Кай, увидев ее, скривился:
— Вот зараза какая… все испортила.
— Ты попридержи язык-то, — одернул его напарник, смешно наморщив нос.
Смарт был щуплым, невысоким брюнетом с вечно растрепанными волосами, и когда сердился, то неизменно морщил нос. В своем лиловом облачении он напоминал Каю взъерошенного воробья, только что вылезшего из чернильницы.
— С чего бы это? — Кай удивленно посмотрел на него.
— Къяра даже мысли читает на очень большом расстоянии, не говоря уже о словах…
— Пусть читает, — хмыкнул в ответ Кай.
Словно в подтверждение слов Смарта, Къяра остановилась, презрительно чуть скривив губы, смерила Кая уничижительным взглядом, после чего так и не проронив ни слова, скрылась в одном из переходов обители.
— Ой, накличешь ты беду на свою голову, — Смарт, склонившийся в уважительном поклоне, как только дочь Владетеля повернулась к ним, выпрямился и укоризненно покачал головой, — Не забывай, что она наследница Владетеля.
— Об этом забудешь, пожалуй. Она ведь даже ходит так, будто никого вокруг не видит… А ведь ей нет еще и шестнадцати.
Эта молоденькая девчонка, которая считала, что ей все позволено только потому, что она дочь Владетеля, ужасно раздражала Кая. Его просто трясло, когда он видел, как все маги, включая даже его учителя, заискивают перед ней, а она лишь иногда снисходит до общения с ними.
— И что с того? Ты на возраст ее не смотри, в первую очередь, она очень сильный маг, — заметил Смарт.
— Да, я вижу… она лишь прошла, а барьера как не бывало…
— Если бы ты не раскрыл свой рот, она, скорее всего, исправила бы то, что разрушила. Она делала это уже не раз. Для нее это дело пяти минут.
— Если для нее как ты говоришь это дело пяти минут, то чего мы с тобой тут возимся уже целый день?
— Ты думаешь, кто-то осмелится ее об этом попросить? Я точно нет. Она сделает это, лишь, если сама сочтет нужным.
— Да, я заметил, как Вы все перед ней пресмыкаетесь, лишь бы она, что про вас отцу не сказала.
— Кай, ты пользуешься тем, что я к тебе хорошо отношусь, и начинаешь хамить. Хочешь, чтоб я пожаловался обилайту?
— Жалуйся, — раздраженно ответил Кай. Он был уверен, что Смарт не будет этого делать. Их связывали давние дружеские отношения.
— Неужели ты не понимаешь, что Къяре никому ничего говорить не нужно? Она сама все может сделать.
— Ну и что она сделает?
— Да все, что захочет.
— Пусть делает что хочет. Раболепствовать перед ней я все равно не буду.
— Глупец, — только и ответил Смарт и, отвернувшись, принялся за восстановление барьера.
На следующий день Къяра шла по коридорам обители, вместе с Лукасом — магом, который помогал ей с ее учениками и присматривал за ними в ее отсутствие. Лукас шел чуть позади нее и монотонно докладывал, кто из ее учеников как вел себя в ее отсутствие, и какие провинности они допустили.
Слушала его Къяра не особо внимательно. Ее раздражал этот полноватый лысеющий шатен с окладистой бородой и тихим заискивающим голосом. Однако Къяра не позволяла себе хоть как-то проявлять это. Она всегда была снисходительно холодна и ровна с Лукасом.
Лукас не наказывал ее учеников, предоставляя ей возможность самой разбираться с ними по своему усмотрению. Однако слушались его ученики почти так же беспрекословно, как и ее. Стоило ему только сказать: "мне придется доложить об этом Вашей наставнице…" и любое его требование тут же выполнялось.
Дождавшись, когда он закончит говорить, Къяра на ходу сухо спросила:
— Это все?
— Да, наследница Владетеля.
— Думаешь, кто-то из них заслужил наказания?
— Решать Вам, Къяра.
— Лукас, — Къяра остановилась и, не оборачиваясь к сопровождающему ее магу, очень тихим, нарочито менторским тоном произнесла, — Я знаю, что решать мне, и я решу… Я спросила не об этом. Я спросила, что думаешь по этому поводу ты.
— Простите…
Даже спиной Къяра почувствовала, как подобострастно склонился Лукас, и тем же тоном продолжила:
— Простила. Что дальше? Мне долго ждать ответа на мой вопрос?
— Ольвейн, Бреган и Нильс, на мой взгляд, заслужили наказание. Остальные были достаточно послушны.
— Благодарю тебя, — холодно проронила Къяра и вновь двинулась дальше. Лукас поспешил вслед за ней.
Свернув на центральную галерею, Къяра неожиданно для себя столкнулась с одним из учеников обители. В надлежащем ученику сером шелковом одеянии и в охватывающем голову тонком серебряном ученическом обруче. Налетев на нее из-за поворота, он дерзко взглянул ей в глаза, после чего, даже не извинившись, шагнул в сторону и продолжил свой путь.
Къяра узнала старшего из учеников Норлана, практически уже его выпускника. Ему осталось лишь сдать экзамен Владетелю, после которого тот бы решил его судьбу. Высокий, худощавый кареглазый юноша с тонкими чертами лица и волнистыми каштановыми до плеч волосами ее явно недолюбливал. Это проявлялось и в косых взглядах, которые он бросал на нее, и в его нарочитом игнорировании ее присутствия. За все это время он ни разу не склонил головы перед ней. Не говоря уже про его замечание, которым он встретил вчера ее появление в обители. Этот ученик обилайта позволял себе то, что не позволял ни один маг обители. Къяра могла уже давно положить конец столь дерзкому поведению юноши, лишь намекнув Норлану, что его ученик непочтителен с ней, но предпочитала не замечать его дерзновенности. Однако сейчас его поведение перешло все допустимые границы. Так вести себя, к тому же при свидетелях, позволить она не могла.
— А ну стоять! — Къяра вскинула руку, и магический посыл тут же остановил юношу. Он замер и обернулся.
— Вернулся и извинился! — жестко приказала она, однако магию больше не использовала.
Юноша посмотрел на нее и не двинулся с места.
— Ты не понял приказ? — спросила Къяра ледяным голосом.
— Считаешь, что можешь отдавать приказы всем? — дерзко ответил ей ученик обилайта. — У меня есть учитель… Твои приказы я выполнять не обязан. Что-то не нравится, жалуйся ему.
Демонстративный отказ ученика выполнить, приказ наставника обители, даже не учитывая статус Къяры как наследницы Владетеля, был делом неслыханным. Это он потом мог жаловаться своему учителю, но приказ выполнить был обязан. Другое дело, что маги сами старались не вмешиваться в процесс обучения чужих учеников, однако право приказать имели.
Къяра нахмурилась, вновь вскинула руку, вынуждая юношу опуститься на колени, и тут же почувствовала сильный магический блок, противопоставленный им ее воздействию. После этого она уже разозлилась всерьез и увеличила уровень магического воздействия до такой степени, что ученик Норлана со стоном рухнул на пол. Смотреть на него было и то больно: тело сводила судорога, глаза закатились, он хрипел, а на губах выступила кровавая пена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
