не оборачивалась, я выгляжу так. Папа успокаивал меня, что он не оборачивался до двадцати лет и терпел насмешки от своих сверстников. Но однажды, когда он испытывал ярость, он обернулся в пылу драки и навалял всем своим обидчикам. И уже через неделю он раздался в плечах, вытянулся. Я с нетерпением ждала своего двадцатилетия, чтобы побегать по лесу в облике рыси.
Когда я вышла за ворота дома, то увидела Гереха, который стоял под знакомым раскидистым дубом. Он облокотился плечом о ствол дерева, засунув руки в карманы чёрной кофты и скрестив ноги. Парень напряжённо смотрел на меня, будто ожидал, что я сорвусь и убегу обратно домой.
Нерешительно я стала приближаться к нему. Сильный порыв холодного ветра взъерошил волосы и заставил поёжиться. Глаза против воли заслезились заслезились, и я смахнула слезу с правой щеки, стараясь не испортить макияж, который я делала больше двух часов.
— Если ты настолько сильно не хочешь идти со мной на свидание, что плачешь, то я не станут силой тебя заставлять и тащить за собой. Ты можешь идти домой, — парень глубже засунул руки в карманы и передёрнул плечами. — Я не держу.
Мне вдруг стало страшно, что всё вот так вот испортится. Что моя мечта, которая стоит в паре шагов от меня, просто уйдёт, оставив меня одну.
— Я ведь обещала, — я неловко шаркнула ногой и опустила глаза в землю. — И мне нужен мой дневник! Потому что это моя личная вещь… — я посмотрела в серые глаза, на глубине которых плескалась грусть. — Потерплю твоё общество, — ляпнула я, прежде чем подумала.
— Не нужно меня терпеть! — вскипел парень, хватая меня за плечи и чуть встряхивая. — Возьми свой чёртов дневник, — Герех впихнул тетрадь мне в руки и скрестил руки на груди, — и иди домой. Не стоило мне всё это затевать, — парень взъерошил свои волосы рукой. — Я видно что-то перепутал… Что-то понял не так… Наивно решил, что могу… — Гер тряхнул головой и отвернулся, закусывая губу до крови.
Я стояла рядом с ним и растерянно прижимала дневник к груди, где учащённо билось сердце. Сердце громко стучало в груди.
Видеть его таким расстроенным и потерянным было непривычно и больно.
Осознание, что он расстроен из-за меня, заставляло чувствовать вину. Я виновато прикусила губу.
Глубоко вздохнув, сделала малюсенький, нерешительный шажочек в его сторону и подняла руку, желая его утешить. Желая сказать, что я гордая дура, которая никогда не сможет сказать вслух о своих чувствах. Я вздрогнула и отдёрнула руку, когда парень вновь заговорил.
В его голосе сквозил холод и злость.
— Скажи, принцесса, в твоём замке нет места для раненного дракона? — я задохнулась, когда увидела, что его взгляд полон боли. — Скажи мне, — Герех схватил меня за плечи и встряхнул так, что зубы клацнули. — Скажи, разве я не достоин твоей любви? — я упрямо молчала, стиснув зубы. — Значит, те слова, что ты сказала Дилании были правдой? Значит, ты действительно считаешь меня недостойным своего внимания? Из-за того, что я беден? — Герех горько улыбнулся. — Из-за того, что я сирота?
— Я тебе не сказала ни слова о твоём достатке! Я не говорила, что ты бедные! Я сказала, что не считаю приемлимым спать с девушками, которых ты встречаешь первый раз в жизни! — со слезами на глазах выкрикнула я. — Я хотела пойти на это чёртово свидание! Собиралась, как последняя дура! Вскочила в пять утра, чтобы выглядеть красивой! Чтобы понравиться тебе! Чтобы ты смотрела на меня иначе, не так как на своих однодневок. Но ты думаешь, что я хотела, чтобы моё первое в моей жизни свидание было из-за шантажа? Думаешь, я этого хотела? — я подошла к парню и начала колотить кулаками в его грудь, не обращая внимания на боль в пальцах. — Я, чёртов ты эгоист, хотела, чтобы мои отношения начались нормально! Романтично! А не так! Не так, слышишь ты меня? — обвинительно ткнула пальцем в лицо парня. — Я хотела, чтобы всё было иначе, — расплакалась я, громко всхлипывая.
— Так что же мы делаем не так, принцесса? — тихо прошептал Герех, перехватывая мои руки и заводя их за мою спину. — Почему мы начинаем наше свидание с ссоры? — парень прижался щекой к моим волосам и ласково потёрся. — Зачем говорим друг другу эти ранящие слова? — Гер обхватил ладонями моё лицо, стирая пальцами дорожки слёз с моих щёк. — Я не успел тебе даже сказать, что ты невероятно прекрасна в этом платье, — парень поцеловал кончик моего носа. — Не успел сказать, что будь ты хоть в растянутых штанах, ты всё равно была бы лучше всех. Потому что ты принцесса, — шептал Герех, лихорадочно оглаживая моё лицо. — Я не мастер комплиментов, малышка. Я не умею красиво ухаживать. Я не умею говорить слова любви. Потому что я не знал любви… Поэтому я делаю так, как умею.
— Гер, — тихо, просяще прошептала я. — Гер…
— Что такое, принцесса? — также тихо спросил парень, не выпуская моё лицо из своих широких ладоней.
— Забери дневник, — я опустила глаза, так как не могла выносить его испытывающий, смотрящий в самую душу взгляд. — Забери дневник обратно… Он будет моим обещанием…
— Хорошо, принцесса, — продолжая поглаживать мои щеки пальцами, ответил Герех. — Заберу…
— Тем более… — парню приходилось читать по губам, так тихо я говорила. — Я писала всё это для тебя.
— Каждую строчку? — Герех прижался лбом к моему лбу.
— Каждую букву, — подняв глаза и поймав его взгляд, громко сказала я. — Каждую букву, Гер…
— Принцесса моя, — отчаянно, с надрывом выдохнул Гер, прежде чем накрыть мои губы поцелуем.
Поцелуем, который лишил возможности мыслить. Поцелуем, который украл дыхание. Поцелуем, который разжёг желание внизу живота.
Я отчаянно цеплялась пальцами за его кофту, подставляя податливые губы его горячему рту. Позволяя его языку проникать внутрь. Позволяя ему делать со мной всё, чего он только пожелает. Лишь бы он не останавливался. Лишь бы продолжал пить моё дыхание, сжигая меня дотла.
— Пойдём? — тихо прошептал Гер, цепляя губами мои губы, когда смог прервать поцелуй.
— Куда? — переплетая наши пальцы, спросила я.
— Тебе должно
