облететь людей под зелёными розами и вернуться на башню. Кривошей держался над дорогой. Сломанная шея свешивала голову набок, поэтому один глаз видел телеги, а второй следил за небом.
У последней телеги человек опустился на колено и задвинул под ось маленький глиняный горшок. Из горлышка тянулся тёмный шнур.
Дальше по обозу другой человек присел у колеса. Он забил медную трубку в отверстие на внутренней стороне обода, провёл рядом белую черту и бросил на землю горсть зерна.
Зерно было важнее людей. Кривошей пошёл вниз.
За его спиной ударило пламя.
Первый смешанный обоз едва не погиб, потому что лошади не читали договоров.
Мы добрались до Королевских ворот, когда первая телега уже стояла поперёк проезда. Левое колесо упёрлось в створку, правое заехало на каменный бортик. Одна лошадь била копытом по мостовой. Вторая пыталась забраться на первую. Возница лежал между мешками и объяснял происхождение Оррина словами, которые не могли относиться к его законным родителям.
За телегой теснилась ещё сорок одна. Обоз изгибался вдоль стены до ближайшего холма. Пахло зерном, конским потом и очень свежим союзом.
Ренли и Маргери приехали вместе с нами. Первый считал обоз частью своей прежней армии. Вторая считала телеги.
Оррин стоял перед упряжкой. Железный воротник держал его голову под привычным углом. Для людей это выглядело так, будто начальник караула заранее осуждал любое объяснение.
— Я приказал входить по одной телеге, — сказал он.
— Они и входят по одной, — ответила женщина в зелёном дорожном плаще. — Первая заняла весь проход.
Её звали Малла. Дом Тиреллов доверил ей сорок две телеги, восемьдесят четыре лошади и возниц, которые считали любой приказ началом торга.
— Уберите мертвецов от ворот, — сказала она.
— Ворота охраняют мертвецы.
— Поэтому мы всё ещё снаружи.
— Охрана не может уйти с поста, чтобы груз вошёл на охраняемую территорию.
Малла посмотрела на меня.
— Это и есть ваше смешанное командование?
— Пока смешалась только первая телега.
Оррин велел двум стражникам освободить колесо. Они шагнули к упряжке. Ближняя лошадь увидела стрелу в шее первого, дёрнулась назад и посадила возницу ещё глубже в зерно.
— Отменить, — сказал я.
— Приказ был выполним, — заметил Оррин.
— Для стражников.
Тирион пролез между колесом и стеной, осмотрел ось и вернулся с раздавленным сапогом.
— Другие ворота уже, — сказал он. — Если гнать обоз туда, мы получим ту же проблему меньшего размера и завтра.
Маргери держала свёрнутый договор. Чернила действительно ещё не высохли. На её перчатке отпечаталась половина титула Ренли.
— Лошади привыкнут? — спросила она.
— Лошади привыкают к барабанам, крови и Лорасу в белых доспехах, — ответила Малла. — Но не тогда, когда перед их мордой стоит покойник со стрелой в шее.
Оррин потрогал древко. Оно осталось после первого ремонта как удобная ручка для поворота головы.
— Стрела казённая.
Из-за изгиба стены донёсся крик. Его подхватил следующий возница, потом ещё один. Слова растерялись по дороге, но последнее дошло без искажений:
— Огонь!
Над дальним концом обоза поднялось пламя. С нашего места были видны огонь над пологом и чёрный дым. Остальное объяснили лошади. У хвоста последняя упряжка рванула вперёд, сорок вторая телега ударила сорок первую. Через несколько телег дёрнулись другие лошади. Обоз задвигался кусками: тут провернулось колесо, там лошадь села на зад, дальше возница спрыгнул с козел. Треск и ругань катились к воротам вдоль стены.
— При пожаре закрыть створки, — сказал Оррин.
Мёртвые стражники взялись за воротный ворот.
— Не закрывать, — приказал я.
Они остановились. Одна створка уже двинулась и прижала первую телегу плотнее. Между ободом и камнем лопнул мешок. Зерно посыпалось на мостовую.
Задние лошади снова рванули. Один возница спрыгнул. Другой остался на козлах и пытался одновременно удержать поводья, молиться Семерым и обвинять первого в трусости.
— Малла, что вам нужно?
Она забралась на колесо первой телеги и посмотрела поверх обоза.
— Первые десять увести вправо за воротами. Освободить середину. Передавать приказ от возницы к вознице до хвоста. Горящий воз сбросить в канаву. Ваши покойники должны исчезнуть с дороги.
— Пост останется без охраны, — сказал Оррин.
— Поднимитесь на стену. Лошадям всё равно, кто командует сверху.
Оррин посмотрел на меня своим боковым взглядом.
— Она не входит в городскую стражу.
Нед выхватил у писца дощечку, перевернул договор и прижал его к щиту Оррина.
— При непосредственной угрозе обозу живой распорядитель меняет маршрут, — сказал он, записывая. — Начальник ворот сохраняет охрану и отменяет противоречащий старый порядок до окончания угрозы.
— До окончания подтверждённой угрозы, — уточнил Оррин.
Из-за изгиба выкатился горящий мешок.
— Подтверждаю, — сказал Оррин.
Маргери поставила подпись под поправкой. Песочных часов у неё с собой не было, поэтому Ренли промолчал.
— Исполнять новый порядок, — приказал я.
Оррин поднял руку.
— Стража на стену. Двое мёртвых остаются внизу. Живым закрыть лошадям глаза. Мёртвым отцепить последнюю телегу. Головы под железо.
Движение началось сразу.
Живые конюхи набросили мешки на морды первых лошадей и повели их за уздцы. Малла стояла на колесе, показывала направления кнутом и ругалась точнее любого сигнальщика. Двое мёртвых стражников побежали к огню вдоль самой стены, подальше от упряжек.
Возница подал первую упряжку назад на ладонь. Правое колесо соскользнуло с бортика, левое отошло от створки. Телегу выровняли, протащили под аркой и сразу увели вправо. Следующая двинулась за ней.
Я двинулся за мёртвыми к хвосту.
Когда мы добрались до последней телеги, её полог уже провалился внутрь. Один стражник забрался на пылающий воз и перерубил правую постромку. Обезумевшая лошадь ударила его в грудь. Он перелетел через оглоблю и попал под колесо следующей телеги.
Второй стражник схватил его за пояс и выдернул. Кусок кожи со спины остался на железном ободе.
— Работает? — спросил я.
Стражник поднялся и проверил руки.
— Работает.
Второй стражник перерубил левую постромку. Живой конюх подхватил освобождённых лошадей и увёл их от огня.
Оба мертвеца навалились на заднее колесо горящего воза. Ось застряла между камнями.
Малла протолкнулась к хвосту и ударила кнутовищем по борту предпоследней телеги.
— Передний — вперёд на полколеса! Ты следом, когда он освободит место!
Оба возницы дёрнули поводья.
— По очереди, вы не женаты! Сначала передний!
Передняя телега сдвинулась. Предпоследняя пошла следом, между ней и горящим возом открылся зазор. Двое живых подали мёртвым багры, но не подошли ближе к огню.
Колесо вышло из выбоины. Горящий воз двинулся к канаве. Мешки лопались от жара. Зерно сыпалось на дорогу и вспыхивало короткими золотыми языками.
От ворот донёсся мерный стук колёс. Остальной обоз уже входил в город.
Стражник на телеге лёг прямо в огонь, закрыл затылок железным крюком и столкнул последние целые
