Службу регистрации статуса, пора собирать экипаж.
– Нэйт, – вызвал старшего помощника.
– Слушаю, капитан, – ответил тот.
– Через пять минут все свободные от несения вахты офицеры и прочий персонал должен быть собран в кают-компании.
– Слушаюсь, лир, – и отключился. Отсутствие лишних вопросов, вот за что всегда ценил этого ноарийца.
Двери общей комнаты открылись, являя мне напряженных военных. Слухи у нас распространяются очень быстро, особенно учитывая количество свидетелей инцидента в столовой.
– Лиры, – без предисловий начал я, – сообщаю всем, что лира Элиза Кроуфорд является моей единственной. В связи с этим любая открытая агрессия или скрытый вред, причиненный моей паре будет расцениваться как вызов, брошенный лично мне. Надеюсь, не нужно напоминать, что в таком случае последует, – вот и хорошо, ноарийцы молчали, настороженно поглядывая то на меня, то на принца. Ну да, формально я имею право вызвать его на поединок, но эту золотую фишку, пожалуй, приберегу на будущее. – Если вопросов нет, разойтись, – бессмертных, дерзнувших задать вопрос, не оказалось, даже высочество, проникшись, молчал. – Нэйт, – подозвал помощника, – старшего офицера по связи срочно ко мне на мостик, – все же нужно открыть выход в сеть для Шейна.
Два дня мы сменяли с кервом друг друга, дежуря у капсулы ренегара. Так уж вышло, что последние минуты до полного исцеления выпали на мое время. Удары моих сердец вели обратный отсчет вместе с механическим голосом программы. Тихий щелчок, и прозрачная крышка плавно открылась, легкий импульс заставил организм пробудиться, и на меня уставились невозможно серые, еще мутные ото сна глаза.
– Элиза, как ты себя чувствуешь? – с волнением подскочил к девушке, тут же заграбастывая хрупкую руку.
– Как после восемнадцати часов на пилотном тренажере с бесконечными взлетами, посадками и маневрированием, – прохрипела малышка, а я поспешил дать ей воды.
– И такое бывало в твоей практике? – удивился упрямству и силе духа моей звездочки.
– Захочешь сдать экзамен майору Громовой и не на такое решишься, – ухмыльнулась Лиз. – Где Шейн? – ревность царапнула коготком, но на удивление мягко.
Элиза Кроуфорд
– Уже здесь, милая, – здоровяк рванулся ко мне, но в последний момент затормозил, с затаенным отчаянием глядя в глаза, но меня уже было не остановить.
– Я сейчас сама встану, – с угрозой начала, – и тогда…
– Детка, не стоит нам сейчас экспериментировать, – все также мялся в сторонке керв, но мое упрямство пересилило.
Натянув повыше тонкую простыню, выданную мне только что генералом, кряхтя, начала вылезать, капитан отошел в сторону, предоставляя больше места для подвига. Слабость еще ощущалась, но где-то отдаленно. Обнаженные ступни почти коснулись пола, и Норман не выдержал и осторожно перехватил за локоть, прекращая геройство. Не знаю, чего он ожидал, но просто расплылся в улыбке, когда я притянула его ближе к себе и звонко чмокнула в сладкие губы. А потом воспоминания о произошедшем резко всплыли в памяти.
– Чем это меня накачали? Убойная штука! – спросила мужчин.
– Это моя вина, – начал сеанс самобичевания кэп, – не смог предвидеть всего и защитить тебя.
– Кто сумел провернуть такое? – гораздо важнее выяснить именно это.
– Судовой врач – Ром Парсон, – вот это поворот.
Так я стала затворницей в каюте капитана Неиды. Шейн также временно переехал вместе со мной, Гектор был не слишком рад такому решению, но смирился, признавая, что так будет лучше для меня. Несколько раз к нам пыталось прорваться чокнутое высочество, но Тимерон так и не выдал ему разрешение, отговариваясь моей безопасностью. Мне же не хватало простора. Не прошло и пяти дней, а я уже была готова на стены лезть. Поистине королевских размеров комнаты ноарийца стали казаться мне тюрьмой. Не представляю, как выдержать вторую половину пути. Не помогали ни физические упражнения, ни изучения особенностей Ноарии, файлы по которой мне предусмотрительно передал капитан. Моя деятельная натура требовала движения. О том, чтобы допустить меня к пилотированию кораблем не могло быть и речи, мужчины, лишь услышав робкое предложение с моей стороны, пришли в ужас и еще пол дня рычали.
На утро восьмого дня путешествия я решила что-то изменить. Это время обычно со мной проводил керв. Вот и сегодня, высунув нос из-за двери спальни, к своему удовольствию обнаружила бугрящуюся мышцами спину здоровяка, плавно двигающуюся вверх-вниз на полу в гостиной. Идеальное, мощное тело поднималось и опускалось, ноги слегка расставлены, аппетитные ягодицы в простых трикотажных штанах, притягивали взгляд. Шейн уже, разумеется, в курсе, что я проснулась и сейчас наглым образом подглядываю за ним. Еще ни разу мне не удалось подобраться к нему незамеченной.
– Не хочешь присоединиться к тренировке, малышка? – совершенно ровным голосом спросил он.
Ты сам напросился, милый. Плавными шагами двинулась вперед, одеваться не стала. Зачем? У меня ведь совершенно иные планы. В простых хлопковых трусиках и майке подошла и улеглась сверху, грудью прижимаясь к широкой спине.
– Что ты делаешь? – слегка сбившись с дыхания, спросил он.
– Присоединяюсь к тренировке, что же еще, – мурлыкнула я и провела носом по позвоночнику, шумно вдыхая кружащий голову аромат моего мужчины.
Руки сомкнулись на животе, шаловливые пальчики обвели проработанные кубики.
– Это твоя месть за душ, жестокая? – ох, бедняжка, совсем охрип.
– Не понимаю, о чем ты, – в следующую секунду я уже лежала на спине на мягком покрытии пола с широко раскинутыми в стороны ногами, а сверху надо мной нависал Шейн.
Янтарные глаза сверкали предвкушением, узкие бедра плотно прижались к моим, а потом вдруг он надавил сильнее и качнулся вперед-назад. Черт! Его горячий твердый член удивительно правильно и столь необходимо сейчас скользил по тонкому хлопку. Шейн вглядывался в мое лицо, силясь выискать в нем любые признаки сомнений. Он был готов отступить ради меня. Глупый! Я сама неистово желала этой близости. Обвила крепкую шею руками и притянула его к своим губам.
– Неужели заставишь умолять? – шепотом выдохнула в его приоткрытый рот и прижалась в нежном поцелуе, чтобы сразу оторваться и взглянуть снова.
Неверие, ликование и темное, жаркое предвкушение за один миг промелькнули в потрясающих желтых глазах. По коже немедленно пробежала сотня крохотных разрядов, в голове сладко зашумело. Мужчина поднялся на ноги и рывком прижал меня к своей груди, фиксируя за ягодицы, мучительно медленно подхватил и поднял выше, оплетая моими ногами свою талию. Он уже тяжело дышал, шумно втягивая воздух сквозь приоткрытые пухлые губы, но не спешил, смакуя каждую острую эмоцию и сладкую дрожь.
– Как долго я ждал тебя, моя Лизи, – нежно произнес он мне в скулу и проехался ртом по щеке, зарылся одной рукой в волосы, второй продолжая удерживать меня на весу.
Еще один пронзительный взгляд глаза в
