она, не подняв головы.
Джин смыла водой грязь с царапины, маленький мальчик всхлипнул и уткнулся головой ей в плечо.
Когда его нога высохла, она покопалась в сумочке свободной рукой. Она не вынимала оттуда мини-аптечку со времен работы в семейной клинике. Вот она. Бросив быстрый взгляд, Джин посмотрела, какие есть варианты.
— Милый, ты хочешь пластырь с бабочкой или с Трансформерами?
Мальчик вскинул голову. Серьезно изучил пластыри у нее в руках. И указал дрожащим пальцем на Трансформера.
— Прекрасный выбор, дорогой, — но ей было не дотянуться до его колена обеими руками, — давай ты подвинешься…
Он изо всех сил обхватил ее за талию. Он не сдвинется с места, да?
— Ну, тогда…
Над ними раздался низкий смешок, и Аттикус опустился на колени рядом с ними.
— Похоже, ты пострадал в битве, солдат? — сказал он. — Могу я перевязать твои раны?
Большой палец во рту мешал мальчику говорить, но он вытаращенными глазами смотрел, как Аттикус взял у Джин пластырь, снял с него защитную ленту и легко и быстро заклеил ссадину. Только по еле заметному вздрагиванию было понятно, что ребенок что-то почувствовал.
— Ну, теперь все хорошо? — Джин не сводила глаз с пластыря, а не с тонких пальцев Аттикуса. Он во всем хорош? В связывании, доведении до оргазма… и приклеивании пластыря. — Ты можешь поблагодарить детектива?
Не вынимая пальца изо рта, мальчик сказал:
— Спасибо!
— Вот их мама, — Бекка спустила девочку с колен и указала на продуктовый магазин.
— Мама! — бросилась через улицу девочка.
Мальчик вскочил, чуть не споткнувшись снова, и кинулся за сестрой, забыв обо всех ссадинах.
Улыбаясь, Джин смотрела, как эта парочка с размаху врезалась в маму, едва не рассыпав пакеты с продуктами. Покачав головой, женщина наклонилась, чтобы внимательно осмотреть царапину. Может, она и не следила за ними так хорошо, как стоило бы, но она их любила.
— Все отлично, — Бекка взглянула на Аттикуса, потом на Джин: — Я пойду куплю барбекю. Я тебе тоже захвачу, подруга, — не дожидаясь ответа, она перешла дорогу.
Пока Джин просто смотрела ей вслед, Аттикус плавно поднялся на ноги. Он ухватил Джин за плечо и потянул вверх.
— Вы отлично поработали, дорогой психолог. Вы прекрасно управляетесь с ранеными солдатами.
Комплимент согрел ее сердце, и она не нашлась с ответом.
— Ах, спасибо.
Он задумчиво смотрел на нее, заставив ее слишком хорошо осознать размер и силу его пальцев, все еще сжимающих ее руки. Он удерживал ее на месте. От этого мурашки бегали по спине.
— Джин, — сказал он мягко, — похоже, между нами не все закончено.
Что?
— Но… нет, всё.
Он коснулся ее щеки, пристально глядя на нее. Неужели он видит, что внутри она вся дрожит?
Он мог.
— Врушка. Я не хочу давить на тебя… здесь. Но я буду на вечеринке у Джейка и Кайли завтра вечером.
Она просто уставилась на него и увидела улыбку, хищную, как у акулы.
— Это приглашение поиграть, зверушка, — он провел пальцем по ее щеке, потом ушел к стене для скалолазания.
Через секунду Джин поняла, что смогла наконец вдохнуть. Она огляделась. Две девочки-подростка завистливо посмотрели на нее, прежде чем снова перевести взгляд на Аттикуса.
Бекка, отвернувшись, стояла в очереди к грилю, на котором жарили мясо пожарные.
Дыши медленнее, Джин. Как же это сложно. Потому что Аттикус позвал ее на БДСМ-вечеринку. Потому что он сказал: «Не хочу давить на тебя здесь», имея в виду, что там он будет на нее давить.
Если она придет.
Сходить на эту вечеринку — крайне дурацкая идея.
Не потому что он придурок. Она его уже простила. В конце концов, он считал ее невероятным халтурщиком Ховардом Сайделом, который натворил дел с Сойером.
Нет. Ей нельзя идти, потому что нельзя иметь никаких дел с родственниками Сойера.
Она обошла мужчину, который уговаривал сына попробовать взобраться на стену. Пробовать всякое — это правильно.
Хотя, может, не на этой вечеринке.
Если даже не брать во внимание этические моменты, она все равно сомневалась. Ей слишком легко впасть в зависимость от мужчины. Особенно от такого. Этот сексуальный Дом-детектив мог заполучить ее, не прилагая никаких усилий.
Но… честно говоря, ей хотелось узнать побольше о БДСМ, а здесь таких возможностей мало и выпадают они редко.
Что случится, если она пойдет на вечеринку? Она примет участие в одной-двух сценах. В конце концов, играть с Домом на вечеринке — это не свидание. Появиться, что-то вместе поделать и оставить мужчину там, где его взяла.
БДСМ-мероприятие может быть чем-то вроде посещения библиотеки, где вместо книг — мужчины. Берешь парня на некоторое время — сцену — и возвращаешь, чтобы им могла воспользоваться следующая посетительница.
Но Аттикус сможет иметь дело не только с ней. Внутри нее все сжалось. Ей придется смотреть, как он играет с другими женщинами?
Ну, пусть лучше ей будет не приятно, чем она сама с ним свяжется.
Ну, хорошо. Она придет в библиотеку Домов, организованную Джеком и Кайли, и попробует всякое пару раз. Но книгу-Аттикуса она оставить стоять на полке.
Глава 7
«Это плохая идея, Джин. Это на самом деле плохая идея. Конечно, сегодня вечер субботы, — но стоило просто остаться дома». Джин шла за Беккой по оформленному в деревенском стиле «Серенити Лодж», поднимаясь вверх по лестнице на закрытый этаж, где жили Бекка с Логаном и ребенком.
— У Кайли и Джейка была вторая половина этого этажа, но когда они переехали, мы сделали перепланировку, — сказала Бекка, — мы расширили нашу гостиную, из их гостиной сделали игровую, а из их спальни — детскую.
В гостиной обнаружилась куча женщин, и Джин замерла на секунду, вспомнив все ужасные моменты, когда она была новой девочкой в школе. Ее отец, работавший на руководящей должности, трижды перевозил семью в новое место. После того, как он ушел, они с мамой переезжали еще трижды — каждый раз, как она завязывала отношения с очередным мужчиной.
Как социальному работнику, ей нравилось встречаться с новыми людьми. Но оказаться новенькой в кругу старых друзей — совсем не то же самое. «Просто пристрелите меня».
Она натянула приветливую улыбку и пошла за Беккой.
— Эй, ты пришла! — к облегчению Джин, тут была Кайли. Сидевшая в кресле брюнетка приветливо ей помахала. — Я так рада! Вирджиния — называйте ее Джин — познакомься с Роной и Эбби из Сан-Франциско.
Эбби была кудрявой блондинкой с безупречной белоснежной кожей. Она словно утонула в большом кожаном диване, на котором сидела. Она доброжелательно улыбнулась Джин.
