То, что касается связей по Дакару, я думаю, это уже не в нашей юрисдикции. Этим должно заниматься ЦРУ.
Броничек сердито блеснул глазами.
– Я сделал запрос и туда, – продолжил Портиш: – Усилена охрана всех государственных учреждений, особенно атомной электростанции. Созданы три группы быстрого реагирования, готовые в любую минуту к вылету. Из мэрии оборвали телефон…
– Чего хотят эти клопы? – сквозь зубы спросил Броничек.
– Наших решительных действий и гарантий безопасности городу.
Броничек фыркнул в ответ.
Через час позвонил Маккрой. Портиш еле разобрал, о чем тот говорит по телефону.
– Мы пересеклись с людьми дона Чезаре. Они тоже вышли на отель через оружейника. Последним был получен заказ на четыре ПМ. Два уже забрали. Ты меня слышишь?!
– Да, говори, – почти закричал в трубку Портиш: " Какого только оружия у нас нет, а вот русские ПМ – дефицит".
– Так вот. Два других должны забрать завтра, сразу он не смог достать. К большому нашему сожалению, всю эту информацию пришлось добывать нетрадиционным способом – я дал возможность поработать этим уголовным мордам. Они сильно отделали связного и оружейника. Передача должна состояться в мотеле "Три звезды".
Портиш посмотрел на Броничека, тот внимательно слушал доклад Маккроя по второму аппарату.
– Когда? – спросил директор филиала. Маккрой, услышав голос шефа, секунду поколебался, но за тем продолжил, старательно выговаривая слова.
– Завтра в девять. Но теперь вся загвоздка в том, что мы им не сможем предъявить рожу связного. По-моему, гангстеры вышибли ему глаз.
– Сынок, ты меня слышишь? – вновь спросил Броничек.
– Да, сэр.
– Бери этих уродов и срочно вези их в госпиталь – я там тебя лично встречу и мы их залатаем – будут как новенькие. Мотель, естественно, без присмотра не оставляй. Людям дона Чезаре скажи, что старик Броничек добро помнит, и отправь их с богом.
Он положил трубку и швырнул свой окурок в корзину для отработанных бумаг.
– Это будет только завтра, – со злостью напомнил Портиш. Броничек усмехнулся.
– Да, сынок, завтра. Утром я буду сдавать дело представителям из Лэнгли. Сколько я смогу – мозги им попарю. За это время вы все должны успеть сделать. Ясно?
– Сэр, им не нужно четыре пистолета. Их осталось трое. Ведь могут не появиться.
– Обязательно появятся, – вздохнул Броничек: – Они не оставляют в живых свидетелей. Досадная оплошность у них вышла только с мисс Харт. Они профессиональные киллеры, у них должен сработать рефлекс.
Портиш промолчал, в душе желая, чтобы шеф оказался прав. На ночь в мотеле остался он сам и еще три спеца из группы захвата. Он хорошо осознавал, что вся их затея может пойти прахом и, поэтому настроение было не самым лучшим. На крышу мотеля поместили снайпера, остальные группы были удалены на расстояние трех миль – с профессионалами шутить было нельзя.
Связник, он же бармен мотеля, выглядел неплохо. Около трех часов над его лицом трудились ведущие челюстно-лицевые хирурги госпиталя, а за тем гримеры из театра. Портиш маскировался под водителя-дальнобойщика, остановившегося в мотеле на отдых. Его огромный грузовик с полуприцепом был припаркован рядом с мотелем на стоянке. Портиш расположился в дешевеньком номере с телефоном и душевой кабиной. По представленным аналитиками данным, акция могла быть спланирована и на этот же день. Автострада, проходящая мимо мотеля, шла на запад и огибала известный объект, именуемый не иначе как Лос-анджелесская атомная электростанция. Оставалось ждать совсем недолго.
Бармен кисло улыбнулся:
– Может вам плеснуть чего-нибудь? А то вы напряжены как тетива лука.
Портиш встряхнулся: " Неужели так заметно?". Он придвинулся вплотную к стойке.
– Поговори мне еще. Хотя, налей воды.
И в это самое время Портиш увидел, как сам бармен невольно напрягся. Его загримированное лицо вытянулось, и он часто заморгал. Портиш разглядел в зеркальную витрину, как напротив дверей остановился красный "мустанг". Он подмигнул бармену и тихо произнес:
– Спокойно, расслабься, – при этом снял с предохранителя свою любимую "беретту 92", и проверил насколько легко, она покидает кобуру. Водитель " мустанга" выходить не торопился. Вероятно, он тщательным образом изучал обстановку вокруг мотеля. " Ну, чего ты? – начал про себя торопить его Портиш: – Видишь же, что все в порядке. Давай, вылезай!" Как будто услышав призыв, водитель вышел из машины и направился прямиком в бар. Здесь же, кроме бармена и Портиша, завтракали два студента, одинаково коротко стриженных и одетых в непонятно какие супермодные студенческие одежды, представляющие собой нагромождение ярких свитеров различной длины и ширины. Оба парня смотрели на окружающий мир через толстые линзы очков. Портиш глотнул из стакана и, увидев, что водитель вошел в помещение. Неожиданно он успокоился, сделав вид, что уставился в ревущий футболом телевизор. Это был Виктор Хитрин. Портиш узнал бы его сейчас из десятка тысяч людей. Юлия Харт дала очень четкое описание внешности своего будущего мужа.
– Для меня должны были кое-что оставить, – как бы невзначай начал Хитрин, протягивая бармену пятидесятидолларовую купюру. Бармен с ловкостью подхватил банкноту, которая тут же исчезла в его руках.
– Сюда, пожалуйста, – он указал на служебную дверь с правой стороны от себя, где были расположены туалет, комната с телефоном и подсобное помещение. Перед тем как пойти за барменом, Хитрин еще раз оценивающим взглядом окинул посетителей. " Да, не бойся ты, с этими хлюпиками справишься в два счета, " – подбадривал его Портиш, изображая восторг по поводу забитого гола.
-Кто забил? – неожиданно обратился к нему Хитрин. " А черт его знает. Я ведь даже не знаю, кто с кем играет, " – пронеслось в голове у Портиша. Он повернулся к Хитрину и ответил, улыбаясь:
– Наши!
Как ни странно, того ответ полностью удовлетворил. Он хмыкнул и исчез за дверью. Портиш извлек свой пистолет и молнией очутился у входа в комнату. Хитрин не должен был успеть расправиться с барменом. Там, в подсобке, где якобы хранились пистолеты, его поджидали два агента из группы захвата, которых лично отобрал Броничек. К сожалению, большее количество людей к захвату в баре было привлекать рискованно. Портиш подал электронный сигнал снайперу и всем остальным группам, а сам наставил тяжелое дуло своего оружия на дверной проем и стал ждать – другого выхода из подсобной комнаты не было. Радиосвязью пользоваться было нельзя. Увидев пистолет в руках Портиша, студенты, мирно беседовавшие за столом, умолкли. Портиш пригрозил им пальцем и сделал знак, чтобы они улеглись на пол, что те не преминули сразу же исполнить. Дверь тихонько скрипнула. Огромным усилием воли Портиш удержал себя от выстрела, спрятавшись за угол стойки бара. Капельки пота заструились по спине.
– Сэр, – позвал его из-за
