все. Капут. Ой, друг, а че это с тобой? У тебя кровь!
— Огнестрельная рана, — сказал незнакомец, прижимая руку к животу. — Мне в скорую надо. У тебя машина есть?
— Есть. Вон там, за рощей стоит.
— А ключи?
— Ключи в сумке, на берегу.
— Ну и хорошо.
Внезапно незнакомец столкнул Александра Владимировича в воду. Рыбак плюхнулся с той стороны, где течение подпирало платину. Его немедленно стало уносить под корягу. Вода сомкнулась над головой, прежде чем успел он задержать дыхание.
Тем не менее рыбак нашел в себе силы схватиться за ветку и даже подтянуться, чтобы попытаться преодолеть течение. Когда он это сделал, сильная рука уперлась в голову, толкнула так, что ноги тотчас понесло куда-то ко дну. Старик растянулся, на две трети, оказавшись под платиной. Намокшие пальцы соскользнули, и его унесло под воду, а потом прижало к бревнам. Он запутался между ветками, что-то сильно укололо его вбок. Течение было тут столь сильно, что Александр Владимирович не мог пошевелиться. Выпустив из легких последний воздух, он захлебнулся, навсегда оставшись под платиной.
* * *
— Неудобно мне будет руки на руль, — сказал я.
— Зубы мне не заговаривай, — строго ответил Волков. — Руки на руль.
Я одернул полу куртки. Под ней я держал Женин наган, направленным прямо в старика. Именно за ним я заходил в кабинет. Глупо было идти на встречу с таким подозрительным типом, как этот Волков, предварительно не вооружившись.
Волков медленно опустил взгляд к пистолету.
— Умный какой, — сказал он мне безэмоционально.
— Что делать будем? — спросил я.
— Молодой, мне терять нечего. Я уже своего пожил. Если даже пришьем друг друга, мне будет плевать.
Я хмыкнул.
— На такой понт меня не возьмешь.
— Ну так стреляй, — голос старика не дрогнул. — У меня будет время тебе пулю в живот пустить. Войдет она сбоку, под таким углом, что все кишки тебе перемесит. Прям тут скопытишься.
— Вы слышали про меня?
Старик нахмурился.
— Какая разница?
— Ну так слышали?
— Кое-что слышал.
— Значит, слышали недостаточно, раз думаете меня так жидко напугать. Стреляйте. Я отчаянный человек. Иначе так долго не прожил бы тут. А вот вы врете.
— Чего это я вру? — Повелся наконец Волков.
— Врете, что вам нечего терять. Вы умрете, а ваше дело, ради которого вы ко мне пришли, останется недоделанным.
Он не ответил. Стал угрюмым, как грозовая туча.
— Ты мне зубы не заговаривай…
— Я знаю, таких как вы, — перебил я Волкова. — Много общался с мужиками, кто меня гораздо старше. — Обычно подобных вам во все тяжкие кидает какое-то последнее дело. Важное дело.
Не было понятно, засомневался ли старик. По его лицу не угадывалась ни одна эмоция. Ни одна, холодности и угрюмости взгляда, которым он продолжал меня награждать.
— Если это дело — убить меня, — начал я. — Не сомневайтесь, я в долгу не останусь. Из конторы за нами следят мои друзья. Вы не уйдете отсюда живым.
— Я еще не решил, стоит ли мне тебя убивать, мальчик, — сказал Волков.
Я хмыкнул.
— А я еще не решил, стоит ли мне убивать вас. Однако, признаюсь, я очень близок к такому решению. И во многом оно зависит от вас.
Я замолчал, глядя в маленькие внимательные глаза Волкова. Потом добавил:
— Ну так что?
Старик медленно опустил пистолет, но не убрал оружие из рук. Так и остался сидеть с наганом. Я тоже отвел ствол своего револьвера, но так, чтобы в любую секунду его можно было направить обратно.
— Ну и хорошо, — начал я. — А теперь давайте с вами поговорим.
— Храбрый мальчишка, — вдруг ухмыльнулся Волков.
— Храбрый старик, — не остался я в долгу.
— Ну что ж, — Волков вздохнул. — Давай поговорим, раз уж так. Пострелять мы все равно еще успеем.
Глава 8
— Оружие можете убрать, — я указал взглядом на пистолет. — А то с пушками в руках разговоры обычно плоховато клеятся.
— Тогда ты тоже убери, — кивнул мне Волков.
— Давайте вместе.
Волков посмотрел на меня с хитрым прищуром, потом все же поднял пистолет, чтобы сунуть его во внутренний карман пальто. Я медленно отправил наган в карман куртки.
— Так и зачем вы пришли? — спросил я.
Волков ответил не сразу. Несколько мгновений сверлил меня взглядом, словно бы тщательно подбирая в уме каждое слово.
— Скажи, ты знаешь некоего гражданина по фамилии Фурсов?
Я потемнел лицом.
— А что, этот шельмец со своим дружком не свалил из города? Я надеялся, что свалит.
— Ты отдал им пистолет и документы? — Внезапно спросил Волков.
— Я, — не повел я и бровью. — И что?
— Зачем?
— Потому что хотел, чтобы они отстали от меня и Марины.
— Марина… — Проговорил Волков так, словно бы пробуя имя девушки на вкус. — Это внучка Кулыма?
Я удивился, но по привычке не выдал своего удивления старику.
— Вы знаете Кулыма? Не, я понимаю, что его много кто знает, но далеко не каждый так близко, чтобы помнить имя внучки.
Волков снова замолчал. Было понятно, что он мне не доверяет. Старый детектив, если он и правда был детективом, явно размышлял над тем, что именно мне можно сказать и как не сболтнуть лишнего.
— Да. Знал. Мне приходилось с ним работать, — ответил Волков, и признаюсь, его ответ немного
