ставшего родным. Так закончилась летопись Одесских подводных сил, так прощался подводный флот с Одессой, а остался он в Одессе в памятниках и в доброй памяти людей служивых и живущих рядом с ними. Мне же выпала честь быть командиром последней действующей подводной лодки Одессы.
В январе 1992 г. в Москве в ГШ ВМФ состоялся установочный съезд «Союза моряков-подводников». Для участия в нем от ЧФ были делегированы: НШ 153 БПЛ капитан 1-го ранга В. А. Аникин и я. Мне пришлось выступать на съезде, затем рассказывать о целях и задачах Союза по «Маяку». Председателем Союза был избран адмирал флота В. П. Чернавин, а я был избран в исполнительный комитет Союза. По приезде мы довели до подводников соединение атмосферу проведения съезда, принятые решения и начали создавать подразделения Союза в Севастополе, Балаклаве, Феодосии. Тогда же в ГШ ВМФ узнали, что на всех флотах осталось всего 123 действующих командира ПЛ. Принадлежность к этой армии подогревала гордость. В 1994 г. я просил ЦК Союза вместо меня от ЧФ делегировать членство в исполнительном комитете контр-адмиралу Ф. И. Погорелову.
Большое влияние на командира оказывает среда, т. е. командирское братство и друзья. Мне повезло. Это капитан 1-го ранга М. Ю. Горишный, капитан 2-го ранга В. В. Коновалов, капитан 1-го ранга Г.П. Паршин, капитан 1-го ранга В. И. Тихоновский, капитан 1-го ранга В. В. Суслов, капитан 2-го ранга В. И. Полиневский, капитан 2-го ранга А. А. Полянин, капитан 1-го ранга В. Я. Бабенко, капитан 2-го ранга Ю. К. Розанов, капитан 1-го ранга А. Я. Бабенко и др. В этом кругу учились друг у друга жить и воевать, перенимали и передавали опыт, рождали новые подходы к решению различных проблем и в спорах отстаивали их право на жизнь. Не только лестные отзывы доводилось слышать от них, но и беспощадную откровенную критику, однако, как и принято на флоте, в трудные периоды плечо друзей, реальная поддержка успокаивали и позволяли делать свое дело ответственно и как надо, с чувством самоуважения. Как нельзя лучше к коллективу подводников – экипажу подходят слова В. Высоцкого: «…и человеку за бортом здесь не дадут утонуть».
Закончив службу в должности командира большой океанской
